Снайпер Шайтан - Любовь Рябикина

Даша натянула черную юбку и белую блузку. Оглядела себя в зеркало и осталась недовольна: одежда показалась ей чужой. Ей казалось, что юбка слишком сильно открывает ее ноги. Она попыталась пройтись по комнате в сапогах на каблучке и едва не упала. Обувь тоже показалась ей страшно не удобной. Она оглянулась на мужа в черном строгом костюме, тот улыбнулся:

— Как чужое все, верно? Ничего, привыкнем! Тебе очень идет этот наряд.

Даша расчесала волосы и попыталась создать из них ту, довоенную, прическу. Седые пряди выскальзывали из рук, не желая ложиться в ровный валик впереди. Стаценко подошел к ней и попросил:

— Присядь. Я не раз видел, как ты закручивала волосы, когда только появилась в отряде. Мне и тогда хотелось к ним прикоснуться. Дай мне попробовать!

Даша послушно опустилась на банкетку напротив зеркала. Майор собрал ее волосы в ладони и поцеловал. Ласково посмотрел на жену:

— Они такие мягкие, словно шелк и душистые, как горная лаванда.

Аккуратно расчесал и начал старательно скручивать их надо лбом вначале слева. Заколол шпильками и принялся за правую сторону. Затем свил волосы сзади в широкий и толстый вал. Закрепил и взглянул на Дашино отражение в зеркале:

— Ты красавица!

Она грустно улыбнулась:

— Седая и постаревшая. Мама увидит, испугается. А к родителям надо съездить.

— Сейчас в магазин забежим и краску для волос купим под твой цвет. Я внизу видел.

— Не надо краски. Я никогда не красилась и теперь не хочу. Мои поймут. Если ты против седой жены, я покрашусь…

Он обнял ее за плечи:

— Для меня ты любимая всегда, какого бы цвета не были твои волосы. Идем в ресторан?

— Ребят надо позвать.

Но звать никого не пришлось. Когда супруги распахнули дверь, возле нее стоял весь их отряд. Мужики смущенно улыбались. Сашок Горяев ахнул, глядя на Дашу:

— Красивая жена у вас, товарищ майор! Совсем не похожа на нашу чеченскую Дашу.

Женщина улыбнулась, глядя, как они одергивают себя и постоянно оглядываются назад:

— Тоже гражданская одежда смущает?

Мишаня ухмыльнулся:

— Да ну ее! В форме себя человеком чувствовал, а здесь — словно обезьяна в зоопарке. Пошли, что ли?

Вся группа спустилась вниз по лестнице и вошла в ресторан. Братья Горяевы сели с ними за один столик. Остальные ребята расселись за столиками вокруг. Мгновенно подскочивший официант вздрогнул, взглянув на волосы Даши и поняв, что они не крашеные. Через несколько минут столики были накрыты. Ни на кого не обращая внимания разведчики накинулись на еду. Заказали по сто грамм водки и молча выпили стоя, ничего не сказав друг другу перед этим. Они просто чувствовали необходимость выпить за тех, кто не вернулся. На стоявших здоровяков и женщину с ними оглядывались, но никто не приставал. Так же молча сели.

Оглядывались по сторонам, удивляясь мирной жизни. Все казалось не привычным и руки постоянно искали на боку автомат. Война настолько глубоко въелась в их нутро, что они уже профессионально искали оружие на других людях, ощупывая взглядами. Тихая музыка и приглушенный свет действовали на нервы, им казалось, что вот сейчас грянет выстрел чеченского снайпера, наказывая смертью беспечных гуляк.

И выстрел грянул. Пробка из-под шампанского взлетела в потолок. Стаценко и братья Горяевы автоматически прикрыли собой Дашу, остальные вскочили, зажав в жестких ладонях тупые столовские ножи. Отряд замер, оглядываясь вокруг. А пара за столиком у самой эстрады весело смеялась, глядя, как шампанское, пенясь, наполняет их бокалы.

Сашок Горяев швырнул нож на стол и сел:

— Да, мужики, это предел! Пошли отсюда! Купим водки в магазине, закуски и спокойно отпразднуем наше возвращение в чьем-нибудь номере. Товарищ майор, вы согласны?

Супруги дружно кивнули. Разведчики расплатились с официантами и вышли. Не обращая внимания на мороз, шесть парней отправились в продуктовый магазин напротив гостиницы. Остальные поднялись наверх. Гулять решили в номере семейной пары. Пока ребята вытаскивали стол на средину комнаты и стаскивали из номеров стулья, Даша шепнула мужу:

— Надо родителям позвонить. Пойдем, сходим к администратору.

Они быстро сбежали по лестнице вниз, не обратив никакого внимания на лифт. Спросив разрешения у высокого представительного мужчины, Даша набрала знакомый номер. Администратор смотрел на ее волосы и не мог отвести взгляда, хотя разумом понимал, что так глядеть неприлично. После третьего звонка трубку взяли и голос мамы сказал:

— Ало, я вас слушаю…

Даша срывающимся голосом крикнула:

— Мама, это я. Здравствуй!

В ответ раздалось не веряще:

— Дашенька! Где ты?

Мать кричала в трубку так, что у Дарьи заложило уши. Администратор увидел, как по ее лицу потекли слезы:

— В Москве. Я вернулась и завтра утром, с мужем, приедем к вам. Прости, что не сразу приехали, мы сегодня прощаемся с ребятами.

— Где вы находитесь, мы сейчас приедем!

Даша назвала гостиницу и адрес. Положила трубку и обернулась к администратору:

— Мои родители скоро подъедут, пожалуйста, пропустите их в сорок седьмой номер.

Мужчина кивнул, а когда они скрылись на лестнице, нашел в журнале учета комнату сорок семь и прочитал: «Супруги Стаценко. Военнослужащие. Командировочные. Прибыли с Чечни».

Родители Даши приехали через полчаса. Заплаканная Вера Григорьевна вбежала в холл гостиницы в распахнутом пальто и прижав сжатые в кулаки руки на груди, умоляюще посмотрела на мужчину за стойкой:

— Где поселились прибывшие с Чечни?

Следом в гостиницу вошел Алексей Иванович. Подхватил жену под руку и твердо попросил:

— Мы родители Дарьи Волынцевой. У нее сейчас другая фамилия. Проводите нас к дочери.

Администратор вышел из-за стойки. Молча проводил их до двери на четвертом этаже с номером «сорок семь», из-за которой раздавались приглушенные голоса. Постучался и сразу же вернулся вниз.

Он не видел, как дверь распахнулась. Он только услышал за спиной громкий вскрик и рыдания:

— Дашенька! Да ведь ты седая!

Мужчина ускорил шаги и почти бегом рванул по лестнице, чувствуя себя посторонним и ненужным свидетелем.

Вера Григорьевна никак не могла оторвать руки от дочери. Горячие потоки лились из глаз обоих женщин, а они все никак не могли успокоиться. Так и стояли в дверях, крепко обнявшись. Алексей Иванович прошел в комнату вместе с зятем и принялся знакомиться с разведчиками. Он не сразу узнал своего бывшего подчиненного в красивом майоре с седыми висками и только упоминание о полузабытой драке, заставило его повнимательнее приглядеться к Стаценко.