Траурный эндшпиль - RedDetonator

Я почти на сто процентов уверен, что на причал очень быстро потянулись зомби, привлечённые грохотом штурмовых винтовок и пистолетов, а там трап, по которому очень удобно подниматься на палубу, где тогда ещё были живы моряки, ещё не знающие, как именно противодействовать мертвецам. Так и не узнали, как мы видим…

Первым нас встречать вышел шустряк в форме со знаками отличия гардемарина. По нему видно, что при жизни он очень сильно пытался выжить, поэтому обмотал руки и ноги полотенцами, которые скрепил скотчем. Но у него не было никакой защиты лица, поэтому лицо ему и объели.

Сразу же хватаю его за брошенную мне в лицо руку, тяну вниз и рублю в череп. Резкий запах палёной плоти врезается мне в нос, поэтому я отстраняюсь от обезглавленного тела шустряка и сразу же ухожу в перекат, так как из тьмы напольного люка в меня метнулась какая-то неизвестная тварь.

Эта тварь успела зацепить меня ударом когтей по левому наплечнику, что вызвало сноп искр, а затем получила топором прямо в кишки. Одежда на твари загорелась, но это никак не сказалось на её прыти и последовательности — я получил удар по шлему, а затем и в область шеи.

Броня выдержала, но чувствуется, что мой противник понимает, как расправляться с бронированными людьми.

Коротко бью по ноге твари — нога была быстро отставлена, а в ответ я получаю удар кулаком по шлему. Невольно отшатываюсь, после чего получаю мощный удар ногой в грудь.

Тут поспевает Шув. Она бьёт правым гросс-мессером в тыльную часть правого колена твари, после чего резко разрывает дистанцию.

Дальше было дело техники — снижение мобильности противника облегчило мою работу до тривиального уровня. Я подобрался поближе и нанёс удар топором в корпус, на что тварь отреагировала блоком левой рукой. Но контакта с высокотемпературным лезвием её рука не перенесла, отвалившись на асфальтированную палубу.

Закончил я всё ударом в шею.

Это был какой-то особенный шустряк. Его отличала от остальных крайне худощавая конституция, в которой выделялась узость туловища — выглядел он как человек, не евший два месяца. Кожа его была зеленоватого цвета, как у трупа, а на пальцах были очень острые и толстые когти, имеющие серпообразную форму. Видимо, это и есть следующая стадия развития шустряка.

Развитых рам я видел, даже продвинутые токсики мне встречались, но вот модернизированные шустряки — это для меня новинка.

Абордажники уже спустились в вертолётный ангар, а я пошёл на мостик, где тоже могли быть зомби.

Но мостики, навигационный и авиационный, оказались пусты и покрыты пылью — здесь никого не было уже очень давно. О былой активности напоминали только пулевые вмятины, кровавые пятна и обглоданные кости. Убираться здесь мы будем ещё долго…

— Тут делать нечего! — заявил я. — Спускаемся в ангар́ы! Алён плю вит! (2)

Под палубой царила ужасающая трупная вонь, на избавление от которой может потребоваться несколько тонн чистящих средств, а также изобиловали мертвецы, во всём своём многообразии.

Если шустряки, уже погибшие от мечей и топоров абордажников, быстро находили выход на палубу, то обычные зомби испытывали с этим нешуточные трудности. Самой очевидной трудностью было столпотворение в дверных проёмах — в один из таких заторов я и врезался со своим топором.

Разметать обычных зомби никогда не было для меня особой проблемой, поэтому мы быстро вышли на оперативный простор в ангаре, где стояло четырнадцать вертолётов, названия которых я не знал. То есть знал, Аршанин говорил что-то о военных вертолётах Франции, но забыл.

Между вертолётами метались шустряки и абордажники. Преимущество, конечно же, было за абордажниками, так как шустряки бились каждый сам за себя, а абордажники широко применяли тактику групповой атаки.

Я только и успел, что зарубить одного отступающего шустряка, тогда как остальных довольно быстро загнали и забили до смерти абордажники.

Среди зомби был не только экипаж десантного корабля, но и лица в гражданском. Возможно, мирные жители стремились к безопасности, прибыв сюда раньше зомби, а может, пришли сюда уже в виде зомби.

— Стар́ший мичман Ар́шанин, охр́анную гр́уппу сюда — вер́толётный ангар́ зачищен, — сказал я в рацию. — Спускаемся в ангар́ для бр́онетехники.

— Принято, товарищ капитан!

С вертолётами разберёмся чуть позже, сейчас мне гораздо интереснее посмотреть на то, что осталось от танков и БМП…

Оказалось, что вся бронетехника на месте — я сразу же насчитал десять танков, дохрена БМП и БТР, что-то около сорока, а может и больше, ну и десяток бронированных джипов.

Среди всего этого богатства слонялось около сотни зомби, самых обычных, но экипированных в военное снаряжение.

— Займитесь ими, — приказал я абордажникам, а сам пошёл к ближайшему танку.

Это был «Леклерк», о котором я знаю только то, что он очень дорогой, поэтому их очень мало даже у страны-производителя. Странное решение, как ни посмотри, но кто я такой, чтобы осуждать их? Я и не осуждаю. Я даже очень рад, что мы получили очень дорогие танки почти бесплатно.

— Внимание! — предупредила меня Шув. — Сверху!

Я поднял взгляд и увидел летящего на меня шустряка.

Мне было достаточно отпрыгнуть на пару метров назад, чтобы он промахнулся.

Топор молниеносно оказался у меня в руке и активировался уже в полёте к черепушке шустряка. Треск кости, звук пригорающей яичницы, и всё закончено.

— Хватит пялиться на танк! — недовольно высказала мне Шув. — Тут ещё полно мертвецов!

А я, действительно, засмотрелся на «Леклерк», который был по-своему красив, как и всякая хорошая бронетехника.

— Ладно, включаюсь в зачистку, — вздохнул я.

/7 августа 2022 года, Французская Республика, порт Тулона, универсальный десантный корабль «Диксмюйде»/

— … около миллиона патронов 5,56×45 миллиметров НАТО, их французские автоматики с нечестивым «булл-пап», в количестве восьмидесяти девяти единиц в исправном состоянии, — продолжил перечислять итоги инвентаризации старший мичман Аршанин. — Две тысячи семьсот тринадцать осколочных гранат LU213. Есть бельгийские FN P90, видимо, для экипажей бронетехники, в количестве восьмидесяти штук. К ним идут те пятьдесят тысяч патронов 5,7×28 миллиметров.

— Вроде бы, у них хорошая бронебойность, — припомнил я.

— Да, тоже слышал, — кивнул Аршанин. — Бронежилеты, каски, гранатомёты, ПТУР, а также куча боеприпасов к бронетехнике — тут есть всё, чтобы завоевать маленькую африканскую страну и удерживать её пару недель.

— Примерно для этого и создавался этот корабль, — усмехнулся я. — Что по ходовой части?

— Всё работает, всё исправно —