Реквием блондинкам - Джеймс Хедли Чейз

– Об этом мы поговорим сегодня вечером. Приходите ко мне около полуночи.

– Ладно, – он с трудом удержался от вопроса.

– Фотоаппаратом, надеюсь, вы умеете пользоваться?

– Разумеется. Взять его с собой?

– Именно это я и хотел вам предложить. Наденьте темный костюм, теннисные туфли и постарайтесь выглядеть, как взломщик.

Одри Шеридан открыла дверь своей квартиры и, увидев меня, иронически усмехнулась. Она выглядела очень мило в красном платье и красных сандалиях.

– Вот так сюрприз! – сказала она. – Значит, вы все же решили навестить меня, несмотря на переломанные кости? А я думала, вы в настоящий момент лежите в кровати в обществе хорошенькой сиделки.

– Вы почти угадали, – в тон ей ответил я и, положив шляпу на полку, осведомился: – Как чувствует себя ваша рука?

– Спасибо, хорошо. – Она подошла к столу и положила в стаканы с выпивкой кубики льда. – Надеюсь, внутри ваша голова повреждена меньше, чем снаружи?

Я ответил, что чувствую себя вполне сносно. Хотя мы были с ней одни, между нами ощущалась какая-то неловкость.

Протянув стакан мне и взяв свою порцию, она пригласила меня сесть.

– И часто вы попадаете в такие истории?

– А-а, вы об этом инциденте! – она беспечно махнула рукой. – Руби что-то был не в себе. С ним такое изредка случается.

– Возможно, он вел себя так несдержанно из-за носового платка?

Она опустила глаза и переменила тему.

– Надеюсь, у вас было время осмотреть наш город? В нем нет достопримечательностей, но все же есть несколько интересных уголков…

– К черту ваш город! Лучше скажите, где вы научились джиу-джитсу?

– Лучше поговорим о вас… Вы давно занимаетесь этой работой?

– Я не прочь рассказать вам всю свою жизнь. Поверьте, она того стоит. Но сейчас, к сожалению, нет времени. Вы мне сказали, что избегаете соединять полезное с приятным, не так ли?

Она нахмурилась, но промолчала.

– Четыре девушки исчезли из вашего города. Вас и меня наняли, чтобы найти их. Все, с кем я говорил до сих пор, понятия не имеют, что с ними могло произойти. Я здесь уже сорок восемь часов. Это немало. Не лучше ли нам объединиться и обменяться информацией?

– Может быть, – сказала она осторожно. – Вопрос лишь в том, есть ли у вас что-то, что можно сделать общим, или вы только хотите мое сделать своим?

– Вы полагаете, что сможете справиться самостоятельно?

Она вновь нахмурилась.

– Агентство досталось мне после смерти отца. Отец им очень гордился, и ему удавалось кое-что делать, несмотря на то, что он был старый и больной. Я надеюсь продолжить его дело. До сих пор никто в городе меня не принимал всерьез, но теперь им придется изменить свое мнение. Все сейчас смеются надо мной, считают меня сумасшедшей… Но ничто не заставит меня бросить это дело.

– Тем не менее, за это время четыре девушки исчезли, – сухо сказал я, – и никаких следов пока не обнаружено. Поэтому я спрашиваю вас еще раз – не пора ли нам объединить свои усилия? Вместе мы могли бы кое-что сделать.

Она сжала губы.

– Я все никак не пойму, что нам даст это объединение?

Тон ее был холоден. Это начинало меня злить.

– Однажды вы сыграли со мной милую шутку. Могу освежить вашу память. Носовой платок и три фотографии. Впрочем этого достаточно, чтобы загнать Мэйси в угол… Сейчас мы работаем друг против друга. Именно это я и имел в виду, говоря, что мы напрасно теряем дорогое время.

– У меня нет фотографий. Кто-то меня опередил…

– Вы видели Диксона?

Она бросила на меня удивленный взгляд.

– Что вы хотите этим сказать?

– Диксон находился в кресле у окна, уже мертвый. Выходит, вы его не видели?

– Вы шутите? Его там не было.

Она действительно могла его и не заметить, если сразу прошла к ящику письменного стола, а затем вышла.

– Я вовсе не шучу. Вы понимаете, что сунули голову в петлю? Если бы кто-нибудь застал вас там, Мэйси ничего не стоило пришить вам убийство.

– Но ведь Диксон умер от сердечного приступа?!

– Да. Не будем больше говорить об этом. – У меня не было ни малейшего желания вдаваться в подробности. – Эта работа не для девушек. Это политическое дело с целой кучей хитроумных комбинаций.

– А вы считаете, что сможете распутать это дело?

– Это моя работа. Мне за это платят, – терпеливо пытался я объяснить ей. – К тому же я – мужчина.

Она взглянула на меня полуоскорбленно, полунасмешливо.

– Я в этом не убеждена.

– Ладно, – сказал я, – подойдем к проблеме с другого конца. Как вы думаете, девушек украли или убили?

– Мне кажется, что это похищение. Для убийства нет мотивов, да и трупов нет.

– Так, так…

Она насмешливо кивнула. Меня это начинало раздражать.

– Ну так как же, они убиты или похищены?

– Что вас еще интересует? – Она с отсутствующим видом смотрела в окно.

– Может быть, Старки заплатил девушкам, чтобы они исчезли? Это дискредитировало бы и вашего и моего клиента. Как вы думаете?

– Вы сами до этого додумались? – с преувеличенно серьезным видом осведомилась она.

– Послушайте, малышка! Такой разговор ни к чему не приведет. Я могу помочь вам, вы – мне. Вы хорошо знаете город, я же обладаю большим опытом работы. Вы согласны действовать вместе?

– Мне жаль вас разочаровывать, но я привыкла работать одна.

– Нет, вы упрямей осла! – я завелся. – Эслингер вас нанял, чтобы имитировать какую-то деятельность. Ему наплевать, найдете вы девушек или нет. Весь Кранвиль считает вас милой и смелой девушкой, но все подсмеиваются над вами, хотя и любят вас. А Эслингер этим пользуется. Можете вы это, наконец, понять или нет?

Она выпрямилась, глаза ее зло блеснули.

– Все, что вы мне сейчас сказали, – чепуха! – произнесла она, поднявшись. – Никто не помешает мне делать то, что я считаю нужным, тем более какой-то самовлюбленный приезжий!..

Я тоже встал.

– Значит, так. Позвольте заметить, маленькая упрямица, что вы сильно рискуете получить кусочек свинца в свою умную головку.

Она подошла к двери и распахнула ее настежь.

– Идите и рассказывайте свои истории тому, кто в них верит. Если, конечно, найдете таких, – голос ее звучал неприязненно.

– Я вас предупредил: эта работа не для девушек. Она слишком серьезна. Я советовал бы вам оставить ее для других. Вы же сломаете на этой работе свою хорошенькую шейку. Бросайте ее и принимайтесь за вязание на спицах. Я могу купить вам моточек шерсти.