Засланный казачок - Сергей Соболев

— Сколько это будет? Если, конечно, это не секрет?

— Чуть более двенадцати миллионов долларов США. И это только часть выкупа, который просят за Поплавскую.

Стас тихонько присвистнул, а Римас привычно полез пятерней в затылок.

— М-да, — сказал Стас невеселым голосом. — Так они что, хотят вот эту часть выкупа… двенадцать с лишком «лимонов» — поделить на три части?

— Да, именно так, — подтвердила Семенова. — Здесь даже чисто технического характера трудность: денежная масса, если сотенными купюрами, будет весить что-то около центнера… Тут надо не адвоката в посредники приглашать, а штангиста.

— Согласен, — кивнул Стас. — Это разумное замечание.

— Это лишь предположение, — скромно заметила Семенова. — Но мы должны обращать внимание на любую деталь и пытаться прогнозировать действия команды похитителей. Они хотят получить деньги одновременно в трех разных местах: где-то в Подмосковье — место они уточнят, — в Калининграде и в Вюльнюсе или его окрестностях. Положение, в общем-то, серьезное… Как я уже говорила вам прежде, организация у них серьезная, это не рядовая банда какого-нибудь полевого командира. Насчет транспортировки денег они сразу сказали, что это «ваши проблемы». Деньги они хотят получить до окончания понедельника, если… если, конечно, жизнь не внесет в их собственные и в наши планы какие-нибудь коррективы.

— Времени осталось с гулькин нос, — заметил Мажонас. — Всего полтора суток.

— А идея с маскарадом возникла вот почему, — продолжила после паузы Семенова. — В таких случаях, как наш, всегда идет торг и выдвигаются встречные требования, не говоря уже о гарантиях. Одно из наших требований состоит в том, что если какой-то из посредничающих адвокатов сочтет ситуацию опасной с точки зрения его собственной безопасности, то такого человека можно будет заменить…

— Кажется, я понял, — Нестеров задумчиво покивал головой. — Но вы ведь, Семенова, кажется, не говорите по-литовски?

— Аш бишки супранту летувишкай, бят ман сунку кальбет[48], — мило улыбнувшись, выдала москвичка. — Я уже рассказывала Ирме, что я жила в Литве в детстве и потом еще неоднократно бывала здесь, у вас. Конечно, моих знаний совершенно недостаточно. Но вряд ли похитители будут вести переговоры на литовском… Им важно, чтобы на встречу с их человеком или их людьми приехал настоящий адвокат, а не подготовленный сотрудник одной из спецслужб. Вот это будет их интересовать в первую голову. Но… но, в общем-то, то, что вы видели, пока лишь рабочие наметки…

— Кстати! — вдруг сказал Слон. — А че это мы тут так свободно треплемся? Нас же могут подслушивать! Блин… лучом лазера по стеклам!

— Да, действительно… — удивленно произнес Стас, который мог объяснить эту оплошность лишь тем состоянием отупения, которое им овладело после второй или третьей подряд бессонной ночи. — Вот что, Слон. Надо где-то переснять и повесить на стенку плакат времен войны: «Не болтай! Тебя подслушивает враг…» Или что-то типа такого.

— Мышка, сваргань-ка нам всем кофе, — сказал Слон, а потом посмотрел на Семенову. — И принеси нам его в нишу.

— В этом, пожалуй, уже нет необходимости, — посмотрев на Нестерова, сказала командированная. — Во-первых, нашими коллегами, работающими сейчас в Калининградской области, получены доказательства, что преступники переправили Юлю Поплавскую через границу, в Литву. Есть веские основания считать, что именно так все и произошло. Во-вторых, в известность об этом поставлен узкий круг руководителей ваших литовских спецслужб. И в-третьих, к этому делу, пока в качестве консультантов, подключились региональные представители Федерального бюро расследований США…

— А мы? — несколько обиженным голосом спросил Мажонас.

— Пока нас от этого дела не отстраняют, — сказала Семенова и, неожиданно улыбнувшись, посмотрела на Нестерова. — Кстати, Стас, спасибо вам за комплимент… насчет «вида сзади».

В четыре пополудни в Вильнюс приехал Сергей Александрович и еще один сотрудник из его команды.

Познакомились накоротке и стали совещаться, но не в офисе «соколов», а на арендованной Семеновой жилплощади.

В начале шестого вечера, когда Саныч уже собирался ехать в штаб-квартиру ДГБ Литвы, на еще одно совещание, где должны были присутствовать и представители ФБР, и какой-то спец из ФСБ, у Стаса вдруг запиликала его резервная трубка, которую он временно использовал вместо своего основного сотового — тот наверняка прослушивается местными спецслужбами (а может быть, и не только ими).

Стас, чертыхнувшись про себя — забыл-таки отключить на время летучки, — извинился и вышел в коридор.

— Антоныч? — услышав в трубке голос ветерана, сказал он. — Что случилось?

— Командир, я по поводу вашего поручения…

— Говорите в темпе, потому что я сейчас занят. Или позже перезвоните!

— Тут пацан Кястаса бегал в лес, через межу, к соседнему хутору…

— И что? Короче, Антоныч!

— Он видел там, возле усадьбы, каких-то мужиков. Говорит, что двое из них были с автоматами. Темненькие какие-то, говорит, не наши, не литовцы… Вот, решил доложить!

— Но они к вам не лезут… эти «соседи»? — продолжая думать о своем, спросил Стас. — Подождите… подождите… Что значит «темненькие»?

— А то, что они — не литовцы, — чуток подумав, сказал Антоныч. — И не русские… Я так думаю, что там какие-то нелегалы свили себе гнездо… Что делать, командир? Может, звякнуть в полицию, чтобы прислали патрульную машину?

Теперь уже настала очередь Нестерова задуматься.

— Нет, не надо пока поднимать тревогу. Вот что, Антоныч… следите за обстановкой, а я вам вскоре перезвоню!

Вернувшись, он опять извинился и жестом попросил Семенову выйти к нему ненадолго в коридор. Рассказал ей о звонке и подытожил:

— Надо слетать туда и посмотреть на месте на все это своими глазами!

— Может, сразу спецслужбы подключим? — задумчиво произнесла Семенова.

— Боюсь, что мы отвлечем их от более важных занятий… Мы с Римасом быстро слетаем туда и проверим, что к чему. Хутор Кястаса, кстати, находится довольно близко от того места, где были найдены трупы Богатырева и Завидеева… А сам Кястас отлично знает округу и местные нравы… плохо, что братки в прошлый раз не дали нам возможности детально порасспросить его.

Семенова бросила на него какой-то задумчивый взгляд, а потом вдруг спросила:

— А за сколько туда можно добраться? Если в темпе?!

Стас, почесав в затылке, сказал:

— Если Слон сядет за руль «Круизера», то, думаю, за два с половиной часа домчит. А что?

— Попробую отпроситься у Саныча. Хотя бы до четырех или пяти утра. Я просто уверена, что этой ночью никаких акций или переговоров не будет, потому что и так уже все сказано…