Траурный эндшпиль - RedDetonator

— Мы… — начала Жизель.

— Искренность, — предупредил я её.

— Мы хотели попытать счастья с Арсеналом Тулона, — ответил за неё Антуан. — Но это оказалось гиблым делом.

— Интересно, — произнёс я. — И в чём же гибельность этого дела?

— Высокая концентрация мертвецов, — ответил Антуан. — Даже вы, какими бы сильными себя ни считали, спасуете перед сотнями специализированных мертвецов. Мы больше не ходим туда, после двух провальных попыток.

— Что вас там интересовало? — спросил я.

— «Мистраль», — произнёс француз.

— О-о-о, — заинтересованно выдохнул я. — Небось, неработоспособный, раз он всё ещё там?

— Не знаю, — признался Антуан. — Но внешнее наблюдение показало, что вертолёты на месте, как и десантные катера. Скорее всего, там полно оружия и боеприпасов. Но узнать наверняка не получится, потому что этот корабль — гнездо мошенников.

Он сказал «arnaqueur», то есть «мошенник».

— Что за «мошенник»? — уточнил я.

— Ну… — Антуан нахмурился. — Быстрые мертвецы.

— А почему именно «мошенник»? — не понял я.

— Просто так сложилось, — пожал плечами Антуан.

— А как вы называете здоровых зомби? — спросил я.

— Мы зовём их «крепкими», — ответил он.

Он сказал «robuste», что и означает «крепкий» или «сильный». Не поспоришь.

— Что ты понимаешь под «гнездом»? — поинтересовался я.

— То, что там их минимум пятьдесят, — ответил Антуан. — Они убьют любого, кто взойдёт на палубу. А ещё там опущен трап, поэтому на корабль может подняться любое количество мертвецов с причала.

— А кроме корабля есть что-нибудь полезное? — спросил я. — Например, военная база или что-то вроде того?

— Другие корабли давно ушли и больше не возвращались, — ответил Антуан. — Но весь порт Тулона — это военная база. Так что, там точно есть, чем поживиться. Только вот проблема всё та же — слишком много мертвецов…

Меня в Тулоне интересуют не пушки и не боеприпасы. Этого у нас и так много, поэтому некритично. Больше я заинтересован в бронетехнике, которая должна находиться на борту. БТРы, пусть и французские, будут отличным подспорьем, если мы хотим добраться до Женевы быстро и безопасно. Это ведь, если мне не изменяет память, универсальный десантный корабль, причём очень резонансный…

— Камар́ад Ар́шанин, — обратился я по рации.

— Слушаю, — ответил тот.

— Вам известно такое судно, как «Мистр́аль»? — спросил я.

— Известно, конечно, — ответил старший мичман. — А что именно интересует?

— Бр́онетехника, котор́ая стоит на нём по штату, — объяснил я.

— Если память мне не изменяет с кем-то другим, то там должны вмещаться танки, БТР и БМП, — ответил Аршанин. — А что, где-то завалялся целый «Мистраль»?

— Если наши новые др́узья не вр́ут, — вздохнул я. — Похоже, нам пр́едстоит планировать спецопер́ацию по восстановлению истор́ической спр́аведливости.

— Похоже на то, — согласился Аршанин.

Поворачиваюсь к пленным французам.

— Господа, — обращаюсь я к ним. — Полученная от вас информация мною сочтена сверхценной, поэтому предлагаю по-быстрому совершить взаимовыгодный обмен, а затем разойтись, как в море корабли. Вас такое устраивает?

— Капитан, тут… — раздалось из рации.

— Что ещё? — спросил я.

— Тут на палубе кое-что, — ответил Аршанин. — Нужно твоё присутствие.

— Мы вер́нёмся к нашей беседе, — пообещал я Антуану и пошёл в сторону «Олифанта».

Признаки того, что происходит нечто необычное, я увидел ещё у трапа. На палубе стоял некий объект, светящийся солнечным светом. Когда я поднялся на палубу, этот объект развернулся ко мне.

— Ты кто такой? — спросил я.

— Ты мог бы и догадаться, — донёсся до меня мягкий низкий голос.

— Аполлон, — догадался я.

— Именно, — ответил он.

— И чего ты хочешь? — спросил я.

— Мне было обещано, что ты сможешь принести жертвы во имя меня, — ответил бог света. — Но ты корыстен, поэтому я должен буду дать что-то взамен.

— Тебя верно проинформировали, — улыбнулся я. — Чего именно ты хочешь и что именно ты можешь мне дать?

— Мне нужны приверженцы, — ответил Аполлон. — И жертвы.

— Это понятно, — кивнул я. — А взамен?

— Взамен я дам тебе вот это, — Аполлон провёл рукой по воздуху и на палубу рухнул золотой алтарь. — Этот алтарь посвящён Зелу.

— Мне кажется, что тебе было поручено передать его мне, — вздохнул я.

— Верно, — улыбнулся Аполлон. — Ты нравишься мне, актёришко. За это я дарую тебе своё благословение — сияй.

Он ткнул в меня пальцем и я буквально засветился солнечным светом, но это длилось не очень долго. Зато меня полноценно охватило ощущение необоримого могущества.

— Пока находишься под лучами Солнца, будешь непобедимым, — сообщил мне Аполлон. — Но в ночной тьме вернёшься к своим силам. Взамен я хочу людские жертвы.

И тут меня посетила идея…

— А если я предоставлю тебе целую группу минимум из тридцати последователей? — предложил я. — Тебе ведь нет разницы, кто именно будет тебе поклоняться?

— Ты о тех людях на острове? — спросил Аполлон.

— Именно, — улыбнулся я.

— Это меня заинтересовало, — кивнул он. — Но жертвы мне всё равно нужны.

— Будут, — ответил я. — Но потом.

— Я не могу ждать вечно, — нахмурил бог света свои блондинистые брови.

— И не придётся, — заверил я его. — Будут жертвы, обязательно будут.

— В твоих интересах не подводить меня, — предупредил Аполлон.

— А не можешь оказать ещё одну любезность? — спросил я.

— Те люди под палубой? — сразу понял бог света и врачевания. — Двадцать семь из них никогда не смогут ходить. Повреждения слишком сильны, чтобы они оправились самостоятельно. Я могу исцелить двадцать, но ожидаю взамен щедрую жертву.

— А остальные семь? — спросил я.

— Просто так им уже не помочь, — ответил Аполлон. — Хотя ты можешь. И даже знаешь, как именно.

— Сферы? — спросил я.

— Эпического потенциала — иные не помогут, ты сам видел своих суперов, — уточнил бог света. — Только они. Или же у тебя появится семь парализованных суперов.

—