Траурный эндшпиль - RedDetonator

— Это всего лишь авиационная бомба! — заверил я всех присутствующих. — И это отличный знак для нас! Без паники! Всё идёт так, как должно идти!

— Что ты такое говоришь?.. — гневно прошипел испуганный генерал-майор.

— У нас это в порядке вещей, — пожал я плечами. — Вам остаётся лишь принять это, как часть объективной реальности. Иначе вам не выжить.

Я уже привык, что в любое время суток в небесах может появиться очередной незваный гость нашего мира, который ещё не знает, что выполнить поставленную командованием боевую задачу он уже не сможет. Хуже, конечно, когда нас бомбит что-то из альтернативного будущего, но даже от фашистских артиллеристов бывает много проблем.

«Всегда знал, что Питер — это какое-то особенное место», — подумал я, ободряюще кивая генералу. — «За него отчаянно сражаются в сотнях миров…»

— Безумие… — констатировал генерал-майор Артамонов.

— … в котором вы теперь живёте, — дополнил я. — Идём дальше. Тут недалеко, на самом деле.

Прошли парк насквозь — мои ведомые охреневали от видов, ведь в парке есть американские горки, которые выглядят очень футуристично и необычно. Хотя больше их внимания привлекали брошенные коляски, опрокинутые тележки со сгнившим содержимым, а также прочие признаки минувшей цивилизации.

— Обратите внимание! — воскликнул я. — Газпром-арена! Здесь проводились самые знаковые матчи всё никак не желающего окончательно умереть российского футбола! Для тех кто не знает, футбол — это когда десять миллионеров пытаются отнять друг у друга мяч, а за всем этим наблюдают простолюдины, потратившие на это зрелище часть своей скромной зарплаты! Их никто не заставляет, но они упорно идут на матчи и смотрят, смотрят, смотрят!

Минут через тридцать, мы поднялись на западный скоростной диаметр, где началась самая опасная часть — узкое пространство, на которое свободно заходят зомби и даже Аид не знает, сколько их там сейчас. Мы с Шув прикончили пару десятков по пути сюда, но они появляются тут регулярно, будто это какая-то особо важная кормовая база для зомби.

— Отсюда можно пронаблюдать лишь незначительную часть красоты этого великого города! — вещал я с интонациями заправского гида. — Те странные коробочки замысловатой формы — это жилые дома. Да-да, там жили люди и у нас в порядке вещей, когда здания строят высотой в двадцать, а то и тридцать этажей! Открою вам секрет — у нас есть даже «Лахта-центр», восемьдесят семь этажей и четыреста шестьдесят два метра! Высочайшее здание Санкт… прошу прощения, Петрограда! С ума сойти можно, не думаете?

Дошли почти до самого конца мостовой части западного скоростного диаметра и я увидел неприятное, но вполне ожидаемое зрелище.

— А сейчас вы можете увидеть, как зомби, упавшие в Малую Неву, уносятся течением, — сообщил я своей невольной экскурсионной группе. — Увы, но часть из них, всё же, прибивается к берегу, чтобы чинить препятствия даже тем живым, что как-то умудрились укрыться на острове. Вот такие вот дела, да…

В конце скоростного диаметра был установлен блокпост Коммуны.

— Это кто такие, Верещагин? — спросил начальник блокпоста, Иван Николаевич Гончарский, полковник МВД в отставке.

Вроде как, он ушёл в отставку ещё в конце 90-х и должен быть дедом, но так получилось, что теперь он у нас супер. Способен телекинезом манипулировать четырьмя неодушевлёнными объектами массой до десяти килограмм и на дистанцию до ста метров. Редкий потенциал сверхспособности — он способен метать во врагов гранаты, снаряды, мины, копья, дротики и так далее, поэтому его одного достаточно, чтобы надёжно перекрыть скоростной диаметр, но с ним ещё десять бойцов.

Насколько я знаю, он присоединился к нам дней пять назад, но познакомился я с ним только сегодня, когда шёл на Крестовский остров.

Я тут большую часть людей, постоянно обитающих в Коммуне, ни разу не видел, потому что бабуля развела бурную деятельность и все постоянно куда-то уходят, что-то делают, а потом оказывается, что стену надо срочно расширять, чтобы зомби вновь не заняли освобождённую территорию…

— Нашёл тут неподалёку, — ответил я. — В любом случае, надо доставить в Коммуну и опросить. Может, кто-то захочет остаться…

— А оружие? — спросил Гончарский.

— У нас тут апокалипсис, — развёл я руками. — Сам бы оружия ни за что не отдал и других принуждать не стану. Тем более, у них винтовки Мосина и один пулемёт Максима. Да и не ожидаю я от них проблем, в ближайшее время.

— Ладно, — кивнул полковник в отставке, выдержав короткую паузу на раздумья. — Но под твою ответственность.

— Как и всегда, — усмехнулся я.

— Проходите, — разрешил командир блокпоста.

Коммуна ждёт дерьма со всех сторон, даже сверху и снизу, поэтому там, где это возможно, стоят вот такие блокпосты, усиленные лояльными суперами.

— Ёперный театр… — изрёк вдруг Гончарский, посмотрев куда-то в сторону Малой Невы.

Я перевёл взгляд в том же направлении и обомлел.

— Обалдеть, — поддержал я реакцию полковника. — А вот это интересно!

По течению медленно и величественно дрейфовал фрегат-ресторан, который кто-то отшвартовал и пустил в вольное плавание.

Примечания:

1 — Штабс-капитан — Верещагин ошибается, потому что штабс-капитан был ниже капитана и занимал положение между поручиком и капитаном. И он введён в заблуждение наличием четырёх звёзд на погоне и одной полосой, что в точности копирует привычный для него капитанский погон. В Русской императорской армии капитан не имел на погоне никаких звёзд, а мог похвастаться только одной продольной полоской.

Глава седьмая. Жертвы

/12 мая 2022 года, г. Санкт-Петербург, западный скоростной диаметр/

— Я хочу себе этот корабль, — уверенно произнёс я.

— Но там же целая куча зомби, — сказала на это Шув. — Воняет, наверное, как в коллекторе.

— Отмыть можно всё, — заявил я. — Оснастить эту штуку мощным двигателем, набрать команду — здравствуй, мир! Можно будет разведать, как дела на Готланде. Ну и в Европу сходить, узнать, что там осталось интересного.

— Насколько я знаю, туда улетели ядерные ракеты, — сообщила мне Шув.

— Ну и что? — спросил я недоуменно.

— Радиация, мутанты, ядерная зима и всё такое… — перечислила она.

— В Фоллаут переиграла, что ли? — усмехнулся я. — Даже если туда отправили хоть тысячу боеголовок, есть бесчисленное множество маленьких городов, в которые даже не