Молчание солдат - Сергей Самаров

Разведчики доложили на рассвете: с другой стороны перевала по одному из языков ледника поднимается им навстречу большой отряд. Видимость хорошая – отряд издалека видно.

Руслан Вахович сразу догадывается, что это за странный отряд. Не зря приходили к нему гости со своими предложениями сотрудничества. Не зря они грозили. Правда, он не воспринял их угрозы достаточно серьезно. В крайнем случае, надеялся, что они выставят заслоны вдоль границы. Тогда он рассчитывал или сами заслоны прорвать, если они будут достаточно слабы, или, не вступая в бой, быстрым маршем сдвинуться значительно вправо и перейти границу с Абхазией, которая охраняется еще меньше, чем граница с Грузией.

А они двинулись сюда, сразу обостряя ситуацию до предела...

Это известие сразу бьет больно, потому что кажется началом конца. Невозможно подняться и занять верхнюю позицию для обороны – времени на это нет. Руслан Вахович раскладывает карту, и разведчик тычет пальцем в центральный язык.

– Что – здесь идут? – не поверив, удивленно переспрашивает Руслан Вахович.

– Здесь...

– Не ошибаешься?

– Своими глазами их видел. Далеко еще. За последним поворотом. Потом уже видно не стало... Там много поворотов.

– Там не только поворотов много. Там пройти невозможно. Трещина на трещине. Да и лавину там согнать... одного выстрела хватит...

– Наверху – да. До трещин лавину не сбросить. А кто это идет? – набравшись храбрости, спрашивает разведчик.

– Они не хотят пускать нас в Грузию.

Разведчик смеется:

– Храбрецы...

– К обеду они до трещин доберутся. Первые пройдут, потом застрянут... – вслух размышляет Имамов.

– Обязательно застрянут, – подтверждает разведчик. – И назад пойдут. А не пойдут, можно и лавину сдвинуть... Мы впятером перевал удержим.

Имамов головой качает:

– Они повернут. На другой язык переберутся...

* * *

Кофе хочется... Вот что значит – привычка. Без кофе голова болеть начинает. А чай так помочь, как помогает кофе, не в состоянии. Даже самый хороший чай.

Руслан Вахович отставляет в сторону уже третью пиалу и поднимается, чтобы обойти лагерь.

Настроение у Имамова не самое лучшее. Отряд приготовился к выступлению, а четверти всех сил еще нет на месте. Три джамаата не вышли на связь во время сеанса. Нет никаких вестей от Аббаса, который должен принести шесты для перехода через ледник. Впрочем, в группе Аббаса рации нет, и он сообщить не может. Но и самому пора возвращаться... Дукваха, отправившийся на помощь Аббасу, среди тех, кто не вышел на связь...

Заботы, думы, сомнения...

Как себя вести в этом случае? Ждать? Сколько ждать? И придут ли они вообще? Живы ли они вообще, не в плену ли они? В этом уверенности как раз нет... Но есть уверенность в другом – если отряд даже в том составе, что уже собрался, и не имея ни достаточного количества веревок для страховки, ни шестов, не выступит как можно быстрее, чтобы занять позицию на перевале, их всех ждут большие неприятности. Другой отряд может сократить путь и перейти с одного языка ледника на другой – проходимый, через узкую расщелину.

Надо спешить... Необходимо выступить раньше намеченного времени. Пусть опоздавшие джамааты догоняют, а если догнать не смогут, пусть прорываются за границу самостоятельно. Так всегда и делалось. Почти никогда к границе не подходили крупными соединениями. Так значительно труднее. Но Руслан Вахович в этот раз собрал весь отряд как раз из соображений силы – чтобы была возможность сбить заслоны тех, кто не пожелает их пустить в Грузию. Однако против его силы выдвинули точно такую силу. А он не успевает джамааты сконцентрировать под одной рукой.

Но с решением ждать больше нельзя...

Имамов одной рукой дает знак. Подходит начальник штаба.

– Мы выступаем. Оставь здесь три человека. Пусть предупредят опоздавших...

– Понял. – Начальник штаба светится, он боялся, что ему придется уговаривать командира принять очевидное решение, а тот принял его сам. – Погода нам в лицо. Солнце... Подмораживает... Я боялся пурги...

Когда зимой в горах светит солнце – подмораживает всегда. Облака создают парниковый эффект, концентрируют тепло, и ледник становится рыхлым и подвижным. Ледник всегда подчиняется причудам погоды. Сейчас пурга, ночью прогулявшаяся по долинам, резко свернула в сторону и ушла на северо-запад. И слава Аллаху, что ушла. Под солнцем и погибать, если доведется, легче... А уж жить-то тем более.

* * *

Сборы по-военному коротки.

И – в путь.

Имамов идет в передовом отряде. Его пытались уговорить занять место в середине, но он не захотел. В середине всегда спокойнее. И от случайных пуль, и от более страшных, чем пуля, внезапных разломов-трещин. Ледник снежным настом прикрыт. Везде, посмотришь, этот наст одинаков, и идешь спокойно. Но в какой-то момент вдруг проваливается опора под ногами, и ты летишь на глубину нескольких метров, бывает, что и десятка метров, бьешься об острые, хотя и скользкие края. А внизу – вода. Ледяная. Ледниковая. Такую пить нельзя без подогрева – зубы потом неделю ломит. А уж купаться в ней, да еще в одежде, которую потом и возможности сменить может не оказаться, – это равносильно гибели.

По приказу командира путь до начала ледника преодолевают быстрым шагом, временами даже переходя на бег. Моджахеды, конечно, задыхаются. Высокогорье, да и не спортсмены они, но приказ Имамова не обсуждают. Точно так же преодолевают первый участок ледника, хорошо исследованный разведкой. А дальше передвижение начинается, как кажется, ползком. Одной тропинкой, протоптанной разведчиками, не обойтись. Слишком велик отряд, чтобы идти одной тропинкой, и слишком много времени придется затратить на такое передвижение.

Имамов приказывает двигаться сразу пятью колоннами и вместо шестов использовать тонкие алюминиевые трубки, входящие в каркас палаток. Конечно, трубки коротковаты, но других нет... Разница в том, что шесты страхуют при падении, а трубки дают возможность исследовать снег впереди себя. Тонкий щуп протыкает наст. Если в лед упирается – все нормально. Дорога свободна, шагай смело. Через шаг такой же трубкой работает сосед, через два шага снова ты. Особая осторожность при встрече выпуклостей, вогнутостей, при поворотах... Там трещины попадаются чаще всего. Если щуп провалится, место надо обходить. Если рядом прохода не оказывается, преодолевать ползком, по одному. Для таких случаев всегда одна веревка найдется... Идут. Неторопливо, но верно. Нижняя часть ледника самая опасная, наиболее подверженная влиянию перепада температур, любит «поползать». Встречаются три трещины. Минуют их без проблем – не слишком широки...