Рота уходит в небо - Александр Тамоников

— Так, – оценил Егоров, – поработали вы, как вижу, на славу. А в целом по району где еще будешь накрывать?

— В самом проходе – противопехотные, обычные. Триста метров в глубь ущелья – обычные и сигнальные, пятьсот метров – растяжки по склонам, если возможно, и везде сигнальные – звуковые и световые. Затем, между высотами, на подступах с двумя проходами, и вдоль дороги – фугасы, метров семьсот в сторону аула.

— Все?

— А что, мало? – удивился сапер. – Я вообще не понимаю, к чему такая плотность и разнообразность?

— Ну это не нам решать. Только ты, как с «зеленкой» закончишь, подожди продолжать. Мои люди местность изучат, кое-что скорректируем. Надеюсь, этим мы ничего не нарушим?

— Да нет. Согласуем общую схему, и все.

— Ну тогда заканчивай и подходи – будем дальше планировать.

— Хорошо.

— Приятно с такими работать. Другой бы начал ныть – у меня схема, приказ, свяжитесь с начальством. Молодец, старлей!

— Да ладно.

Старший лейтенант быстрым шагом спустился с высоты, прошел открытое пространство и скрылся в зарослях лесного массива, где колдовали, в прямом смысле, его подчиненные.

Начали возвращаться люди Егорова. Они подходили, садились отдыхать, дожидаясь остальных. После того как взвод собрался, капитан обратился к ним:

— Ну что, орлы, осмотрелись?

— Да вроде.

— В глубь ущелья кто ходил?

— Мы с Кириенко, товарищ капитан, – доложил сержант Сергеев.

— Ну и?

— Плохое ущелье. Дно неровное, видно, во время дождей поток прет здесь нехилый, везде валуны.

— Из ущелья нас видно?

— Если подняться метров на двадцать по левому склону, то Малая высота как на ладони. Правый склон отвесный – Большая не видна.

— А глубже?

— Глубже то же самое, но на расстоянии метров в пятьсот хребет закрывает видимость. От самого прохода высоты просматриваются хорошо, но видны только макушки.

— Понятно. Будем камуфлироваться. Глубже ходили?

— Дальше – сужение и поворот, склоны отвесные, высокие. Насколько хватило обзора. Глубже не по-шли.

— Так. – Егоров что-то отметил на карте. – Кто еще что скажет?

— Разрешите, товарищ капитан?

— Говори, Голиков.

— За Малой высотой балка приличная, довольно глубокая. Если смотреть с высоты, то просто нагромождение камней видно. На самом деле там овраг. В полный рост вполне передвигаться можно.

— Откуда начинается и где заканчивается балка? Ближайшее от нее расстояние до позиций?

Солдат повернулся, показал на гору, от которой, собственно, и начинались Косые Ворота.

— Вон там. За горой, за изгибом, от трещины, потом по дуге, как бы огибая высоту, и снова с изгибом, прямо к левому флангу. От самой балки до высоты от трехсот до пятисот метров примерно. От окончания балки до левого фланга – меньше ста, как раз на склон, на самый фланг, в мертвую зону от позиции.

Егоров посмотрел на карту. Ничего подобного на ней отображено не было. Он занес изменения.

— Голиков? А с горы прикрыть балку можно? Скрытное место для огневой точки есть?

— Если только среди валунов, немного левее, есть там ниша. И сверху закрыта. Оттуда если из пулемета, то вполне.

— Хорошо. – Валера вновь сделал отметку. – Кто еще что скажет?

— Разрешите? Если начать сверху «гостей» встречать, в ущелье, то неплохо бы еще одну точку на склоне организовать, – высказал свое мнение Кириенко.

— Есть место?

— Да. Одна пещерка глухая. И высоко, почти на хребте, с нее закупорить дно надолго можно.

— А уйти с нее при случае можно?

— Только по верху и канатами вниз прямо по скале.

— И где спуск?

— А вот, прямо перед нами, правая сторона Ворот.

— Вижу. Значит, уйти можно… – задумался Егоров. – Примем к сведению. Что еще?

— Можно еще дальше по ущелью каскад сделать (под каскадом подразумевалось такое построение огневых точек, которые располагались на разных уровнях, одна над другой, позволяя осуществлять эффективное и бесперебойное ведение огня, создавая иллюзию присутствия больших сил), но тогда весь взвод уйдет в ущелье. Не молодых же сажать в горы?

— Нет. Каскад отпадает. А вот на узком участке следует пару завалов организовать.

— Это можно, товарищ капитан, условия позво-ляют.

— Хорошо. Есть еще у кого что сказать? Нет? Тогда, ребятки, так. Рассредоточьтесь по высотам равномерно, машины на позиции, одну вниз. И всем спать. Ночь наша будет. Потом с пехотой разберемся. Все, выполнять!

Обученные и дисциплинированные бойцы, воюющие не первый год, быстро выполнили распоряжение командира, выставив наблюдение и найдя подходящее пристанище, – в полной мере использовали возможность отдохнуть.

Егоров тем временем разговаривал с начальником инженерной службы. Держа в руке планшет с картой, он указывал саперу, что следует сделать, учитывая обстановку после проведенной разведки.

— Ну как? Запаса твоих «игрушек» хватит?

— Придется между высотами оставлять незащищенное пространство. Тогда боезапаса должно хватить.

— Между высотами не столь важно, делай, как я тебя прошу.

— Сделаем.

Старший лейтенант подал команду своим измотанным подчиненным и, построив их, поставил согласованную с капитаном задачу.

К 18.00 подошла рота. Доронин приказал быстро разгрузить машины и разложить груз на обочине дороги. «БМП» развернулись, построились в колонну и стали ожидать саперов, чтобы вместе вернуться на базу.

Александр поднялся на высоту к Егорову.

— Прибыли?

— Как видишь. Ну, что тут за дела?

— Докладываю. Приданный тебе взвод по прибытии провел рекогносцировку местности, исходя из результатов которой саперы разметили схему опорного пункта и продолжают установку минных полей. Пока все, товарищ старший лейтенант.

— Брось, Валер, не ерничай. Тут и козе понятно, кто на самом деле старший.

Егоров улыбнулся, хлопнул Доронина по плечу.

— Нам ли, Сань, власть делить? Но субординацию блюсти должны. Ты своим взводным задачу поставь – пусть людей распределят – траншеи рыть. Саперы разметку сделали и кое-где уже вгрызлись в грунт. До наступления темноты надо хоть по пояс закопаться. Я буду тебя ждать на северном склоне. Поговорить есть о чем.

— Твои не помогут копать?

— Моим ночью работать, пусть отдыхают.

— Добро.