Штурмовая бригада - Александр Тамоников

– Катрана вызывает Григ!

И немедленно в ответ:

– Катран слушает!

Пашин сжато доложил сложившуюся обстановку.

Луганский внимательно выслушал.

– Понял тебя, Григ. Значит, сейчас на пути к цели?

– Да, если не считать промежуточной посадки на каком-то неизвестном мне аэродроме.

– С Лески и Бриджем определился?

– Так точно!

– Тогда выслушай меня. Отряд «Ураган» уже переброшен к логову Гурбани. Разделившись на две штурмовые группы, он занял хребты прямо над крепостью пуштуна и кишлаком около нее. Майор Шувалов будет ждать твоего сигнала на применение. Также две «вертушки» готовы вступить в бой. Ну и штурмовики. В общем, участок ущелья, где нашел прибежище Гульбеддин, нами заблокирован. Теперь дело за вашим профессионализмом, Григ!

Подполковник заверил:

– Все будет нормально, генерал!

– Дай-то бог! Как настроение ребят?

– Боевое!

– Пока вы будете работать за «речкой», Служба «пробьет» аэропорт в Халанске. Нами уже получена информация, откуда взялся «Як-40» с туркменскими опознавательными знаками, и еще кое-что!

– Понял! Один вопрос: противовоздушная оборона Туркменистана не «приземлит» нас? Или и в Ажгабаде у Гурбани есть свои люди среди высокопоставленного чиновничества?

– О связях Гульбеддина в Туркменистане нам ничего не известно, но силы ПВО республики не получали какого-либо приказа пропустить через свое воздушное пространство чужое судно.

– Тогда нас вполне могут сбить?

Луганский уточнил:

– Могли бы и наверняка сбили бы, но мы договорились с туркменскими коллегами. Ваш «Як-40» противовоздушная оборона пропустит. Интересно, на что рассчитывают пилоты Гурбани? Или у них есть какой-то свой вариант прохождения воздушного пространства Туркменистана?

– Посмотрим!

– Ну, вроде все! Эх, и закрутил ты карусель, Пашин! Знаешь, сколько международных экологических организаций прислало запрос относительно поднятого по твоей прихоти облака?

– Представляю! А правительства сопредельных государств официальных запросов не прислали?

– Прислали! Приходится пока отбиваться! МИД настроен против Службы. Хорошо, что «сам» в курсе. Он гасит волну! Без него нас бы раздавили! И теперь только успешно проведенная акция оправдает наши действия. Надеюсь, эго ты понимаешь?

– Все я понимаю, Борис Ефимович! Не волнуйтесь, прорвемся!

– Прорывайся! Жду очередного сеанса связи!

– Теперь уже из Панджшерского ущелья!

– Да-да! Бывал я там в свое время. Впрочем, почти весь Афган объездил и однажды смерть свою в глаза видел. Но об этом как-нибудь потом! По возвращении! Пока, Григ!

– До связи, генерал!

Пашин передал Щурину станцию, приказав:

– Пакуй шарманку как следует. Она нам пригодится только на финальной стадии. И смотри, чтобы не повредилась. Головой за связь отвечаешь!

Щурин спросил:

– А за что я, Григ, не головой, а другим местом отвечаю? Ни за что! Вот слетит когда-нибудь эта голова, что делать будешь? Никто другой из связистов с тобой не сработается. Максимум полгода, потом гарантировано либо в цинк, либо в дурдом!

– Закройся, Олег! Занимайся своим делом.

В 8.50 московского времени «Як-40» начал снижение. Пашин посмотрел в иллюминатор, но крыло мешало что-либо разглядеть внизу, пришлось перебраться вперед. На этот раз мешали облака. И только перед самой посадкой подполковник увидел буро-желтую степь. И ни одного населенного пункта.

Вскоре самолет коснулся земли и тут же запрыгал и завибрировал, гася скорость. Стало ясно, что посадку он совершил на грунтовую полосу.

Остановившись, раскрыл хвост, спустив трап.

Пашин с Лески вышли из салона. Вокруг полупустыня, небольшой кишлак в стороне, старая вышка управления полетами, ныне явно бездействующая. Ни одного локатора, ни высотомеров, ни дальномеров, какой-то сарай справа, видимо, бывшее здание местного аэропорта.

С противоположной стороны ряд наполовину разобранных самолетов «Ан-2», «кукурузников», остов вертолета «Ми-2» и столбы со стертыми временем краснобелыми полосами. Заброшенный аэродром. Подходящее место для промежуточной посадки самолета-фантома!

Из-за вышки, сильно пыля, показался «Урал»-топ-ливозаправщик. Он подошел к самолету. Из кабины вышли двое то ли киргизов, то ли корейцев. Они сноровисто развернули шланги, в течение нескольких минут вогнали в баки самолета почти четыре тонны керосина. Так же быстро свернулись, молча сели в свой допотопный «Урал» и упылили за вышку.

Из салона Глебов позвал Пашина с Лески:

– Господа, экипаж просит всех занять свои места! Через несколько минут взлет.

Лески проговорил:

– Оперативно сработано. Видимо, Гурбани вовсю хозяйничает на территории бывшего Союза, а, подполковник? Как такое возможно, что у него практически везде есть свои люди? – Пашин взглянул на британца, но тот сам ответил на свой вопрос: – А потому, дорогой подполковник, что Гульбеддин имеет очень много денег. Откуда они у него? С маковых и конопляных плантаций. И реализует дурь пуштун в Таджикистане, свободно проходя все ваши непроходимые заслоны на Пяндже! Почему русские позволяют непосредственно у своих границ производить тонны наркотика? Почему не уничтожают их авиационными или ракетно-артиллерийскими ударами? Ведь это возможно и вполне законно, особенно сейчас, когда в Афганистане находятся янки. Уж с американцами ваши власти всегда могли бы договориться. Но недоговариваются и бездействуют. Почему? Да потому что вашим властям, отдельным ее чиновникам также очень нужны деньги, большие деньги. Отсюда и пособники Гурбани. Я, честно говоря, удивлен, что вам разрешили провести акцию устранения Гульбеддина. Видимо, кто-то из высших чинов проспал тот момент, когда ваше руководство пробило нужное решение. Иначе, как мне кажется, не видеть бы вам Гурбани как собственных ушей. Несмотря ни на что! Ни на затопленный город, ни на угробленный пассажирский лайнер, ни на катастрофу на химическом объекте! Для чиновников, очень любящих деньги, все эти катаклизмы просто забава Гурбани. А раз он платит, то отчего не закрыть глаза на его чудачества? Вот так, подполковник! Мне жаль, что вы, профессионал высочайшего класса, служите ТАКОЙ власти. При желании вы могли бы найти себе и более достойное применение.

– Уж не хочешь ли ты перевербовать меня, Лески?

– Ну что вы! Такие, как вы, не продаются! Такие, как вы, предпочитают умереть за Родину, невзирая на то что их собственная власть нещадно разворовывает и губит эту Родину! Вот кто ваш первоочередной противник, подполковник! Ваши же зарвавшиеся чиновники! А перевербовка? Нет! Она, к сожалению, не для вас!

Лески улыбнулся.