И тогда он зачистил город - Александр Тамоников

– Что вы, не обременит. И не смотрите, что с виду щуплая, я сильная и среди людей мне будет веселей. Домой, признаюсь, иногда и идти не хочется. Одиночество страшная штука. Особенно когда в одиночестве ты ощущаешь себя никому не нужной!

– Значит, оформляем договор?

– Да, конечно! Только…

Александр обернулся:

– Понимаю! Вас интересует зарплата. – Он назвал сумму, превышающую сумму пенсии женщины в три раза. – Ну как?

– А почему так много?

– Потому что кафе работает с неплохой прибылью. Прибыль и дает возможность платить работникам нормальные, как считаю, зарплаты.

– Знаете, Александр Александрович, я раньше считала предпринимателей скупердяями. Оказывается, ошибалась. Впрочем, вы, наверное, единственный в городе предприниматель, думающий не только о собственном кармане.

– Спасибо за комплимент. Когда вы сможете приступить к работе?

– Да хоть завтра!

– Договорились. Я подготовлю трудовое соглашение, чтобы закрепить наши отношения в соответствии с действующим законодательством, и завтра утром мы его подпишем. А пока можете пройти на кухню, осмотреться. Возникнут предложения, с удовольствием их выслушаю.

Анна Григорьевна поднялась:

– И все же есть бог на свете! Спасибо вам!

– Не за что, Анна Григорьевна! Работайте! Да, зарплату можете получать ежемесячно, еженедельно или, по желанию, ежедневно.

– Даже так?

– Да! Я решил, что подобный вариант наиболее рационален.

Так в кафе появился новый повар, и уже в понедельник, 23 мая, Тимохин убедился в том, что сделал правильный выбор. Елисеева оказалась профессионалом. Казалось, из минимума продуктов она могла приготовить красивое и вкусное блюдо. Работа давалась ей легко. Осталась довольна выбором мужа и Татьяна. Но та из своих, чисто супружеских, соображений.

Дни протекали за днями. Ничего не менялось. Парни Мирзы, казалось, навсегда обосновались в кафе. Приходили ежедневно, как на работу. Хромого больше никто не видел. Тимохину не звонили, не предупреждали, не грозили. Но Александр подсознательно чувствовал, что это затишье перед сильной бурей. И интуиция не подвела его. И началась схватка с бандитами с того, что во вторник, 24-го числа, впервые за прошедшую неделю в кафе не появились ставшие привычными парни из компании Рудика.

25 мая, среда.

Дом Левоева на окраине города. 11.00

В точно назначенное время в кабинете главаря организованной преступной группировки Мирзы собрались его главные подельники, Максим Валентинов – Хромой, Георгий Багров – Багор и адвокат Харчинский.

Размалеванная Дина, одетая так, что ни юбка, ни майка, ни кружевные, видные из-под юбки, трусики, практически не скрывали интимных ее достоинств, внесла собравшимся кофе и чай. Проводив секретаря главаря взглядом, Багор заметил:

– Мирза, надо бы тебе приструнить Дину. Слишком уж блядски она выглядит и ведет себя. Провоцирует мужиков. Добром это не кончится.

Главарь, попивая чай, ответил:

– Багор! С каких пор ты решил указывать мне, кого держать при себе, а кого нет? Мне она пока не надоела, значит, вам всем придется терпеть ее. И попробуй хоть кто пальцем коснуться Дины. Убью! Наступит время, я сам отдам ее вам. И вы сможете хоть скопом, хоть поодиночке спать с ней. Но только после того, как я сам отдам ее на растерзание, а пока закроем данную тему. Я собрал вас не для того, чтобы обсуждать свою любовницу. Меня интересует то, что вы имеете сказать по кафе «Фергана». – Мирза взглянул на Валентинова: – Тебе слово, Хромой!

Первый помощник главаря банды доложил:

– Посмотрел я за женой, дочерью и матерью Тимохина. Проживают они совместно в Южном микрорайоне по улице Блока, дом 15, квартира 10. Квартира трехкомнатная в пятиэтажной «хрущевке». Школа недалеко от дома. Тимохин ездит на новой «десятке», и до недавнего времени ездил один. Жена же его отводила дочь в школу и добиралась до кафе на троллейбусе, часть пути проходя пешком. И в школу от кафе ездила на троллейбусе.

Мирза прервал доклад подельника:

– Ты сказал, до недавнего времени? Что это значит?

– А это значит то, что на прошлой неделе в четверг Тимохин поехал в школу вместе с женой. Затем отвез супругу и дочь домой. После чего Татьяна в кафе больше не появлялась.

Багор поднял руку:

– Позволь, Мирза, слово по теме?

Главарь кивнул:

– Говори!

– Вместо жены Татьяны Тимохин принял на работу повара со стороны. Пенсионерку из соседнего дома.

Мирза вновь кивнул:

– Ясно! – И приказал Валентинову: – Продолжай, Хромой!

– Короче, баба выводит дочь из дома где-то в 7.30 – 7.40. Оставляет в школе и следует на остановку, что у ряда коммерческих ларьков и бывшего клуба машиностроительного завода. Следует по скверу и проулку, где что утром, что вечером полно людей. И только в одном месте, за продовольственным магазином она иногда оказывается одна. Сокращает путь, поэтому и выходит в темный, глухой двор. Он небольшой, но там Тимохину можно взять спокойно, если, естественно, на то будет команда уважаемого босса.

Главарь усмехнулся:

– Ты, Хромой, просчитываешь то, о чем я пока даже не думал.

– Да, босс. Считаю, без прессинга жены Тимохина в нашей ситуации не обойтись.

– Ладно. Посмотрим. Давай по дочери!

– Дочь постоянно находится в школе и только иногда с классом выходит на стадион, когда урок физкультуры, или в сквер, там детям что-то объясняет старый учитель. Она все время находится среди одноклассников. Некоторые сорванцы сбегают с уроков, эта нет. Послушная и дисциплинированная девочка. Помню, мы таких промокашками называли. Домой с матерью они возвращаются по людной аллее и днем. Подруга у Ольги Тимохиной одна, одноклассница Надя, живет этажом выше. Вечером девчонки выходят на улицу, но шатаются по двору и пока светло. Однако хочу заметить, скоро в школах каникулы. И тогда распорядок дня девочек наверняка изменится.

Мирза поставил пиалу на стол:

– Что по матери Тимохина?

– Ничего особенного. Старая больная калоша. В основном сидит дома, вечерами через окно следит за внучкой.

– И что, совсем не выходит из дома?

– При мне выходила редко. В аптеку.

– Где находится аптека?

– За их домом, через дорогу. По той же улице Блока, там, где раньше был овощной магазин, рядом с парком отдыха.

– Значит, она переходит улицу Блока?

– Конечно!

– В каком месте?

– По прямой! До светофоров и «зебр» далековато, вот и ковыляет напрямую.

– Движение на дороге оживленное?