Поваляем дурака, Америка? - Максим Шахов

В приемной начальника управления DISIP приглушенно шумел кондиционер и громко стрекотала электрическая пишущая машинка. Секретарша почему-то предпочитала пользоваться ею, хотя на ее столе стоял компьютер. Пальцы девушки с удивительной быстротой летали по клавиатуре, ее высокая грудь при этом вибрировала. Зрелище было настолько захватывающим, что даже Игнатович временно передумал умирать и невольно подался к Виктору, вытянув при этом голову, чтобы оценить другие прелести секретарши, скрытые столом.

– У вас что, «стокгольмский» синдром, Фадей Трофимович? – хмыкнул Логинов.

– Что?.. – быстро посмотрел на него Игнатович.

– Я говорю, вы на меня так налегаете, что мне трудно дышать… Если хотите смотреть на ее ноги, я с радостью поменяюсь с вами местами.

– С чего это вы взяли?.. – выпрямился на стуле Игнатович с видом оскорбленной добродетели.

Логинов украдкой потянулся. Управление тайной полиции работало в лихорадочном режиме. В коридоре то и дело кто-то куда-то пробегал, слышались возбужденные голоса. Разной степени черноволосости и смуглости люди в форме и без заскакивали в приемную и скрывались в кабинете начальника управления, чтобы выскочить из него спустя минуту-другую и куда-то умчаться.

Приемная же с невозмутимой красавицей-секретаршей была единственным островком относительного спокойствия в этом клокочущем котле. И Виктор поневоле заскучал. Все, что можно было уяснить из развешанной на стенах наглядной агитации, он, несмотря на проблемы с испанским, уже уяснил.

В связи с происками иностранных разведок и чередой инспирируемых ими антиправительственных заговоров, президент Венесуэлы Уго Чавес не так давно своим указом реорганизовал и возглавил лично обе спецслужбы страны. DISIP теперь называлась Центральным контрразведывательным офисом (ЦКО), а военная разведка DIM – Центральной разведывательной службой (ЦРС). Насколько это повлияло на эффективность спецслужб, судить было рано.

Виктор зевнул, повернулся к Игнатовичу и сказал:

– Если вас не затруднит, спросите у нее, где тут можно покурить…

– Что?.. – то ли действительно прослушал, то ли сделал вид Игнатович.

В этот момент на столе секретарши задребезжал допотопный телефон без номеронабирателя. Логинов и Игнатович повернули к нему головы.

– Си, сеньор! – проговорила секретарша, сняв тяжеленную на вид трубку и колыхнув грудью. – Си…

Повернувшись к гостям, она сказала несколько слов по-испански, Игнатович быстро перевел:

– Господин майор Хавьер Эстебан Алонсо просит вас!

– Не вас, а нас! – быстро поправил Виктор. – Вперед, Фадей Трофимович!

Секретарша поднялась, чтобы отворить им дверь. Игнатович снова прикипел взглядом к ее груди, так что Логинову даже пришлось его корректно подтолкнуть через порог. Нырнув в кабинет вслед за переводчиком, он увидел вышедшего из-за стола красавца в стиле «латинос». Его глаза были красными от хронического недосыпания, но майорская форма выглядела и сидела безупречно, смуглое лицо было выбрито до синевы.

– Здравствуйте, господа! Прошу прощения, что заставил вас ждать, но у меня куча работы! Чем могу быть полезен? Насколько я понял, вы представители российской нефтяной компании, не так ли? – быстро проговорил майор, протягивая руку, так что Игнатовичу пришлось переводить синхронной скороговоркой, но он с этим блестяще справился.

– Да, господин майор, – кивнул Виктор, поздоровавшись. – Но не совсем…

Игнатович перевел, майор удивленно посмотрел на Виктора и спросил:

– Что господин имеет в виду?

– Меня зовут Виктор Логинов. Я прибыл в Венесуэлу в качестве советника по безопасности компании «Газпром». Но при этом я одновременно являюсь действующим сотрудником антитеррористического департамента Федеральной службы безопасности России…

В подтверждение этого Виктор протянул майору свое удостоверение. Тот, слушая перевод, посмотрел на фото Логинова в форме и удивленно спросил:

– Господин является полковником?

– Да, – кивнул Виктор.

Майор вернул удостоверение и быстро прошел к столу. Выставив на него два стакана, он налил в них по глотку рома из высокой бутылки и поспешно повернулся, протянув один стакан Виктору.

– Для меня большая честь приветствовать господина полковника из дружественной спецслужбы России!

– Спасибо! – кивнул Виктор, беря стакан.

– Салидос! – торжественно проговорил майор и залпом выпил.

Логинов тоже поднес стакан ко рту, но невольно остановился. Судя по ударившему в нос резкому запаху, пойло было еще то. Стоявший позади Игнатович не без злорадства проговорил:

– Долг джентльмена откликнуться на тост. Если вы не сделаете этого, то, по местным понятиям, нанесете майору смертельное оскорбление…

– Салидос! – кивнул Логинов и, собравшись с духом, залпом опрокинул содержимое стакана в себя.

Ощущение было не для слабонервных. Казалось, во рту разлился ацетон, щедро сдобренный перцем и прочими специями. Виктор натужно проглотил ром. Во рту осталось так же гадко, плюс пищевод словно бы обожгло кислотой.

– Президент и глава ЦКО, – кивнул на висящий над столом большой портрет Уго Чавеса майор, – считает Россию одним из главных союзников нашей страны в борьбе с американским империализмом! Именно поэтому вместо американских нефтяных компаний в Венесуэлу привлечены российские!

– Как раз в связи с этим мы к вам и прибыли, – кивнул Виктор, возвращая стакан.

– Прошу садиться, господин полковник!

Быстро убрав стаканы с бутылкой, майор опустился в свое кресло. Логинов с Игнатовичем присели напротив на стулья для посетителей.

– Я вас внимательно слушаю, господин полковник… – проговорил майор, но в этот момент дверь распахнулась, и в кабинет заскочил еще один красавец-латинос, только в форме капитана.

Он что-то быстро сказал, майор кивнул. Капитан отступил в сторону. Несколько его подчиненных внесли в кабинет и свалили на пол целую гору оружия, среди которого особенно выделялся новенький противотанковый гранатомет «Carl-Gustaf». Майор отдал какие-то распоряжения, и капитан так же быстро покинул кабинет вслед за своими людьми.