Подводный саркофаг - Анатолий Сарычев

Выскользнув из двери, Борис бодрым шагом направился по тропинке в сторону кемпинга.

Народ в домиках, несмотря на одиннадцать часов утра, крепко спал. Только на пляже два мужика с приличными животами делали зарядку, неторопливо приседая один напротив другого.

Внимания на Бориса они не обратили.

Едва Борис вышел на дорогу, как к нему моментально подкатил старенький «Опель» с шашечками на боку.

Черноглазый парень, по грудь высунувшись из окна, выкатив глаза, весело спросил:

– Собрались на базар, господин?

– Поехали! – моментально согласился Борис, открывая заднюю дверцу.

– Сегодня базар в Шахри-Шахе, господин! – предупредил таксист на приличном английском языке.

Где находится Шахри-Шах, Борис не имел ни малейшего представления, но на всякий случай мотнул утвердительно головой.

«Опель» резво взял с места и, вздымая за собой клубы пыли, помчался вперед.

Несмотря на свой неказистый вид, такси развило скорость сто шестьдесят километров в час, лихо обгоняя более престижные автомобили, которые, не торопясь, ехали по своим делам.

– Через сколько приедем на базар? – спросил Борис, когда прошло сорок минут такой езды.

– Еще тридцать минут, и мы будем на месте! – заверил водила, еще больше увеличивая скорость.

– Сколько у тебя стоит час работы? – спросил Борис, прикидывая, что лучше всего вернуться обратно на том же такси.

– Десять долларов, господин! – быстро откликнулся водитель, ловко объезжая стоящую посередине дороги фуру.

– Беру тебя на три часа, а может, и больше! – сквозь зубы процедил Борис, давая понять, что он делает одолжение таксисту.

– Хоть на целый день, господин! – согласился водитель, притормаживая. Впереди растянулась длинная очередь легковых автомобилей.

У Бориса похолодело в животе.

В чужой стране, без единого документа, вляпаться в историю и попасть в полицию было совсем нежелательно.

– Люди приехали на базар, а поставить машину негде! – пояснил водитель, включая кондиционер.

Очередь двигалась медленно.

– Вокруг столько пустой земли, а припарковаться нельзя! Почему? – удивился Борис, смотря, как автомобили сворачивают на асфальтированную площадку, расчерченную белыми линиями на аккуратные квадраты. – И что это за шум был сегодня ночью?

– Двое белых иностранцев приехали вчера в кемпинг и ночью взорвали его! – блестя глазами, выпалил таксист.

– Зачем белым иностранцам взрывать какой-то занюханный кемпинг? – недоуменно спросил Борис, наблюдая, как оказавшийся впереди полицейский, помахивая дубинкой, идет к ним.

– Вы ничего не понимаете в нашей жизни! Кемпинг Рафаила и Меджнуна – единственный в радиусе ста километров! Если здесь кемпинга не будет, то все водители будут останавливаться в Бахрад-Бее, где у нашего мэра живет брат и держит точно такой же кемпинг! – подвел экономическую подоплеку под диверсию таксист.

Полицейский, подойдя к такси, постучал в стекло со стороны водителя концом резиновой дубинки.

Борис откинулся на спинку сиденья, нацепив на лицо снисходительную усмешку.

Таксист, ни слова не говоря, приоткрыл стекло и сунул в протянутую руку две купюры.

Рука сделала ловкое движение, и деньги исчезли, как будто их и не было.

Машины двинулись вперед, но такси стояло на месте. Борис почувствовал, что по лицу начал струиться пот и в голову залез червячок сомнения:

«Не по мою ли душу полицейский проявляет интерес?»

Взгляд наклонившегося полицейского скользнул по каменному лицу Бориса и обшарил весь салон.

Последовала короткая команда на арабском языке.

Таксист коротко ответил просительным тоном, но полицейский грозно рыкнул, и водитель прямо выскочил из машины со скоростью только что прошедшего учебку новобранца.

Обежав автомобиль, водитель открыл багажник и вытянулся возле него, как ефрейтор на плацу.

Бросив короткий взгляд внутрь, полицейский произнес длинную фразу, во время которой таксист прямо изменился в лице.

Открыв заднюю дверцу, таксист нагнулся и предложил:

– Вас просят выйти для личного досмотра!

Борис, ни слова не говоря, не торопясь вылез из автомобиля и, уперевшись в раскаленную крышу ладонями, расставил ноги шире плеч.