Движущая сила - Дик Фрэнсис

Она спросила, откуда сестра знает Азиза, и я рассказал о том дне, когда он перевозил старых лошадей, и о поездке с Лиззи в аэропорт на следующее утро.

— В тот вторник, ночью, меня сбросили с причала в Саутгемптоне. Откуда мне знать, что Азиз не приложил к этому руку?

— Да нет, — запротестовала она. — Уверена, он тут ни при чем.

— Откуда такая уверенность?

— Ну, просто... он такой жизнерадостный.

— И бандиты умеют улыбаться.

— Только не Азиз, — сказала она.

Честно говоря, в глубине души я был согласен с Ниной. Может, он и бродяга, но не бандит. Тем не менее кто-то из моего окружения был бандитом, и я бы очень хотел знать кто.

— Кто убил Джоггера? — спросила она.

— На кого бы вы поставили? — спросил я.

— На Дейва, — сказала она без колебаний. — Он способен на насилие, только скрывает это от вас.

— Да, мне говорили. Но нет, не Дейв. Слишком давно его знаю. — Я и сам слышал сомнение в своем голосе, невзирая на всю мою уверенность. — Дейв не знал о контейнерах под днищами фургонов.

— Можно улыбаться по-мальчишески и быть бандитом.

Несмотря ни на что, я рассмеялся и мне стало почему-то намного легче.

— Полиция разыщет убийцу Джоггера, — сказала Нина, — все ваши беды кончатся, я уеду домой, и на всем можно будет поставить точку.

— Я не хочу, чтобы вы уезжали.

Я произнес эти слова не подумав и удивился не меньше ее. Она задумчиво посмотрела на меня, безусловно понимая, что скрывалось за ними.

— Это у вас от одиночества, — сказала она медленно.

— Мне хорошо одному.

— Верно. Как и мне.

Она допила кофе и решительно вытерла губы салфеткой.

— Пора. — Она встала. — Спасибо за ужин. Я заплатил по счету, и мы пошли к машинам, нашим верным рабочим лошадкам.

— Спокойной ночи, — негромко произнесла она. — До утра. — Она легко забралась в машину. — Спокойной ночи, Фредди.

— Спокойной ночи.

И она уехала, умиротворенная и дружелюбная, не больше. Я не знал, почувствовал ли я облегчение или нет.

* * *

Среди ночи я внезапно проснулся. В голове звучал голос Сэнди: «Надо еще знать правильные вопросы».

Мне пришел в голову вопрос, который я должен был задать, но не сделал этого. Завтра утром первым делом и задам его.

Завтра утром первым делом меня разбудил телефонный звонок Мэриголд. Терзая мои барабанные перепонки своим оглушительным голосом, она немедленно перешла к делу.

— Не нравится мне твой приятель Петерман. Хотелось бы посоветоваться. Не мог бы ты приехать? Скажем, часиков в девять?

— Угу. — Я с трудом выкарабкивался из глубин сна, пытаясь сообразить, что к чему. — Да, Мэриголд. В девять. Хорошо.

— Ты что, пьян? — спросила она.

— Нет, просто не могу проснуться. В постели, и глаз еще не открывал.

— Так ведь уже семь, — резко заметила она. — Уже полдня прошло.

— Сейчас приеду, — пробормотал я, пытаясь положить трубку на рычаг.

— Хорошо, — услышал я ее голос с некоторого расстояния. — Прекрасно.

Спать хотелось ужасно, так и тянуло снова завалиться в постель. Только сознание того, что я так и не задал самый важный вопрос, заставило меня вылезти из постели и направиться в ванную комнату.

Суббота. Кофе. Кукурузные хлопья.

Все еще плохо соображая, я протопал в хаос моей гостиной и включил компьютер Все работали нормально. Я вызвал на экран те данные о водителях, которые Изабель снова ввела в компьютер Все коротко, сжато: имена, адреса, даты рождения, ближайшие родственники, номера водительских удостоверений, поездки за последнюю неделю, количество часов за рулем.

Были там данные и о Нине: ее адрес и возраст — сорок четыре года.

На девять лет старше меня. Точнее, на восемь с половиной. Я выпил еще чашку горячего кофе и задумался, много ли значит такая разница в возрасте.

Я ответил один за другим на четыре телефонных звонка, приняв заказ, внеся поправки и согласившись еще на одну поездку, и внес все данные в компьютер для Изабель, которая обычно работала в конторе каждую субботу с восьми утра до полудня. Без десяти восемь она сама мне позвонила и сообщила, что пришла, после чего я с облегчением переключил телефон на ферму.

Сам я тоже отправился туда, чтобы посмотреть за началом работы и разобраться в возможных неурядицах. Однако Изабель и Харв держали все под контролем.

Нина (сорок четыре года) приветливо мне улыбнулась и отправилась готовиться к поездке в Лингфилд.

Выглядела она так же решительно непривлекательно, как и раньше. Харв, Фил и остальные ходили в столовую и обратно, потягиваясь, забирали путевые листы и слегка флиртовали с Изабель Обычное субботнее утро. Еще один день скачек. Двадцать четыре часа жизни.

К половине девятого большая часть фургонов разъехалась. Я пошел к Изабель, которая печатала исправленный дневной график, пользуясь в основном тем, что я ввел в компьютер дома.

— Как дела? — спросил я без особого интереса.

— Все кувырком, — ответила она, довольно улыбнувшись.

— Хочу попросить тебя кое-что вспомнить.

— Валяй. — Она продолжала печатать, глядя на экран.

— Гм... — сказал я, — прошлым августом... — Я помолчал, дожидаясь, когда она обратит на меня внимание.

— Что прошлым августом? — переспросила она безразлично, продолжая печатать. — Тебя прошлым августом не было.

— Да, я знаю Когда меня не было прошлым августом, что нашел Джоггер в смотровой яме?

Она перестала печатать и с изумлением воззрилась на меня — Что ты сказал? — спросила она.

— Что нашел Джоггер в смотровой яме? Что-то мертвое. Что он нашел мертвое в яме?

— Но Джоггер... он был в яме мертвый, так ведь?

— В прошлое воскресенье в яме был мертвый Джоггер Но в августе в прошлом году он, судя по всему, нашел что-то другое мертвое, мертвый крестик, так он сказал, но ведь это полная чепуха. Не можешь вспомнить, что он нашел? Он кому-нибудь говорил? Тебе, например?

— О! — Напряженно думая, она сморщила лоб и подняла брови. — Что-то смутно припоминаю, но это был какой-то пустяк, не стоило тебе говорить.

— Так что он нашел?

— Думаю, кролика.

— Кролика?

— Ага. Мертвого кролика. Он еще сказал, что на нем было полным-полно личинок или чего-то еще, и он выбросил его в помойку. И все.

— Ты уверена ? — с сомнением спросил я. Она кивнула.

— Он не знал, что с ним делать, и выбросил.