Тайна пумы - Рекс Стаут

Шериф сидел, обуреваемый невеселыми думами.

Как бы ему хотелось сейчас находиться где-нибудь далеко-далеко от здешних мест! Дело об убийстве Дана Джексона не сулило ни славы, ни наград, а только сплошные неприятности. Девицу Бранд поймали на месте преступления, но в результате он сам неожиданно оказался на пороховой бочке, готовой взорваться в любую минуту. Билл знал причину увольнения Арта Глисона владельцем «Таймс стар».

Подумать только, самому Арту Глисону дали пинка!

Разговаривая на рассвете по междугородному телефону с сенатором Карлсоном из Вашингтона — это его кое-кто в городе прозвал «скандинавом», Таттл отлично понимал, что имел в виду сенатор, когда заявил, что все законопослушные граждане Америки требуют торжества справедливости, невзирая на связи и лица. Вероятно, сенатор полагал, что наконец-то подвернулась долгожданная возможность спихнуть Лема Саммиса. И хотя Карлсон был, безусловно, человеком с будущим, списывать со счетов Саммиса торопиться не следовало.

А пока Таттл совместно с окружным прокурором и начальником полиции ревностно собирал улики, которых уже набралось более чем достаточно. Однако шериф не знал, что в этот самый момент Франк Фелан участвовал в дружеской конференции с Лемом Саммисом и адвокатом, но если бы даже и узнал, то нисколько не удивился бы.

Зазвонил телефон, и Таттл, сняв трубку, с раздражением спросил:

— Ну, что там еще?

— Опять доктор Руфус Тоул. Хочет поговорить с вами.

— Соедини меня с ним.

Состроив гримасу, — с его носом в этом не было особой необходимости, — Таттл через секунду произнес чрезвычайно любезным тоном:

— Доктор Тоул? Шериф Таттл, слушаю!

— Благослови и храни вас Господь, брат мой Таттл. Меня беспокоит Делия… мисс Бранд. Она все еще спит?

— Да. Во всяком случае, десять минут назад она спала.

— Хвала Всевышнему! Бедное дитя, невинная душа… Вы не забудете известить меня, когда она проснется?

— Сообщу вам немедленно, доктор Тоул.

— Благослови вас господь. И передайте ей, пожалуйста, что я приду навестить ее. Как я уже предупреждал, она откажется, но будем уповать на мудрость Провидения, которое смягчит ее сердце. Мне очень нужно повидать Делию Бранд.

— Я понимаю. Обязательно передам. То есть ей скажет мисс Уэлш.

— О, миссис Уэлш — прекрасная женщина, сама доброта, брат Таттл.

— Вы абсолютно правы. Спасибо, что позвонили.

Шериф положил трубку и с отвращением оттолкнул аппарат, словно это он называл его братом.

Таттл вовсе не принадлежал к числу атеистов, но в нынешней ситуации ни к кому не испытывал братских чувств. Через некоторое время он снова снял трубку и спросил:

— Репортер все еще здесь? Который прилетел из Сан-Франциско? Пошли его ко мне.

Интервью длилось полчаса, главным образом потому, что три или четыре раза прерывалось телефонными звонками. Едва закрылась дверь за репортером, как шерифу доложили, что в приемной находится Тайлер Диллон в сопровождении Клары Бранд. Их тотчас же провели в кабинет и вежливо предложили присесть.

Взглянув на осунувшееся, утомленное лицо Клары, на ее сплетенные на коленях кисти, Таттл с сочувствием спросил:

— Могу ли я чем-нибудь вам помочь, мисс Бранд?

Я уже говорил мистеру Саммису, что вы мне больше не понадобитесь, по крайней мере сегодня. Разве он вам не передал?

— Клара сопровождает меня, — пояснил Диллон.

— Мне она не нужна и как ваша сопровождающая. Я предпочитаю обсудить кое-что с вами наедине. И вообще, что за фокусы? Вы ведь пообещали никуда не отлучаться, пока я не побеседую с вами.

— Я устал ждать. К тому же загодя назначил встречу с мисс Бранд и не хотел ее срывать: мне было необходимо проконсультироваться в интересах моего клиента.

— И кто же этот ваш клиент, если не секрет?

— Ее сестра, Делия Бранд.

— Она ваш клиент?

— Да. Делия была моим клиентом еще до того, как против нее выдвинули нелепое обвинение. В связи с другой проблемой, разумеется.

— В самом деле?

— Представьте себе. Вчера Делия приходила ко мне в контору, чтобы посоветоваться по одному вопросу.

— Приходила вчера? Вы это признаете?

— Я вовсе не признаю что-то, а констатирую факт.

— Именно тогда она задала вам вопрос, который предварительно записала на листке бумаги?

— Послушайте, шериф, вы ведь прекрасно знаете, что я не имею права рассказывать содержание беседы с клиентом.

— Неужели?

— Конечно. Это известно даже ребенку.

— Значит, я не могу расспрашивать вас относительно клочка бумаги с вашей фамилией, на котором записан вопрос о том, как безнаказанно совершить убийство? — нахмурился Таттл.

— Не можете, если этот клочок бумаги каким-то образом, прямо или косвенно, затрагивает интересы моего клиента.

— Вы отказываетесь отвечать?

— В данных условиях у меня нет выбора.

Шериф еще больше помрачнел, потом внезапно встал и торопливо вышел из комнаты, предварительно бросив:

— Подождите здесь минутку.

Некоторое время в помещении царила тишина.

Диллон и Клара молча смотрели друг на друга, затем Клара заметила:

— Возможно, мы допустили ужасную ошибку. Мне следовало сперва переговорить с мистером Саммисом.

Я… я боюсь.

— Выше голову, Клара, — попытался приободрить ее Диллон. — Пока я не прибегал к вашей помощи и постараюсь и впредь, насколько возможно, обойтись без вас. Но в случае необходимости вы меня поддержите, не правда ли?

Клара кивнула. Вид у нее был довольно жалкий.

Через десять минут шериф вернулся с полным мужчиной в отлично сшитом костюме и с васильком в петличке; держался мужчина уверенно, с достоинством. Обменявшись рукопожатиями с Диллоном и Кларой, он сказал, отвечая на вопрос Таттла:

— Безусловно, я знаком с мисс Бранд. Мы принадлежим к старожилам Коуди. Знал ее еще в ту пору, когда у нее была толстая коса, а я сам даже и не помышлял о карьере окружного прокурора. Клара, надеюсь, вы понимаете… — Он замолчал, подумал и, повернувшись к молодому адвокату, продолжал: — Как сообщил мне шериф, Делия Бранд — ваш клиент. Это действительно так?

— Совершенно верно. И я требую встречи с ней.

— Она почему-то забыла об этом упомянуть.

— Когда же ей успеть, если на нее со всех сторон навалились ретивые служители правопорядка?

— Она располагала массой времени, чтобы сообщить все, что пожелает, — снисходительно улыбнулся Эд Бейкер. — Официальным адвокатом Делии Бранд значится Харви Ансон, а не вы.