Подводный саркофаг - Анатолий Сарычев

– У нас появились проблемы! – протянул «горилла» за стойкой, потерев небритую физиономию.

Борис не стал ничего говорить, а спокойно стоял посередине вестибюля, прикидывая, какой подарок судьба приготовила на этот раз.

Тяжело вздохнув, «горилла» за стойкой изобразил смущение и, запинаясь, пробормотал:

– Ваши номера заняты!

Борис продолжал хранить молчание, лихорадочно соображая, что делать дальше. Ничего путного в голову не приходило, и Борис просто не знал, как поступить! Оказаться в чужой стране без документов, денег и еще с любимой девушкой! Это просто трагедия! В пору было выходить на улицу и просить милостыню! Но кто подаст здоровому молодому парню?

– Вы, уважаемый господин, забыли, кто бронировал и оплачивал вам номера? – приблизившись к стойке, спросил Викинг.

– Я ничего не забыл и помню, что номера оплачены на неделю вперед, но, когда приходят от начальника полиции и просят поселить двух белых людей, поневоле задумаешься: так ли важны деньги?

– Какие варианты вы могли бы нам предложить? – спросил Борис, немного пришедший в себя после подобной наглости.

– Вариант есть, но всего один! Вы занимаете двухместный люкс и живете в нем оплаченную неделю, числясь по-прежнему в тридцать седьмом и тридцать пятом номерах!

– Ни о какой доплате речь не может идти! – сразу поставил условие Борис, прикидывая, куда он положит спать Нелли, которая прямо валилась с ног от усталости.

– Идите на второй этаж в тридцать восьмой номер. В люксе широкая кровать, и через десять минут коридорный принесет вам надувной матрац! – предложил портье. Борис остался за стойкой, а Викинг, обняв Нелли за талию, направился к лестнице, прихватив обе сумки.

К портье подошел здоровенный детина в шортах и кожаной безрукавке на голое тело. Презрительно посмотрев на Бориса, который казался просто пигмеем по сравнению с этим великолепным образчиком рода человеческого, от которого за версту разило соляркой и пивом, гигант наклонился над стойкой и протянул руку вперед.

– Я тебя, обезьяна черножопая, просил номер, а ты отдал его этим белым ублюдкам? – заревел дочерна загорелый гигант, хватая портье за рубашку на груди.

Быстрое движение, и деревянная дубинка с костяным звуком влепилась в лоб гиганта.

Закатив глаза, гигант медленно начал оседать.

Второй «горилла», внезапно появившийся сзади, подхватил тушу и поволок в глубину вестибюля. Дотащив гиганта до кресел, «горилла» кинул его на свободное и снова исчез.

– Толщина лба у данного индивидуума равна диаметру головы! – негромко сказал Борис, всматриваясь в ячейки номеров за спиной портье. Ни в одной из ячеек ключей не было.

Судя по неказистому зданию, номеров в кемпинге должно быть не так много, но вот ячеек было больше сотни. Борис решил развеять сомнения и спросить портье:

– Здание у вас небольшое, а вот номеров больше сотни. Как такое может быть?

– У нас есть домики на берегу моря. Сейчас сезон отпусков, и многие люди хотят полного уединения и поэтому снимают номера на весь сезон.

– У вас сейчас очень много народа. Я смотрю, даже в вестибюле люди спят. С чем это связано? – спросил Борис, кидая взгляд на кресло, в которое уложили гиганта. Только теперь, когда глаза привыкли к темноте, Борис обнаружил, что вся темная сторона вестибюля занята лежащими на полу людьми.

– Наши соседи перекрыли границу и ловят террористов. У них произошла серия взрывов, из-за которой в стране введено президентское правление. Все эти люди – водители автомобилей, которые застряли перед границей. Сколько товаров пропадет! Какие убытки! – запричитал «горилла».

– Вы же убытки не терпите! – утвердительно сказал Борис, красноречиво обводя рукой вестибюль.

– Это просто люди, которых мы с братом по доброте пустили переночевать! – сказал «горилла», которого уж в доброте душевной подозревать не стоило, судя по сноровке, с которой работала дубинка в его руках. За стойкой сидел жесткий прагматик, готовый на все ради прибыли.

Борис выложил на стойку сто долларов и попросил, направляясь к лестнице:

– Пусть к нам в номер принесут еще два таких надувных матраца!

Тридцать восьмой номер оказался действительно двухкомнатным, с широкой лоджией.

Широкая кровать, на которой вольготно разлеглась Нелли, оказалась просто полутораспальной тахтой, а вот в первой комнате имелся узенький диванчик, больше смахивающий на медицинскую кушетку. Сейчас на нем лежал надувной матрасик, который, полностью ее закрывая, вольготно свешивался спереди.

– Прими душ, и надо поговорить! – приказал Викинг, который в пластиковом кресле сидел на балконе, положив ноги на ограждение.

– Будет сделано! – охотно согласился Борис, мигом скидывая всю одежду на второе кресло.

В дверь постучали.

– Это я попросил принести еще два надувных матраца! – сказал Борис, в чем мать родила направляясь к двери. – Кто? – спросил Борис, на всякий случай делая шаг в сторону.

– Матрацы принес! – грубо сказал за дверью знакомый голос молодого «гориллы».

– Сейчас открою! – сказал Борис, поворачивая ключ в дверях.

– Разумная предосторожность! – похвалил «горилла», кидая быстрый взгляд в спальню.

Увидев увлекательное зрелище в виде раскинувшейся на кровати Нелли, «горилла» плотоядно облизнул толстые губы и предупредил:

– С девочкой поосторожнее! Одну в город не пускайте!

– Что ты имеешь в виду? – грозно спросил Викинг.

– Городок у нас южный, нравы горячие. Белые девочки в большой цене, – туманно ответил «горилла», укладывая еще два запечатанных надувных матраца.

– Во сколько обойдется переезд в отдельный домик на пляже? – спросил Борис.

– Сейчас свободных домиков нет, но через два дня, когда уедет семья надира, я смогу вас перевести! – обрадованно сказал «горилла», открывая дверь в коридор.

Едва «горилла» закрыл за собой дверь, как Викинг начал говорить:

– Часа через три, когда аборигены улягутся, навестим туалет сначала тридцать пятой комнаты, а потом тридцать седьмой! – внес предложение Викинг, глядя на Бориса, который открывал дверь ванной комнаты.

Блаженствуя под чуть тепловатой водой, Борис прикидывал, как они будут проводить обыск в номере, где не спят постояльцы.

Судя по активным вскрикам и громкому оханью за тонкой стеной, постояльцы занимались в ней явно не научными изысканиями.

Приведя себя в порядок, Борис вышел в гостиную – так про себя он назвал первую комнату номера.

На лоджии слышались два мужских голоса. Седой, со шрамом, «горилла», сидя напротив Викинга, увлеченно рассказывал:

– Идем мы по джунглям и вдруг видим деревушку. А в ней одни женщины!