Редкая птица - Петр Катериничев

– А что, на пляже не приставали?

– Приставали, да все не те. Дрон, ты пристаешь к девушкам на пляже7 – Нет. Хотя потом жалею.

– А как же дворовое воспитание?

– Во всяком воспитании есть свои пробелы. Будем считать, что жигало из меня не получился.

– Значит, ты меня поймешь. У нас одинаковые комплексы.

– Вот уж нет. Я – человек совершенный, как статуя сфинкса в натуральную величину! Так с кем ты познакомилась?

– С мужчиной.

– Да ну!

– Нет, я серьезно. Высокий, спортивный, загорелый. Хотя – в годах.

– Хороший семьянин, морально устойчив, при деньгах, – в тон ей продолжаю я.

– Наверное, так и есть. Насчет семьи я не интересовалась.

– Похвально.

– Иронизируешь?

– Вот уж нет. Познакомились, конечно, не на пляже?

– Нет. Дома.

– В Москве?

– Да здесь. Это был третий вечер в Приморске. Тоска зеленая. Сидела, как дура, перед телеком и попивала ликер. А он позвонил.

– По телефону?

– Да. Спросил Маргариту.

– Хозяйку квартиры?

– Да.

– Ее хахаль?

– Ну и словечки у тебя! Конечно нет. Я видела ее фотографию – даме за пятьдесят, этакая седая, модная. Одета с большим вкусом.

– Понятно. Дворянствующая.

– Как?

– Объявилась сейчас такая категория лиц.

– Ну да. Внешне – похоже. Володя сказал, что у него дела с Маргаритой. А когда узнал, что она уехала, вовсе не расстроился.

– Может, он уже знал об ее отъезде и о том, что трубку возьмешь именно ты?

– Может, и так. Я об этом не думала. Рада была хоть с кем-то поговорить.

– О чем был разговор?

– Да ни о чем. Треп, веселый и двусмысленный. Сам, наверное, знаешь.

– Ага, догадываюсь. Он предложил встретиться?

– Конечно.

– Где?

– На пляже.

– Все-таки пляжное знакомство! А ты говоришь – комплексы.

– Вовсе не пляжное. Он мне по разговору понравился. Не дебил.

– И не толстяк, раз пляж предложил. И тебя рассмотреть, и себя показать.

– Не знаю, как меня рассматривать…

– Не скромничай…

– …а себя показать он сумел. Ни жиринки – крепкий, мускулистый. Хотя ему за сорок.

– Культурист?

– Нет, говорю же. Фактура другая. Он не громоздкий и гибкий. И еще – в нем чувствуется сила. Настоящая.

– Ну надо же!

– Да вот.

– Он тебе понравился…

– Понравился. А что?

– Ничего. «Это смутно мне напоминает индо-пакис-танский инцидент», – пропел я из Владимира Семеновича. – Значит так: волосы короткие, жесткие, с сединой, лоб высокий, выпуклый, у переносья – глубокая морщина, нос прямой, с горбинкой, развитые скулы, тяжелый подбородок. Губы хорошо очерчены, но рот жесткий. Глаза – светло-голубые. Похож?

– Да, это он. Ты его знаешь?

– Встречались.

– Где?

– Потом. Рассказывай дальше.

– Ну что, покупались, позагорали. До вечера. Потом он подвез меня домой.

– На чем?

– У него серая «волга», «двадцатьчетверка».

– Ты его пригласила?

– Да. Почему нет?

– И дальше?

– Что – дальше! Мы пили вино. Слушали музыку. И – занимались любовью.

– Утром он уехал?

– Представь себе – нет. Мы не расставались три дня. Ездили купаться, только не на пляж, а за город, в пустынные местечки. Набирали вина, еды. Вечером возвращались домой. Мне было очень хорошо с ним. По-моему, ему со мной тоже.

Наверное, я даже влюбилась в него. Тебе не скучно слушать?

– Нет.

– Может, скажешь, так не бывает?

– Еще как бывает.

– Ну вот.

– Каким он тебе показался?

– Понимаешь, он очень мужественный, сильный человек, но, по-моему, какой-то несчастливый.

– Он не говорил, чем занимается, например, или где работает?

– Нет. А я его и не спрашивала. Но думаю, что он начальник, и не маленький.

– Почему?

– Он иногда звонил по телефону. И так, и по межгороду. Старался звонить, когда я была в ванной или на кухне. А я не прислушивалась. Единственное, этого нельзя было не заметить, у него менялся голос. Вернее – тон, Спокойный, но очень жесткий.

Так прошло три дня. Потом он сказал, что уезжает на время по делам, но по приезде сразу позвонит. И, чтобы загладить свою вину за отсутствие, приглашает меня в ресторан.

– В «Три карты»?

Лена удивленно вскинула брови.

– Да. Так ты его все-таки знаешь?

– Он сказал, на сколько уедет?

– Нет. Но полагал, что ненадолго. Если бы я знала, что потом случится, я бы его не отпустила вовсе… У тебя выпить не осталось?

– Сколько угодно.

– Дай, пожалуйста.

Протягиваю ей фляжку. Вернее, это плоская бутылка, но большая и оплетенная лозой.

Девушка сделала глоток, поперхнулась, замерла, переводя дыхание.

– На следующий день, вечером, в дверь позвонили. Я бросилась открывать, решила – Володя вернулся. Но У порога стоял незнакомый парень. Высокий, красивый, с невероятно огромным букетом роз.

«Здравствуйте, Лена, – сказал он. – Володя попросил передать вам эти цветы».

«Он уже вернулся!»

«Да. Мне поручено отвезти вас», – сказал он церемонно.

«Куда? В ресторан?»

«Нет. Это – сюрприз».

«Можно подождать минут пятнадцать, я оденусь».

«Пожалуйста».

По комнате я летала, как на крыльях. Парень корректно вышел на кухню. Я быстро сполоснулась под душем, оделась, накрасилась. Парень вышел, посмотрел на меня, потом на часы. Прошло и правда минут тридцать пять – сорок.

«Я уже. Ну как?» – Мне было так здорово, что хотелось всем нравиться. И ему тоже.

«Прелестно», – хмыкнул парень, но как-то нехорошо.

«Подумаешь», – решила я. Не хотелось замечать этот его взгляд.

Мы спустились, сели в светлый «жигуленок», – он еще так галантно заднюю дверцу открыл. Поехали.

Приморск я знаю плохо, но все же заметила, что едем мы не к центру, а наоборот, за город.