Жалостью к врагам не страдаем - Александр Тамоников

– Ясно!

Вопросы задали все офицеры сводной группы, и лишь Шепель молчал, безразлично глядя на деревья за окном.

Феофанов обратился к нему:

– А тебе, Шепель, неинтересен наш разговор? Все же решается судьба предстоящей операции!

Михаил поднялся:

– Ну, судьба операции, скажем, решается не здесь, она будет решаться в Афгане, а потом вы же слышали приказ Тимохина, чтобы я закрылся? Младший обязан подчиняться старшему.

– Ты давай, прекрати капризничать! Что думаешь по поводу акции?

– А чего думать? Отработаем духов, завалим Абадзе, освободим девочек. Мы-то все сделаем, как надо; хреново будет, если вовремя и в нужное место «вертушка» не прилетит. Вот тогда талибы точно из нас отбивные сделают. Одно утешает: если придется подыхать, то не одним, а в обществе прекрасных дам.

– Не о том ты думаешь, Миша!

– А я вообще ни о чем не думаю. Приказ понятен, вопросов нет. К работе готов. Моя черепная коробка сейчас находится в режиме ожидания. Включится, когда будет надо. А точнее, когда полковник Тимохин отправит меня в разведку отобранных агентом СВР мест вероятной организации засад.

Феофанов улыбнулся.

– Почему ты считаешь, что Тимохин именно тебя пошлет в разведку?

– Потому, что хобби у него такое – затыкать Шепелем все дыры. Не верите? Спросите у ребят.

Тимохин сощурил глаза.

– Ты что-то имеешь против, Шепель?

– Ну что ты, командир, разве можно? Я со всем согласный.

– Ну хватит шутковать, – проговорил Феофанов. – Расслабитесь, когда вернетесь. А сейчас, если больше нет вопросов по существу дела, командуй, Тимохин!

Александр подал команду:

– Товарищи офицеры!

Спецы поднялись.

Феофанов сказал:

– Сейчас получить оружие и экипировку. Извините, проводить лично не смогу, желаю удачной охоты и обязательно благополучного возвращения. Все свободны, кроме Тимохина.

Офицеры покинули отсек Управления.

Феофанов обратился к командиру «Ориона»:

– Значит, так, Саня, связь поддерживаем между собой по спутнику постоянно. Постарайся решить задачу аккуратно. Территория талибов – не просто Афганистан. Оттуда мы вас при всем желании вытащить не сможем.

– Это понятно!

– Если вдруг не прилетит вертолет Родионова – ну мало ли что может произойти! – разбивай группу на «двойки» и отходи в горы. С девушками будет трудно, но это единственный шанс на спасение в случае сбоя в ходе операции.

– Сергей Леонидович, я все прекрасно понимаю!

– Знал бы ты, с каким грузом на сердце я отправляю вас в эту командировку!

– Знаю, товарищ генерал! Не беспокойтесь. Прорвемся!

– Да уж постарайся! Ладно, давай, удачи и возвращения!

Генерал пожал полковнику руку и вышел из кабинета. Тимохин через окно проводил начальника Управления взглядом. Затем направился в казарму.

Перелет из Москвы в Таджикистан прошел нормально, как говорится, в штатном режиме. До Кургана группа «Орион» также добралась без проблем. На летном поле бывшего аэроклуба спецов ждал камуфлированный «Ми-8» без опознавательных знаков. Майор Родионов в гражданской одежде встретил командира «Ориона».

Тимохин спросил:

– По приказу летишь, Антон Петрович, или добровольно?

– Добровольно. Экипаж в полном составе вызвался лететь в Афган, узнав, КОГО надо перебросить к талибам.

– Ясно! Поэтому и в гражданке?

– Да!

– Ну что ж, когда летим за речку?

Командир экипажа «Ми-8» посмотрел на часы. Ответил:

– Через двадцать минут. Так что ваши ребята могут подниматься на борт!

– Добро!

Вертолет с группой спецназа на борту поднялся в воздух в 8.00 местного времени. В 11.30 немного с опозданием Родионов посадил винтокрылую машину на каменистой площадке между трех высоких пирамидальных холмов. Тимохин вошел в кабину пилотов. Спросил:

– Уверен, что сели, где надо?

– Судя по карте, да; впрочем, человек, что спешит от холма слева, скоро все прояснит.

– Али Сакар?

– Похоже, он.

– Ты двигатель не вырубай пока, я на выход!

– Давай!

Тимохин спустился на площадку, пригибаясь под напором нагнетаемого к земле вращающимися лопастями вертолета воздуха. Пошел навстречу неизвестному, что явно ожидал прилета «вертушки». Выйдя из пылевого облака, Александр узнал афганца. Это был помощник Шакура Акрани. Впрочем, молодой человек, подойдя к Тимохину, представился:

– Али Сакар! Можно просто Али.

Говорил Сакар на чистом русском языке.

Александр поинтересовался:

– Учился в Союзе?

– Нет! В России, господин полковник! Уже в России!

Он повернулся, кому-то подал сигнал. Из низины между холмов показался отряд из десяти вооруженных людей.

– Кто это? – спросил Тимохин.

– Друзья! Они обеспечат безопасность вертолета и экипажа.

С другой стороны появился старенький, расписанный от колес до багажных решеток микроавтобус.

Сакар объяснил:

– А это транспорт, на котором нам предстоит пройти до брошенного кишлака в квадрате…

– Понятно!

Тимохин жестом подал сигнал, и бойцы спецназа выпрыгнули из вертолета, тут же окружив его плотным кольцом, готовые к бою. Александр отдал команду «отставить» и приказал всем собраться возле него. Родионов заглушил двигатель. На плато между тремя холмами наступила тишина. Александр поднял голову, посмотрел на чистое, без единого облачка синее небо. Произнес:

– Афганистан! Вот и снова свиделись.

– Вы что-то сказали, господин полковник? – спросил Сакар.

– Да, Али! Работаем!

Помощник Акрани подал рукой сигнал водителю микроавтобуса. Вскоре расписной старый «Форд» встал недалеко от группы спецназа. Александр отдал команду:

– Группа! К машине! – Чуть позже приказал: – По местам!

Спецназовцы заняли места в салоне, и микроавтобус пошел в сторону грунтовки, по которой ранее выехал на плато.