Молчание солдат - Сергей Самаров

Мочилов только время теряет на узле связи. Никак не удается связаться с нужными группами. Начальник штаба группировки лишь руками разводит:

– Погода... Она только господу богу подвластна...

Пока радисты возятся со шкалой поиска, Юрий Петрович пользуется телефоном ЗАС и просит пригласить к аппарату генерала Спиридонова. Его соединяют с генералом сразу, как только Мочилов называет свою фамилию.

– Как у тебя обстановка, Юрий Петрович?

– Познакомился с двумя генералами, – сообщает полковник. – Они очень рвутся принять меня под свое командование. Я почему-то, товарищ генерал, не поспешил подчиниться... Обещают скорый звонок из Москвы с прямым приказом...

– Ты подчиняешься только мне. Пусть хоть министр обороны звонит. Только мне!

– Это я и хотел услышать, товарищ генерал. В остальном все согласно плану. В настоящее время в Ханкале садится вторая рота, вот-вот подлетит третья. Только вот установить связь с мобильными группами, задействованными в операции, пока не удается. Погода... Я сейчас как раз на узле связи. Радисты стараются...

– Старайтесь... И никаких посторонних приказов не выполнять!

– Так точно, товарищ генерал.

Мочилов кладет трубку и возвращается в кабинет к радистам.

– Товарищ полковник, Прыгун и Волга пробились.

– Сообщите им резервную волну.

И идет в соседний маленький кабинетик, где установлена рация для конфиденциального разговора. Рация настроена в обычном телефонном режиме. Младший сержант-радист ждет на нужной волне. Как только Кордебалет выходит на связь, младший сержант протягивает полковнику наушники и микрофон, а сам молча выходит из кабинета.

– Слушаю вас, товарищ полковник.

– Это я слушаю. Докладывай...

– Здесь Рапсодия. Он сам расскажет.

– Давай!

Мочилов перекладывает наушник из руки в руку и садится, чтобы слушать с большими удобствами. Полковник Согрин сначала прокашливается, что микрофон достаточно четко доносит, потом начинает говорить:

– Я Рапсодия... Мы получили задание преследовать джамаат, уничтоживший взвод чеченского ОМОНа. Задачу выполнили. Одновременно совместными действиями с армейским заслоном уничтожен другой джамаат, доставляющий Имамову шесты для перехода через ледник. Захвачен раненый боевик... Совсем мальчик... Без сознания... Подозреваю, что это Аббас Абдутабаров. Его дневник у меня... Передам вместе с санитарным вертолетом. Сам выхожу в преследование четверых боевиков, прорвавшихся через заслон...

– Понял, Игорь Алексеевич... Дневник не передавай никому. Пусть пока у тебя будет... Как ведет себя пополнение?

– Двое держатся, остальные показали себя плохо. На спецназ не тянут... Лейтенант Юров ранен. Отправляю его вместе с ранеными из армейского заслона.

– Будь осторожен. Они не совсем те, за кого себя выдают... – Юрий Петрович коротко передает Согрину данные, полученные на лейтенантов генералом Спиридоновым. – Дело достаточно серьезное. Штатским, что начали вами командовать, запрошенные данные не передавать. Все лично мне в руки. В том числе и пленных... Ты понимаешь, о ком я говорю... О тех самых людях, которых поручили тебе люди в штатском... Они нужны нам. И только живыми. Захват – и охрана, причем тщательная охрана!

– В курс дела ввести не можете?

– Остальные данные не для эфира. Скоро увидимся.

– Я Волга... Как слышите меня? – прорывается через эфир голос подполковника Разина.

– Слышу тебя, Волга... Что у тебя?

– Веду преследование двух джамаатов... Идут прямым ходом к месту сбора под ледником. Стараюсь не отстать.

– Доложи координаты... – Полковник разворачивает планшет с картой.

Разин называет координаты.

– Я Рапсодия... Здравствуй, Волга... Это рядом с нами... Через перевал справа перейти, и встретимся. Думаю, мои беглецы вот-вот соединятся с вашими...

– Выходите на соединение, – приказывает Мочилов. – Именно этого я и хотел. Я скоро буду рядом. Игорь Алексеевич, просьба... Присмотри за мальчишкой... Его здесь дожидается отец, с которым он никогда не виделся. Начинается серьезная операция. Мальчишка нам нужен живым не менее чем двое остальных...

– Я Рапсодия. Задачу понял...

– Я Волга... Что уж тут не понять?

* * *

Мочилов выходит из тесного кабинетика связиста и встречается взглядом с начальником штаба. Тот словно что-то сказать хочет.

– Спасибо, товарищ генерал, я поговорил.

– Все удачно?

– Так точно. Но есть еще одна просьба...

– Слушаю.

– Через некоторое время соединятся группы Согрина и Разина. Это оперативная необходимость. Они преследуют две разные цели, которые вот-вот должны соединиться. И им приходится... Возможно, такое соединение не понравится штатским генералам. Вы можете сказать им, что группа Разина работает самостоятельно, вне вашего прямого подчинения, и охотится за каким-то конкретным человеком?

– В принципе, могу... Они не инструктировали Разина.

– Буду вам очень признателен.

– Будете признательны еще больше. Мне только что доложили... Наши генералы созвонились с Москвой, долго что-то выясняли. И теперь ищут вас, чтобы передать какой-то приказ... Я не знаю, какого уровня этот приказ, но рекомендовал бы вам вылететь в горы немедленно. Благо погода устанавливается, а вертолеты заправлены...

– Спасибо. Я так и сделаю.

* * *

Командир первой прибывшей роты дожидается Мочилова в машине вместе с Аббасом Чохоевым и командиром второй, только что прилетевшей роты.

– В аэропорт! – командует полковник. – Инструктаж перед вылетом...

– Разве в разведуправление не поедем? – удивляется майор Дубровский.

– Времени нет. Пока погода позволяет. Лететь надо... Третья рота прибыла?

– Заправляют вертолеты...

– Дубровский!

Майор вместо ответа шевелит пышными усами.

– Ты остаешься здесь. Скоро прилетит вертолет с ранеными. Там будем один мальчик. Он пока без сознания. Возможно, это сын нашего гостя... – кивок в сторону Аббаса. – У нас есть основания так думать... Безопасность мальчика на твоей совести. Тут есть пара московских генералов в штатском. Если они узнают имя мальчика, то постараются его забрать к себе. Ни под каким видом не отдавать. Вплоть до применения силы... Силы хватит?

– Хватит. Со мной моя группа. Выставлю охрану...

– Подумай, куда его перевезти.

– Что-нибудь соображу.

– Аббас серьезно ранен? – спрашивает старший Аббас.