Траурный эндшпиль - RedDetonator

Бабушка сидела на кухне и пила чай с какой-то своей подругой, а я развалился на диване и смотрел свой плазменный телевизор. На мне была чёрная футболка, почему-то, это показалось важным, треники, а на ногах махровые тапочки в виде кроликов.

— Ты близок, — появилось на экране изображение Стикс. — Ты оправдал наши ожидания.

— Я рад, — ответил я. — И что теперь?

— Ты придёшь туда, — сказала богиня клятв. — И сделаешь то, что сделаешь. К этому моменту всё будет закончено.

— Что будет закончено? — спросил я.

— Ты поймёшь, — пообещала Стикс. — Те жертвы, что вы принесли сегодня утром — они очень нам помогут. Мы благодарны тебе.

— А почему такой сложный способ связи? — спросил я. — Чего вживую не заговорила? Почему во сне?

— Тебя это смущает? — улыбнулась Стикс.

— Может, я хотел посмотреть во сне на голых баб или футбол? — заулыбался я.

Изображение Стикс на экране исчезло и появилось футбольное поле, где играли в футбол голые бабы.

— Так лучше? — поинтересовалась богиня. — Но, так и быть, я отвечу на твой вопрос. Мы экономим энергию на то, что собираемся сделать. Прометей нам в этом поможет, мы уже договорились с ним, но ещё помогут остальные титаны. Тартар открыт.

— Вы стали какими-то рисковыми, — заметил я.

— Сейчас такое время, — ответила Стикс. — А ты ведь не знаешь.

— Чего не знаю? — не понял я.

— Ты стал отцом, — вновь появилась богиня на экране. — Твой сын уже передан твоей бабушке. Мне жаль, что теперь это великая упущенная возможность…

— О-о-о… — издал я нечто поражённое. — И как назвали?

— Твоя бабушка решила назвать его Елисеем, — ответила Стикс.

— Что за «великая упущенная возможность»? — уточнил я.

— Не могу тебе сообщить, — покачала головой Стикс. — Ты делаешь всё правильно — продолжай свой путь и достигнешь своей цели. Но не той, которую ожидаешь. А теперь — спи.

Меня сразу пробила сонливость, причём я давал себе отчёт в том, что внезапно захотел спать во сне. Глаза мои, против моей воли, закрылись и я уснул на бабушкином диване.

— Утречка, — увидел я лежащую рядом Шув. — Выспался?

— Наверное, — ответил я неуверенно. — Который час?

— Утро уже, восемь часов, — сообщила она мне. — Там народ уже собираются грузить в грузовики.

— Тоже собирайся, — сказал я ей. — Трёх сотен дуболомов вам хватит, как я думаю…

— Ты уверен, что стоит отправлять меня? — спросила она.

— Уверен, — ответил я. — Оденься и я помогу тебе выйти.

— Да я сама отлично выйду, — хмыкнула она. — Хотя… одень меня и вынеси на ручках. Но перед этим…

Через час с лишним мы вышли к грузовикам.

— Будьте начеку, — напутствовал я Шув. — Обратный путь будет не менее опасным, чем путь сюда.

— Я о себе позабочусь, — хмыкнула она. — И ты тоже береги себя. Умрёшь — найду тебя на том свете и буду бить пару десятилетий.

— Постараюсь не умереть, — вздохнул я. — Иди сюда, поцелую.

Прощание вышло коротким и скомканным, а после него грузовики, сопровождаемые одним бронеавтомобилем и тремя ротами дуболомов, отправились обратно в Тулон.

— Что ж, джентльмены, — обернулся я к действующим участникам нашей экспедиции. — Настала пора основательно поработать!

/24 августа 2022 года, Швейцарская Конфедерация, г. Женева/

— Ох, дерьмо… — рассмотрел я клок волос, оставшийся в руке после почёсывания затылка.

— Говорил же, чтоб хотя бы противогаз надел… — пробурчал лейтенант Калымов.

— Да хрен с ними, с волосами, — отбросил я клочок волос. — Это всё неважно.

— Ну, вообще-то… — начал Калымов. — Хотя да, уже всё равно.

Противник не выдержал многодневного затишья и проявил себя. В нашу сторону выдвинулось четыре БТР и двести человек пехоты, но мы остановили и рассеяли их с помощью трофейной артиллерии, доставленной к занятой нами пригородной деревеньке.

Снарядов осталось мало, но на ещё одну атаку хватит.

Дуболомов у меня теперь почти две тысячи — я прямо крепко набил руку и выстругиваю дуболомов как станок.

Тысяча девятьсот двадцать дуболомов — это четыре батальона, то есть одна бригада. Это шестьдесят четыре капралов, шестнадцать лейтенантов, четыре полковника и один генерал.

Примерно половина из них вооружена оружием ближнего боя, а остальные разношёрстным огнестрельным оружием. Среди личного состава есть восемьдесят самоходных мин, шестьдесят специалистов по ближнему бою, то есть предназначенных для метания псиоником, а также двадцать гранатомётчиков.

По каким меркам ни мерь, а сила внушительная. Особенно, когда речь идёт о постапокалиптическом мире.

— Думаю, кота за яйца тянуть бессмысленно и даже вредно, — произнёс я. — Командуйте подготовку к выдвижению.

На самом деле, всё уже давно было готово. Остальные просто кисли под радиоактивными осадками, ожидая, пока я доделаю нужное количество дуболомов. И это вызывало некоторый ропот среди живых бойцов.

Да, после смерти обещан рай, но жить-то хочется…

— Наконец-то! — выкрикнул Ящур. — Давай, Дмитрий, веди нас к победе или смерти! Надоело тут торчать!

Дуболомы построились в походные колонны и двинулись к Коллайдеру, а мы пристроились за ними.

Барабанщики начали отбивать ритм, колонны безукоризненно маршировали, а небо над головой оставалось всё таким же серым и мрачным. Ощущение, будто идём в последний бой.

Может, так и есть.

/24 августа 2022 года, Швейцарская Конфедерация, г. Женева/

— Сука, твою мать!!! — завопил Ящур, катающийся по земле.

Я склонился над ним и перевернул на спину. Кирасу его вмяло крупным осколком, который продолжал гореть и дымить.

Повышенная реакция и высокая скорость не очень хорошо помогают от высокоскоростных осколков…

Вот не знаю, как это получилось, но это факт: мы спокойно подошли к Коллайдеру, то есть к ограде вокруг участка, а потом началось светопреставление.

Вокруг Коллайдера возникли зоны аномалий, буквально вокруг, но они не «варились» несколько дней или недель, как обычно, а «реализовались» прямо сразу.

И с каждой перенесённой территории на нас пошли сотни яростно орущих людей. Тут были сотни солдат Второй Мировой — немцы, французы, англичане и американцы, тут были средневековые воины, римские легионеры, а также совершенно неизвестные солдаты, вооружённые мощными пневматическими