Траурный эндшпиль - RedDetonator

Дымовая завеса рассеялась, открыв моему взору очередную неприглядную картину.

Дуболомы вскрыли и выпотрошили все бронеавтомобили, убили множество вражеских пехотинцев, но спасовали перед суперами. Я успел увидеть, как один супер поднял над головой меч с нанизанным на него капралом, после чего резко метнул его, прямо с меча, в поднимающегося рядового, стреляющего по суперу из пистолета.

Разгром дуболомов был сокрушительным, от роты не осталось ни одного бойца, а врагов ещё было прилично…

Загрохотали автоматические пушки и крупнокалиберные, сразу же начавшие отстрел суперов. И тут налицо стала недоработка вражеского командования — увлеклись уничтожением дуболомов и упустили момент для отхода.

Минимум четверых суперов разорвало бронебойными и фугасными снарядами в клочья и кровавую взвесь, а остальные быстро укрылись за бронетехникой.

Правый фланг, на который я переключил своё внимание, тоже наполнился событиями.

Танки, подавившие ПТУР и оттого осмелевшие, скинули танковый десант и в его сопровождении начали приближаться к деревне.

Тут из земли вылезли дуболомы, сразу же решительно помчавшиеся к ближайшим танкам. И сразу же дала о себе знать их прирождённая тупость…

Вместо того, чтобы распределить цели, дуболомы бежали к тем танкам, какие увидели, поэтому к центральному танку в построении прильнули сразу двое. Прильнули и взорвались.

Сорок килограмм тротила, укрытые под досками туловища — это не шутки. Центральный танк вмяло с бортов и подорвало боекомплект.

Оставшиеся дуболомы напрочь проигнорировали судьбу собратьев и продолжили бежать к танкам.

Один из них запрыгнул на танк и прополз по корпусу к башне, после чего отпустил нажимной детонатор. Взрыв сорвал башню с погона, а также продавил крышку корпуса, уничтожив всё, что было внутри.

Другие дуболомы, с безразличием пережив пулемётные попадания, также достигли своих целей и подорвали танки, попутно убив взрывами и сопровождающую их пехоту. Остался один, самый медленный, но и он не растерялся — он побежал к отступающей пехоте, приблизился на дистанцию около десяти метров и подорвался, унеся с собой минимум пару десятков жизней.

Надо сказать, что сорок килограмм тротила — это на пятнадцать килограмм больше, чем в ФАБ-50. Взрыв такого дуболома сродни усиленному подрыву такой бомбы.

— Можно считать, что идея воплотилась успешно, — констатировал я.

Правый фланг в безопасности, слева ещё ничего непонятно, поэтому я переключаю своё внимание на центр.

Тут шла постепенно снижающая накал перестрелка. Противник залёг в складках местности, стреляет по укрытым в окопах бойцам, но это заведомо проигрышное действо, ведь есть у нас пулемёты и автоматические пушки. Окажись я на месте противника, уже бы отступил, чтобы придумать новый план.

На левом фланге раздались мощные взрывы. Видимо, это активизировались самоходные мины.

— Отступают на левом фланге, товарищ капитан, — сообщил мне дроновод. — Выжило пятеро, нет, семеро.

— Вторую роту в погоню, — приказал я через рацию. — Пасечников, проследи, чтобы манёвр был выполнен.

— Принято, — ответил наш ГРУшник и побежал к расположению указанной роты.

«Манёвр» — это план контратаки, преследующий своей целью блокаду тоннеля. Взрывать проход мы не будем, хотя первоначально очень хотелось, но это лишний риск для ценных призов, которые с собою привезли французы.

— Третья рота — западный выход из тоннеля, — дал я следующий приказ.

Прорыв второй роты был прикрыт дымовой завесой, создаваемой бегущими впереди дуболомами, держащими в разведённых руках дымовые шашки. Облако дыма шло волной, надёжно прикрывая остальных дуболомов и следующего среди них капитана Пасечникова.

Третья же рота прошла по полю почти беспрепятственно, попутно добив выживших танкистов и остатки сопровождавшей их пехоты.

Как командующему, мне было не с руки лично участвовать непосредственно в бою, хотя я легко мог. Всё было спланировано заранее, враг действовал точно так, как я и предполагал. Мне даже не пришлось вносить почти никаких корректив в ход сражения.

— Всегда бы так… — произнёс я, глядя на планшет с картинкой от дрона.

Из восточного выхода тоннеля выехал первый грузовик, но ребята из второй роты были слишком близко. Пасечников дал две короткие очереди и грузовик встал. Вслед за этим к тоннелю побежали дуболомы.

Третья рота вошла в западный выход спустя минуты четыре.

Что происходит внутри — точно знают только боги, но у меня есть высокая уверенность, что наши победят.

— Груз захвачен, — отрапортовал капитан Пасечников через неполные десять минут.

Противник, большей частью, погиб, меньшей частью разбежался, поле боя и трофеи остались за нами, поэтому можно сказать, что это победа.

Одна беда — к нам начали стягиваться окрестные зомби…

/16 августа 2022 года, Французская Республика, д. Ле Фурш/

По убитым — наш живой личный состав не потерял никого, а дуболомы потеряли восемьдесят восемь боевых единиц, не считая самоходных мин.

Противник потерял четыреста тридцать семь пехотинцев, все танки и все бронеавтомобили, а также девять суперов.

В трофеях мы обнаружили около двухсот тысяч патронов, гранаты, гранатомётные выстрелы, одноразовые гранатомёты, а также пятьдесят килограмм тротила. И это не говоря уже об экипировке и оружии убитых.

Но главное — провиант. Четыре тонны запакованных в полиэтилен сухих пайков, которых нам хватит до конца экспедиции и ещё останется.

— Дуболомы оснащены винтовками, бронежилетами и касками, товарищ владыка, — доложил мне полковник Крак. — Готовы к выдвижению по вашему приказу!

Он вытянулся во фрунт и постарался всей своей позой выразить мне свою беззаветную преданность.

— Возвращайся к бойцам — скажи им, что они сегодня отлично поработали, — приказал я ему.

— Есть! — козырнул деревянный полковник.

В качестве экстра-бонуса мы получили девять рабочих грузовиков, один топливозаправщик и три исправных бронеавтомобиля. Танки не уцелели — они были слишком опасны, чтобы мы могли позволить себе попытки захвата. Били наверняка и это было правильным решением.

— Может, рассмотришь идею задержаться где-нибудь и изготовить хотя бы тысячу дуболомов? — подошёл ко мне Пасечников.

Я наблюдал за тем, как военнопленных приносили в жертву богам. Всё-таки, чувствуется в этом что-то неправильное…

— Что, они произвели на тебя неизгладимое впечатление? — усмехнулся я.

— Произвели, — согласился спецназовец. — Я видел, как один из них получил длинную очередь из автомата, прямо в грудь, но даже не остановился. Он убил стрелявшего и всех, кто был вокруг. Без сомнения и быстро. Мне теперь трудно видеть в них просто обработанную древесину, оживлённую магией. Это прирождённые солдаты.