Редкая птица - Петр Катериничев

– Из Москвы… – Лена удивленно подняла брови: дескать, что, и так не видно?

– Что ты делаешь в Москве?

– Как что? Живу, работаю.

– Где живешь, с кем, где работаешь?

– Чего-то ты любопытный не в меру…

– Считай, что подыскиваю себе спутницу жизни. Может, ты выгодная партия.

– Выгодная партия сейчас – республиканская, и та в Америке.

– Спасибо, я учту.

– Ну хорошо. Работаю я в СП. – В каком?

– В «Траверсе».

– Ого! Кем?

– В отделе рекламы.

– Начальником?

– Пока нет.

– Давно работаешь?

– Второй год. Как универ закончила.

– Ага. Значит, ты девушка в годах…

– Хам. Трамвайный. Мне двадцать три.

– А выглядишь на восемнадцать!

– О тебе этого не скажешь.

– Тяжелое детство, крепленые вина, скользкие тротуары… Какой факультет?

– Иняз. Английский и немецкий.

– Языком, значит, владеешь?

– Ага.

– И это он тебе помог устроиться в «Траверс»?

– Что ты имеешь в виду? – Девушка покраснела. – Дрон, прекрати хамить!

– Извини. Дворовое воспитание, хулиганствующие друзья…

– …и прыщавые подружки. И – тяжелое детство, я уже слышала.

– Один-один. Проехали. Так как ты туда устроилась?

– Мне помогли.

– Кто?

– Друг.

– Кто таков?

– Слушай, какое твое дело?

– Как, а на правах возможного кандидата в будущие члены семьи?

– Балабол…

– Ладно. Где этот друг теперь?

– Что?

– Почему ты приехала на юг одна?

– Мы поссорились.

– Давно?

– Недавно. Слушай, Олег, мои московские дела не имеют к происшедшему здесь никакого отношения.

– Ты думаешь?

– Да.

– Тогда отложим пока. Как доехала?

– Что значит – как? Нормально.

– Я не про то. В поезде ни с кем не познакомилась, не подружилась?

– Да нет. До Приморска в купе только один мужик ехал, остальные менялись.

– А мужик что?

– Да мужик как мужик. Толстый. Всю дорогу наворачивал – то курочку, то колбаску, то сало – словно год не ел.

– Скучно было?

– Да нет. Книжку читала. Черешней отъедалась.

– Тебя встречали?

– Нет. А кому?

– Ну, мало ли.

– Я девушка самостоятельная.

– Родители тоже так считают?

– Тоже.

– Ты живешь с ними?

– Нет. Я прописана у бабушки. А бабушка живет теперь в деревне.

– Выжила старушку?

– Вот еще. Да она никакая не старушка. Семь лет назад купила избу в деревне под Калугой – тогда они стоили ерунду. Сначала была вроде как дача, бабушка там с весны жила. А теперь живет постоянно.

– Чтобы твоего друга не смущать?

– Замуж она вышла! Съел?

– А квартирку ты сама подыскала или через посредника?

– Какую квартирку? Бабушкину?

– Дедушкину. В Приморске, на улице имени Железного Маршала.

– На Конева?

– Да.

– Мне посоветовали.

– В Москве?

– Да.

– Кто?

Леночка запнулась на секунду:

– Ну… друг.

– Ага, герой романа. Заботливый он у тебя. Так вы все-таки помирились?

– Да он просто по-дружески. Узнал, что я на юг собралась, в Приморск, ну и позвонил моей подружке, та передала.

– Что?

– Ну, что квартира здесь есть, хозяйка какая-то знакомая Дениса…

– Ага, друга зовут Денис.

– Денис. Так вот, эта знакомая его как раз или уехала, или собиралась уезжать, так что квартира пустая и можно ей попользоваться.

– Бесплатно?

– А я сразу ему перезвонила, спросила, сколько это будет стоить, он сказал – ничего. Этой женщине он какую-то услугу серьезную оказал, да к тому же ей спокойнее, если кто-то жить там будет, пока ее нет, – хоть не ограбят.

Квартира-то не бедная, ты же видел.

– Ага.

– Ну вот, Денис сказал, что улица такая-то, могу ехать.

– А ключи?

– Он сказал у соседки взять. Ей оставят и про меня скажут, приеду, передаст.

– Ну, сервис! Прямо Сингапур какой-то!

– Да нет, я сразу Денису сказала, что и заплатить могу, но он посоветовал купить старушке какой-нибудь подарок – там, конфет хороших пару коробок, и пусть голова у меня не болит.

– Не Денис, а Санта-Клаус. Редкость, по летнему-то времени. Видно, большого обаяния мужчина, – произнес я, а сам почему-то вспомнил Володю-Ларсена и его «редкого таланта мужчину». Ныне – покойного. – Так почему же вы все-таки поссорились?

– А вот это уже точно не твое дело.

– Хорошо. Слушай, а это не тот Денис, что в ЦУМе замадминистратора работал?

– Да нет, никогда он ни в какой торговле не работал.

– А я было подумал…

– Дрон, не финти. Хочешь спросить, кем он работает, – так и спроси.

– Хорошо, спрашиваю: кем он работает?

– А я не знаю.

?

– Ну, в том смысле, что точно не знаю.

– А не точно?

– Думаю, что в КГБ.

– Нет уже КГБ.

– Ну, не знаю, как это теперь называется, – в службе безопасности или что-то в этом роде.

– На Лубянке?

– Говорю же: не знаю.

– А почему ты решила, что все-таки в органах?

– Да он не особо-то и скрывал.

– То есть сказал прямо: я контрразведчик.

– У тебя все шуточки. По-моему, он страшно гордился, что в такой службе работает, и жалел, что прямо похвастаться не может, но намекал по-всякому.

– А может, он просто в какой-нибудь халупе при дверях состоял, а тебе лапшу вешал.

– Да нет, фактура другая. И не пацан уже – в годах. – Леночка лукаво улыбнулась:

– Твоего возраста.