Когда обрывается лента - Джеймс Хедли Чейз

— А что, собственно, вы хотите рассказать? — Харди подался вперед.

— Я знал Сью около двух лет, у нас было деловое соглашение. Когда она находила клиента, который не хотел приглашать ее в свой дом, она принимала его здесь. Правда, из-за такого сотрудничества я могу иметь неприятности, но, думаю, Террелл посмотрит на это сквозь пальцы, если я расскажу ему то, что знаю про вас…

— И что же вы ему можете рассказать? — Харди с шумом выдохнул воздух.

— Только то, что говорила мне Сью.

Хенекей не спускал глаз с дверей, опасаясь каждую минуту появления Джека Смита и его друга. У него уже заболели пальцы, все это время сжимавшие ручку пистолета.

— Что же вам рассказала Сью?

— Что она шантажировала вас… Возможно, это неправда, откуда мне знать. Но она утверждала, что знает достаточно, чтобы надолго упрятать вас в тюрьму. И что за свои знания она получала от вас деньги. Приехав сюда в тот вечер, она сказала, что ожидает вас. Вы должны были привезти ей пять тысяч долларов за ее молчание. И поскольку она побаивалась вас, то попросила меня наблюдать за ее домом. Я был трезв и не спал. Вы приехали сюда около часа ночи и через полчаса уехали. Впрочем, мне это могло и показаться…

— Вы сошли с ума! — прохрипел Харди. Глаза его сверкнули злобой. — Я даже близко не подходил к этому свинарнику!

Хенекей пожал плечами.

— Значит, мне все это приснилось, а Сью обманула меня…

— Теперь слушайте меня хорошенько, Хенекей, — Харди встал. — Я предупреждаю вас. Если вы скажете полиции хоть слово, то будете иметь дело со мной. Я вам это говорю вполне серьезно. Я был дома, когда эту шлюху прикончили, у меня есть алиби. Держите пасть закрытой, иначе вам может не поздоровиться.

— Я понял вас, мистер Харди. Но Сью доверила мне конверт, который она выкрала у вас из сейфа. Он лежит у меня в банке. Даже если полиция и не сможет доказать ваше участие в убийстве, там лежит достаточно материалов, чтобы упрятать вас за решетку.

— Конверт у вас? — Харди оторопел. Некоторое время он стоял неподвижно, потом снова сел.

— Он лежит в моем банке, мистер Харди, с указанием передать его немедленно полиции, если со мной что-то случится.

— А куда делись те пять тысяч, которые я якобы передал этой шлюхе?

Хенекей пожал плечами.

— Не представляю, мистер Харди. Возможно, полицейские забрали эти деньги. Вы же знаете, как это бывает.

— Сказать вам, что я думаю? После того как я уехал, вы вошли в домик, убили ее и украли эти деньги. Эта теория подойдет Терреллу?

— Пожалуй, — улыбнулся Хенекей. — У меня могут быть неприятности, но я полагаю, у вас будет их гораздо больше. Я на это пойду. Ну, так как же?

Харди задумался, почесал лоб и пожал плечами.

— О'кей… Вы подлец… Сколько?

Хенекей сунул пистолет в задний карман брюк и дал отдых своим пальцам.

— Признаюсь, я тоже попал в неприятное положение, мистер Харди. И хочу уехать отсюда навсегда.

— Сколько? — прошипел Харди.

— Пять тысяч. Вы получите конверт, и я исчезну навсегда.

Харди достал сигарету.

— О'кей, — наконец сказал он. — Достаньте конверт, и я завтра утром привезу вам деньги.

— Только приезжайте один, — подчеркнул Хенекей. — Мы встретимся здесь, в конторе. До этого мне надо кое-что сделать, мой банк проинструктирован…

— Вы уже говорили это… Я знаю, когда мне нужно платить, а когда не нужно. Вы получите эти деньги, но потом отправляйтесь отсюда, и побыстрее. Если попадетесь на глаза Джеку Смиту, я вам ничего не гарантирую.

Хенекей вынул из кармана пистолет и положил на стол.

— Только, к вашему сведению, мистер Харди, — в отношении Джека я тоже ничего не могу гарантировать.

Харди пристально посмотрел на него и встал.

— Итак, увидимся завтра в одиннадцать. И не воображайте, что вам удастся еще что-либо у меня вытянуть. Пять грандов — и ничего больше.

— Мне нужны только подъемные, — ответил Хенекей, облегченно вздыхая. — Во второй раз мы уже не встретимся.

Харди вышел из конторы, подошел к освещенной стоянке, сел в свою машину и уехал.

Из репродукторов на деревьях звучала музыка. Гирлянды разноцветных лампочек на ветках деревьев создавали иллюзию веселья.

Хенекей смотрел вслед Харди, тяжело дыша и держа руку на пистолете.

Харди свернул на поляну, где его ожидали Джек и Мо.

— Вымогательство, — равнодушно проговорил он и раскурил в темноте остатки своей сигареты. — Он знает обо мне достаточно, чтобы лет на десять упрятать меня в тюрьму. Теперь настала его очередь. Правда, парень утверждает, что доказательство хранится в сейфе банка с указанием передать его в полицию, если с ним что-то случится. Но это только блеф. Вы должны вдвоем отправиться к нему и забрать эти материалы. Это очень важно… Я плачу тысячу долларов.

Мо довольно усмехнулся и потер руки.

— Целую вечность никого как следует не обрабатывал! Это доставит мне огромное удовольствие, мистер Харди.

Харди посмотрел на Джека, растянувшегося на траве.

— Мы это провернем, — ответил тот. — А что с ним делать потом, когда мы получим от него доказательства?

— Его нужно убрать с дороги.

— Мо давно уже хочет иметь другую машину… А откуда мне взять такие деньги? Если бы вы дали нам две тысячи, мы бы чистенько провернули все это дело.

— Ну, хорошо, я дам вам две тысячи, — не колеблясь ответил Харди, — но имейте в виду, у него есть оружие.

Мо поднялся, протянул худую черную руку и помог Джеку подняться.

— Давайте подождем, пока лавочка закроется, — предложил Харди. — И нужно найти место, где он ночует. Там вы и подождете его. Я буду находиться здесь. И не забывайте, что он вооружен. — Его сообщники отправились было в путь, — но Харди вернул их: — Он забрал у Парнелл пять тысяч, и я хочу вернуть эти деньги.

В начале второго ночи большая часть домиков уже погрузилась во тьму. Хенекей выключил световую рекламу, запер свою контору и вышел. Вечер был теплый. Идя домой, он осторожно озирался кругом, хотя и был уверен, что нагнал на Харди страху. Несколько человек еще сидели перед своими домиками, докуривая последние сигареты. Хенекей знал их, и это придало ему смелости. Он не спеша шел по дорожке, останавливаясь то тут, то там, чтобы перекинуться с отдыхающими парой слов. Затем подошел к своему домику.

Ночь была душной, и он был слишком возбужден, чтобы сразу уснуть. Хенекей сел в кресло и закурил сигарету. Итак, скоро он станет обладателем десяти тысяч долларов: пять тысяч он взял у Парнелл, и еще пять тысяч ему привезет Харди. С такими деньгами можно укрыться в Нью-Йорке. Пришло время сматываться из Майами…