Движущая сила - Дик Фрэнсис

Сокрушаясь по поводу своего невезения, я вернулся на выгон, надел уздечку на своего старого приятеля и повел его из всей этой идиллии вдоль по дороге по направлению к значительно меньших размеров лужайке, огороженной стеной, у меня за домом.

— Только не лопай эти чертовы нарциссы, — сказал я ему.

Он печально посмотрел на меня. Когда я снял уздечку и собрался уходить, я заметил, что и трава его не интересует.

Я забрал свой «Фортрак» со двора Мэриголд и снова поехал домой. Петерман все еще стоял там же, где я его оставил, и выглядел совершенно потерянным. Нарциссы были целы. Не знай я, что нельзя наделять животных человеческими эмоциями, я бы сказал, что он находится в депрессии. Я принес ему ведро воды, но и пить он не стал.

В голову мне то и дело приходили самые неожиданные мысли, как будто отдельные участки моего мозга до сего времени спали, а тут вдруг проснулись. Я уселся перед компьютером в разрушенной гостиной и снова сверился с инструкцией, прежде чем начать просматривать информацию на уцелевших дискетах.

Я припомнил, что, анализируя информацию о поездках водителей, я не выводил на экран данные по самому Джоггеру. Но когда я это сделал, то узнал мало нового, так как Джоггер садился за руль крайне редко, всего раз десять за прошлый год, и почти каждый понедельник во время банковских каникул, то есть в те дни, когда по всей стране устраивались скачки и нам всегда не хватало водителей.

Я почесал нос, немного подумал и принялся выводить на экран данные по всем фургонам, один за другим, узнавая их по номерным знакам.

Колонки на экране выглядели совсем по-другому: та же информация, но в другом ракурсе, совсем как случай с Мэриголд, позволивший ей разглядеть дотоле невидимых клещей.

Под каждым номерным знаком шел перечень данных из истории того или иного фургона: даты, поездки, цели поездок, фамилии водителей, количество часов работы двигателей, показания спидометра, графики техобслуживания, грузоподъемность, объем баков, количество израсходованного горючего за каждый день.

После напряженных раздумий, частого заглядывания в инструкцию и ряда неудачных попыток мне удалось найти данные по техническому обслуживанию, выполненному Джоггером в прошлом августе. На этот раз я расположил всю информацию в хронологическом порядке и получил данные относительно того, когда и какая работа была проделана с тем или иным фургоном.

Я прослеживал день за днем того летнего месяца жизни Джоггера, и здесь-то я и наткнулся на него, на «мертвого крестика».

Десятое августа. Номерной знак фургона, который обычно водит Фил. Смена масла в смотровой яме. Воздух из воздушных тормозов спущен. Тормозные компрессоры проверены. Произведена смазка. В конце замечание, сделанное и позабытое Изабель: «Джоггер сказал, из фургона в яму вывалился дохлый кролик. На нем полно клещей. Выброшен на помойку».

Я долго сидел, уставившись в пространство. Спустя некоторое время я вернулся назад и снова вызвал на экран данные по фургону Фила. Мне хотелось узнать, где он был восьмого, девятого или десятого августа.

Мой верный помощник поведал мне, что в эти дни Фил свой фургон не водил. Он сидел за рулем совсем другого фургона, старого, который, помнится, я позже продал.

О чем же говорят данные по фургону Фила? Седьмого августа тот фургон, который сегодня водит Фил, направился во Францию с двумя рысаками Бенджи Ашера. Они были заявлены на скачках восьмого в Канью-сюр-Мар на берегу Средиземного моря и вернулись в Пиксхилл девятого.

За рулем фургона в этой поездке сидел Льюис. По сути дела, в прошлом году Льюис чаще всего и водил этот фургон. Теперь, подумав, я это ясно вспомнил. Я перевел его на новый сверкающий шестиместный фургон осенью, когда продал старый. Я хотел, чтобы лошади Ашера и Уотермида перевозились с максимальным комфортом. В этом фургоне в сентябре он возил в Донкастер победителя классических скачек, принадлежащего Майклу.

Приблизительно в четверть одиннадцатого я позвонил в Эдинбург.

— Куипп слушает, — отозвался приятный чисто английский голос, ничего шотландского.

— Гм... простите, что беспокою, — сказал я, — но не могли бы вы мне помочь найти Лиззи, мою сестру? После очень короткой паузы он спросил:

— Вы кто, Робин или Фредди?

— Фредди.

— Подождите.

Я подождал и услышал, как он прокричал: «Лиз, тут твой брат Фред...», а потом в трубке раздался ее слегка взволнованный голос:

— Что-нибудь с головой?

— Что? Да нет. Разве что медленно и плохо соображаю. Послушай, Лиззи, у тебя там нет никого, кто бы знал что-нибудь про клещей?

— Клещей ?

— Ну да, такие мелкие и кусачие.

— Ради всего святого...

Она передала профессору Куиппу мою просьбу, и он снова взял трубку.

— Какие клеши? — поинтересовался он.

— Именно это я и хочу узнать. Они живут на лошадях и... этих... кроликах.

— У вас есть экземпляры?

— У меня конь в саду, так на нем, наверное, есть. После паузы трубку снова взяла Лиззи.

— Я тут пыталась объяснить Куиппу, что у тебя сотрясение мозга.

— Сейчас, слава Богу, все на месте.

— Так тогда что это за конь в саду?

— Петерман. Один из тех стариков, что перевозили в прошлый вторник. Серьезно, Лиззи, спроси своего профессора, где бы мне проконсультироваться насчет клещей. У нас тут, в Пиксхилле, слишком много лошадей стоимостью по несколько миллионов каждая, чтобы можно было шутить с клещами, разносчиками болезней.

— О Боже!

После трех минут молчания я снова услышал голос профессора Куиппа:

— Вы слушаете?

— Да.

— У меня есть приятель, специалист по клещам. Он спрашивает, не могли бы вы доставить ему несколько экземпляров?

— Вы хотите сказать... погрузить Петермана в фургон и привезти в Эдинбург?

— Тоже способ, я полагаю.

— Конь очень старый, еле стоит на ногах. Лиззи скажет, она видела. Он вряд ли выдержит путешествие.

— Я вам перезвоню, — сказал он.

Я остался ждать. Мой «Ягуар» и вертолет Лиззи все еще стояли во дворе. Такие быстрые машины, и теперь никакой от них пользы.

Куипп перезвонил довольно быстро.

— Лиззи сказала, что, если вы говорите, что дело срочное, значит, так оно и есть.

— Очень срочное, — подтвердил я.

— Хорошо. Тогда прилетайте сюда на самолете. Мы вас встретим в Эдинбурге, в аэропорту. Скажем, в час. Устроит?

— Да, но... — начал я.

— Разумеется, лошадь вам с собой не захватить, — резонно заметил Куипп. — Привезите только клещей.

— Да я их практически и увидеть не могу.