Горный блокпост - Александр Тамоников

— Что-то рано ты звонишь, договаривались на три, а сейчас только два.

— Обстановка изменилась, Валюша. Ты как, готова покинуть гарнизон?

— В принципе, ничего меня не держит.

— Вот и хорошо. Выходи к спортгородку возле офицерской общаги, встань возле арыка с правой стороны. Увидишь машину Мансура, садись на заднее сиденье, все понятно?

— Все, дорогой!

— Вот и хорошо. Выходи прямо сейчас.

Старший лейтенант переключился на заместителя:

— Оман? Как дела?

— Нормально. Взвод в составе роты убыл на обед.

— Понятно. Давай выдвигайся к дому, заведи свою лайбу и выезжай. Меня подберешь у клуба.

— Минут через десять буду.

— Давай, жду.

В 14–20 старший лейтенант Жаров, сержанты Мансуров и Губочкина на белой «девятке» покинули пределы гарнизона, направившись в сторону станицы Разгульной.

В населенном пункте остановились у единственного магазина «Золото». Пожилой армянин радушно принял посетителей, провел к витрине.

— Пожалуйста, уважаемые, здесь под стеклом лучший мой товар.

И действительно, на разноцветных подушечках лежали украшения, способные удовлетворить любой, даже самый изысканный вкус. Подобная роскошь немного странно смотрелась на фоне обычных стен, деревянного пола и общей убогости помещения.

Жаров повернулся к Губочкиной, у которой при виде драгоценностей заметно заблестели глаза:

— Я обещал тебе подарок, дорогая, и держу слово. Выбирай его сама.

Валентина спросила:

— И на какую сумму я могу рассчитывать?

Ценник на украшения колебался от девятисот рублей до ста двадцати тысяч.

Старший лейтенант ответил:

— На любую!

Губочкина бросила на любовника быстрый взгляд:

— Уж не хочешь ли ты сказать, что я могу выбрать все, что понравится?

Старший лейтенант усмехнулся:

— Именно это я и хотел сказать!

Валентина вдруг вспомнила о прошедшем через блокпост караване, и настроение ее упало, но… ненадолго, блеск золота и драгоценных камней вновь завладел ею.

Она сделал выбор.

Армянин, явно не ожидавший подобного, растерянно спросил:

— Вы просто прицениваетесь, или действительно желаете купить украшения?

Жаров рассмеялся:

— Купить, уважаемый, купить!

— Но ваша дама выбрала драгоценностей почти на двести тысяч рублей?!

— Ну и что?

— У нас в станице еще никто и никогда не делал покупки на такую сумму.

— Значит, мы будем первыми! Только тебе, старик, не следует афишировать эту покупку. Как говорится, молчание — золото, а кому, как не тебе, знать цену золота.

Армянин всплеснул руками:

— Да что вы? Разве я враг себе? Если кто узнает, какие я снял деньги, то местные бандиты тут же обложат данью. Я вас просил бы молчать!

— О нас не беспокойтесь! И запомни, это не первая покупка, которую я сделаю при условии соблюдения тайны сделок.

— Конечно, конечно!

— Тогда укладывай товар в футляры, и будем рассчитываться!

Армянин засуетился:

— Вам придется подождать. Мне надо собрать заказ!

Жаров удивился:

— Чего его собирать? Снимай с витрины — и все дела?

Хозяин магазина покачал головой:

— Это невозможно! Неужели вы думаете, что я стал бы так открыто выставлять настоящие украшения? Здесь, в станице?

— Так перед нами бижутерия?

— Конечно! Но я быстро выполню заказ, только закрою лавку. Прошу извинения!

Армянин чуть не подбежал к двери, вывесил табличку «Закрыто», проскользнул мимо неожиданных покупателей куда-то внутрь помещения. Вскоре вернулся, неся в руках пакет. Обычный черный пакет. Поставил его на витрину:

— Вот ваш заказ, можете проверить!

Жаров кивнул Валентине:

— Посмотри, пожалуйста, дорогая, что нам принес достопочтенный торговец, а я пока рассчитаюсь с ним.

Губочкина тут же высыпала коробочки разных форм и размеров на стол, стала открывать их. Руки ее заметно дрожали.

Жаров спросил у торгаша:

— Сколько я тебе должен?

Тот быстро подсчитал стоимость украшений:

— 197 500 рублей, уважаемый!

— В долларах берешь?

— Конечно, но по курсу покупки банка, то есть по нижней шкале курса, и… если доллары настоящие!

— Ты что, старик?

— Извините, уважаемый! Сейчас на Кавказе столько всего фальшивого, что уж говорить о деньгах.

— И что ты предлагаешь?

— Проверить деньги, только и всего.

— В банк тащиться?

— Ну зачем же? У меня свой аппарат имеется.

— А у тебя нет аппаратика проверить, настоящие ли драгоценности ты нам подкинул?

Армянин укоризненно покачал головой:

— Если бы я здесь торговал фальшивкой, то мне давно бы отрезали голову.

Жаров согласился:

— Логично. Так сколько твой товар стоит в баксах?

— Минуту.

Торгаш склонился над калькулятором. Ответил:

— Значит, шесть тысяч восемьсот восемьдесят долларов с вас!

Старший лейтенант вытащил из кармана пачку стодолларовых купюр, отсчитал семь тысч, бросил их на прилавок:

— Забирай и проверяй!

— Хорошо, но сдачи я дам в рублях, вас это устроит?

— Сдачи не надо! Меня устроит, если мы как можно быстрей закончим эту канитель!

— Да, да, я быстро.

Он вновь метнулся в комнату, чтобы буквально через минуту выйти в торговый зал и объявить:

— Все в порядке. Благодарю за покупку. Буду с большим нетерпением ждать вас еще к себе, в свой скромный магазин. Да, если что, то я работаю и на заказ.

— Отлично! До свидания!

— До свидания, уважаемые! Да, простите, дверь открою!

Жаров, Губочкина и Мансуров вышли из магазина, сели в «девятку».

Старший лейтенант спросил у заместителя:

— В нашей хате холодильник есть?

— Есть.

— И он, конечно, пуст?

— Да.

— Тогда давай на рынок.

Купив водки, шампанского, мяса, овощей с зеленью и фруктов, уложив покупки в багажник и заняв место за рулем, Мансур спросил: