Клятва сбитого летчика - Иван Козлов

– Нам надо туда?

– Нам надо, чтоб американцы думали, что нам надо туда.

Пирожников хмыкает:

– Стратегическая хитрость какая-то. Не для моих извилин.

– С них достаточно, что ты в женских органах разбираешься, – говорит Хук. – Вопросы стратегии для других оставь.

Хук все еще зол на Женьку, и Циркач шепчет ему:

– Ладно тебе. Что случилось, то случилось, правильно командир сказал. Исходим из того, что есть. – И повернулся к Физику: – Давай, раскошеливайся.

Тот достает из вещмешка обычные с виду шарики для пинг-понга, спрашивает:

– Два дать?

– Не промажу.

Берет только один, оставляет свой вещмешок, однако достает оттуда нечто вроде роликовых коньков, миниатюрный арбалет, с ним и автоматом исчезает в джунглях, но идет не в глубь их, а параллельно реке. Туда, где с берега на берег переброшен хлипкий мост из лиан. Прямо посредине он разорван, держится черт знает на чем: перекладины провисают, цела только боковая стяжка перил. Не пройти никак.

Здесь Циркач и пользуется арбалетом. Стрела с наконечником-острогой впивается в ствол дерева на другом берегу реки почти на уровне самого моста, унося с собой тонкую веревку-линь. Он закрепляет конец веревки на своей стороне, а потом на запястьях рук ремни от роликов, чтоб скользить при их помощи по веревке. Докладывает по рации:

– Я готов, командир.

Тот наблюдает за американцами:

– Погоди, один в твою сторону как раз смотрит… Так, теперь пошел!

Циркач с силой оттолкнулся и проскользил над рекой, поджав ноги. Заняло это путешествие секунды три, осталось незамеченным для чужих глаз, и вот он уже пробирается меж деревьями и кустарниками к чужому костру. Достает обычную с виду рогатку, заряжает в нее теннисный шарик, прицеливается, стреляет. Огонь в костре вспыхивает огромным белым пламенем – Циркач выстрелил так называемой световой гранатой. Два американца, сидевшие у огня, вскрикивают, закрывают ладонями глаза. Два других часовых бегут к ним. Глухо звучат их голоса. А Циркач бежит вглубь, и пост морпехов теперь оказывается между ним и Платовым. Он стреляет по сложенным вещмешкам американцев, перемещается дальше в джунгли, вновь делает одну короткую очередь, другую…

Трое морпехов тоже хватаются за оружие, рассредоточиваются, бьют по джунглям. У четвертого проблемы с глазами, стал за дерево, трясет головой – видно, световая граната ослепила на время.

Платов наблюдает за американцами в бинокль. Пока все идет как надо. Теперь бы Циркачу вернуться без проблем. Ага, вот он уже у моста, так же скользит, словно по воздуху…

– Эй, эй, смотрите, там, через мост!

Ох как не вовремя прозрел четвертый! На его крик возвращаются трое морпехов, но Циркача они уже не видят, он перелетел через реку.

– Человек… По воздуху…

– У тебя глаза слезятся, показалось…

– Да нет же!..

Они начинают переговариваться, двое идут к мосту с оружием на изготовку, и в это время за спиной Платова оказывается Циркач.

– Веревку сдернул?

– Так точно.

– Не наследил там?

– Обижаешь, командир. Думаю, даже трава не примята.

Морпехи уже у моста. Рассматривают землю, один пробует ногой крепость старых лиан, делает шаг, второй качает головой, мол, дальше идти опасно, и тут лиана обрывается. Боец летит в воду, ругаясь, вылезает на берег, мокрый, грязный.

А тот, который пострадал с глазами, начинает докладывать по рации:

– База, я четвертый, гости в районе Чертовых ворот, идут на северо-восток от нас.

– Что и требовалось доказать, – шепчет Платов. – Теперь еще бы разок на этом маршруте отметиться.