Рота уходит в небо - Александр Тамоников

Доронин, спустившись, построил роту, вызвал командиров взводов и приказал начать оборудование опорного пункта.

— Запомните, с сего момента мы с вами на выполнении боевой задачи. Работая, оружие, бронежилеты и каски держать при себе. В первую очередь оборудуйте индивидуальные ячейки для ведения огня стоя. Затем навстречу друг другу – ходы сообщения, сколько успеете до наступления темноты. Первый взвод у нас обоснуется на Малой высоте и оборудовать ее начнет завтра. Сегодня же взвод должен сделать блиндаж для укрытия личного состава. Запомните, филонить не имеет смысла, ибо чем быстрее мы укроемся, тем больше будет у нас шансов сохранить свои головы. Враг реально может быть рядом, и не только наблюдать. Так что попрошу осознать это и работать быстро, как только можно. Режим следующий – пятьдесят минут работа, десять – отдых. Будьте внимательны и посматривайте, что происходит вокруг. Все! Не будем терять время. Командиры взводов, ведите личный состав на высоту, там сержант-сапер объяснит схему построения обороны. Выполнять!

Рота, с полной выкладкой, повзводно, начала подъем на высоту.

— Старший лейтенант Панкратов, останьтесь! – Панкратов, перепоручив взвод заму, подошел к Доронину. – Что с тобой, Панкрат?

— А в чем, собственно, дело?

— Да вид у тебя какой-то убитый, недовольный. Ты примером должен служить, а сам кислый как лимон.

— Ты за этим меня вызвал? Кому какое дело, какой у меня вид? Ты за собой, ротный, лучше смотри. И учти, я тебе не Панкрат, изволь называть как положено, а лучше вообще никак.

— Надо было бы тебя заменить. Была же возможность. Нет, понадеялся, что здесь ты другим станешь.

— Зря надеялся, я другим не стану, так что принимай таким, какой есть. И давай общаться только в пределах служебных отношений?

— Договорились. Только предупреждаю, к солдатам обращаться уважительно, без оскорблений и высокомерия, а то ты большой любитель показать свое мнимое превосходство. Здесь тебе не в части, под крылом Куделина. Здесь и свои могут подстрелить невзначай.

— Угрожаешь?

— Дурак ты, Панкрат. Предупреждаю. И требую – больше заботы о людях, больше общения, чтобы они в тебе командира, друга видели, а не врага.

— Может, мне еще анекдоты, как ты, по пьянке им рассказывать?

Доронин, играя скулами, посмотрел на Панкратова.

— Выполнять задачу!

— Есть, товарищ старший лейтенант. – Панкратов чуть не щелкнул каблуками, приставив ладонь к виску. – Разрешите идти?

— Вали отсюда, клоун!

Панкратов рассмеялся, пренебрежительно, надменно.

— Это тебе, Доронин, надо привести себя в порядок, нервишки-то не того?

Александр, посчитав ненужным далее продолжать бесполезную полемику, направился через высоту к северному склону, где его ждал Егоров.

— Ты чего смурной такой? – спросил капитан.

— Да взводный у меня один, заноза еще та. И что за человек? Есть же такая категория людей, даже назвать не знаю как.

— А так и называй – козлы. Неточно по определению, зато обидно и доходчиво. Плюнь на него. Такие до первого выстрела петушатся. Если возникнет заварушка, всю спесь мигом снесет, возможно, с головой вместе. Он у тебя, как понял, на Малой будет?

— Да. Взвод там покрепче. Пока этот не испортил.

— Ничего, я ему туда Голикова с отделением подсажу, если что, тот организует оборону похлеще иного офицера.

— Ладно. Ты хотел ввести меня в курс дела.

— Да. Слушай.

Егоров подробно рассказал о результатах разведки, о решении изменить схемы минных полей, о том, что надо бы организовать две огневые точки, контролирующие балку и часть ущелья, о завалах. Поведал и про диалог с Шахом, передав опасения и предположения последнего. Доронин слушал внимательно, смотря поочередно на карту и окружающую местность.

— Все понял! – сказал он, когда Егоров закончил. – Значит, Шах считает вероятным прорыв здесь крупных сил?

— Да.

— А сам ты как?

— Черт его знает. Тяжеловато все же сколотить приличный отряд и провести его незаметно через ущелье. Возможно, но тяжеловато. Да что гадать? Укрепимся, а там как бог даст.

— И то правда.

— Ты не сказал – утверждаешь мои решения, командир?

— А что мне остается делать?

Егоров пожал плечами.

— Когда со взводными знакомить будешь?

— Пойдем, по ходу и познакомишься.

Офицеры вернулись на вершину высоты, где вовсю кипела работа. То тут то там взметались кирки и ломы, рушились на камни, выбивая искры. Работа давалась тяжело, но солдаты, понимая, что на этот раз это не пустая, никому не нужная работа, а их личная безопасность и, возможно, жизнь, вкалывали серьезно, молча, исступленно.

Первый, к кому они подошли, был лейтенант Лузгин.

— Лузгин! Познакомься, капитан Егоров.

— Валерий.

— Андрей.

— Лузгин – командир второго взвода, год как из института. Ну что, Андрей, как твои?

— Да ничего, пашут вовсю.

— Ты за режимом следи, отдыхать давай.

— Я смотрю.

— Какой-то он у тебя, как это мягче выразиться, немного потерянный, что ли? – высказался Егоров, когда они отошли от офицера.

— Есть немного. У меня в роте один балагур, парнишка, подчиненный Лузгина, чуханом его называет.

— И что? Прозвище соответствует действительности?

— Как сказать? Служит, словно срочную тянет. Ни то ни се, короче. Но, по крайней мере, исполнителен и лишнего не сболтнет.

— Это уже кое-что.

Они подошли к третьему взводу, где Егоров также был представлен командиру взвода старшему лейтенанту Дмитрию Боброву.

— Следующий– твой «петушок»?

— Да. Панкратов.

— Ну что ты – смотри, как Наполеон, на валуне стоит. Пулей бы его шугануть. Посмотрел бы я, как он остался бы на валуне красоваться!

— Панкратов! Старший лейтенант Панкратов, ко мне!

Тот не спеша подошел, козырнул.

— Знакомься, Панкратов, капитан Егоров. Валерий.

— Старший лейтенант Панкратов, очень приятно.

— Управляетесь, господин офицер?

— Управляемся.

— Ну-ну. Пошли, командир, знакомство закончилось, надо с саперами заканчивать да отправлять их на базу.

Словно услышав мысли Егорова, между склонов показалась группа саперов. Во главе с начальником службы.

— Все, Валера! – начальник ИС обращался к Егорову как к старшему по званию. – Как ты и просил. Вот схемы. Подпиши.