Жалостью к врагам не страдаем - Александр Тамоников

В 11.40 «Тойота» Тимохина въехала на территорию закрытого военного городка. Крымов попросил подвезти его к штабу.

Александр спросил:

– Чего там делать?

– Это ты давай, двигай домой, отдыхай, а я поработаю.

– Интересно, над чем?

Крымов вздохнул:

– Сань, не задавай ненужных вопросов…

– Есть, товарищ полковник! Только для отдыха осталось чуть больше двух часов. И разве сейчас уснешь? Жене пока объяснишь, что вновь командировка образовалась, пока убедишь, что ничего особенного она собой не представляет, пообедаешь, – ты и объявишь общий сбор!

– Ну, хоть это успеешь сделать.

– Ты вот что, Крым, у меня систему оповещения не врубай, сам в 14.00 буду в казарме.

– А если ты мне в штабе потребуешься?

– Вертолет за мной вышлешь! А лучше два, один «Ми-8», другой «Ми-24» – чтобы прикрыл перелет транспортной «вертушки» от казармы до штаба. Не шутка, целых триста метров лететь, да еще в условиях, максимально приближенных к боевым!

– Поезжай, юморист. Систему отключу, а приходи все же в штаб! Там соберем сводную группу.

– Хорошо!

Тимохин, высадив Крымова у здания Управления войсковой части, обеспечивающей обслуживание и охрану закрытого, секретного объекта, подъехал к своему коттеджу.

В 14.00 все офицеры сводной группы собрались в штабе секретной войсковой части. Крымов довел до личного состава поставленную командованием боевую задачу по реализации плана операции «Охота», после чего передал слово Тимохину.

– Итак! – сказал Александр. – Задача, надеюсь, ясна всем! Работа предстоит сложная, хотя с первого взгляда и обычная. Сложность составляет то, что придется действовать в Афганистане, более того, на территории, подконтрольной талибам. Как уже говорил полковник Крымов, в Афгане нас встретят, проведут до района боевого применения. На группу будет работать агент Службы внешней разведки; впрочем, он уже работает на нас. Отрабатывать колонну Абадзе предстоит из засады, и порядок эвакуации вроде продуман. Но все мы знаем, что стоит допустить малейший сбой, и план полетит к чертям собачьим. Поэтому прошу собраться. Вылет…

Тимохин не успел договорить. В штабной отсек Главного управления по борьбе с терроризмом вошел дежурный по части.

– Извините, товарищи офицеры, прибыл генерал-лейтенант Феофанов!

Крымов тут же встал и направился встречать генерала, но тот опередил начальника отдела специальных мероприятий. Полковнику осталось лишь отдать команду:

– Товарищи офицеры!

Бойцы группы «Орион» поднялись, приняли положение «смирно».

Феофанов отмахнулся.

– Товарищи офицеры!

Все заняли свои места. Начальник Управления устроился в кресле за рабочим столом:

– Добрый день! Я проехал к вам прямо из Администрации, где доложил о готовности боевой группировки выполнить задачи по реализации плана «Охота»! План утвержден. С оговоркой, что в случае необходимости командиру группы предоставляется право самостоятельно корректировать его в зависимости от реально складывающейся обстановки. Так что, Александр Александрович, – Феофанов взглянул на Тимохина, – можешь смело претворить в жизнь предложенный тобой вариант.

Командир «Ориона» кивнул.

– Понял вас!

– Ты, по-моему, не закончил инструктаж. Заканчивай.

Тимохин повернулся к подчиненным:

– Вылет группы в Таджикистан, на российскую военную базу, назначен на сегодня, а вот время…

Феофанов вновь вступил в разговор:

– А время вылета, господа, определено на 18.00. Следовательно, в 16.00 сводная группа должна находиться на военном аэродроме. Перелет до базы займет 4 часа 20 минут. В 4.40 местного времени группа должна прибыть на аэродром базы. Оттуда автобусом переезд в Курган, где группу будет ждать вертолет майора Родионова. Вылет в Афганистан в 8.00 местного времени. Расчетное время прибытия подразделения к населенному пункту Кадинкот – 11 часов 20 минут. Командир экипажа имеет полетное задание и знает, где посадить «вертушку». На месте группу встретит некто Али Сакар. С его фотографией вы можете ознакомиться из досье агента СВР Шакура Акрани. Вертолет останется у Кадинкота, «Орион» же на автомобильном транспорте проследует в квадрат… в брошенный населением кишлак, где группу встретит уже сам Акрани, или Пуштун. Это должно произойти примерно в 14.40 местного времени.

Голос подал Шепель:

– Так мы запутаемся в часовых поясах. Не лучше привязаться к нашему родному, московскому времени?

Феофанов посмотрел на Тимохина.

– Помнится, кто-то говорил мне о том, что Шепель не станет задавать вопросы.

Тимохин взглянул на подчиненного:

– Закройся, Миша! И до вылета, чтобы никаких вопросов. Понял?

– А после вылета? На борту лайнера или «вертушки»?

– Сколько угодно!

– Понял! Закрылся!

Генерал все же ответил на предложение майора Шепеля:

– Привязываться к московскому времени считаю нецелесообразным. При докладах командиру группы указывать местное время, так будет проще.

Тимохин кивнул.

– Понял!

Генерал поднялся, прошелся по кабинету, продолжил:

– Далее. Агент Службы внешней разведки, в задачу которого входило определение района, наиболее удобного для нападения на колонну Абадзе, укажет этот район. Тимохину организовать разведку указанного района и выбрать место организации засады. Сделка Абадзе с Аль Гальятом назначена на среду, 20 октября. Командир группы получит информацию о выезде Абадзе, заложниц и охраны из Гудли, куда были переведены невольницы, или из Буриши, если девушек для переброски в Кандагар сначала доставят в резиденцию полевого командира. Используя данную информацию, «Орион» должен провести молниеносную акцию по освобождению заложниц и уничтожению боевиков, включая ликвидацию Тимура Абадзе. Порядок отхода группы из района применения до вас доведет Крымов или Тимохин. У меня все! Теперь готов выслушать ваши вопросы.

Поднялся заместитель Тимохина, майор Гарин.

– Разрешите, товарищ генерал?

– Да, конечно, Виктор Алексеевич!

– Мы будем знать численный состав охраны Абадзе?

– Думаю, да! Но выставить пост раннего обнаружения противника считаю нелишним.

Тимохин сказал:

– Это само собой!

Вопрос задал капитан Ким:

– Если будет возможность взять Абадзе живым, воспользоваться ею?

Феофанов ответил, как отрезал:

– Нет! У меня приказ на физическое устранение господина Тимура Абадзе, или Амира Ахадрада.