Страна Лавкрафта - Мэтт Рафф

Аттикус накинул рубашку, натянул брюки, надел ботинки и побежал по лестнице. Едва ли все это заняло у него больше двух минут, однако серебристого автомобиля уже и след простыл. Аттикус огляделся, но увидел только пустое место, где тот был припаркован. Уж не померещилось ли?

* * *

Когда Аттикус подошел к дому Джорджа, у «паккарда» караулила невысокая стройная девушка в летнем платьице.

– Летиша? – спросил он. – Это ты?

– А кто же еще, – ответила Летиша Дэндридж, притворившись обиженной: она-то завидела Аттикуса, как только он вышел из-за поворота, и сразу узнала его. Впрочем, девушка тут же рассмеялась и раскинула руки для объятий.

Они росли вместе. Дэндриджи жили к западу от Стейт-стрит, в менее благополучной части района. Руби, старшая сестра Летиши, бывало, присматривала за маленьким Аттикусом, а ее брат Марвин подрабатывал у Джорджа в турагентстве. Летиша, на год младше Аттикуса, долгое время была единственной девочкой в «Саутсайдском клубе любителей футуризма и научной фантастики», который собирался в гостиной Джорджа после уроков. В какой-то момент миссис Дэндридж запретила Летише ходить туда, мол, хватит тратить время на всякую ерунду, пора отрабатывать свое содержание, как брат с сестрой. После этого Аттикус с ней практически не виделся.

– Тиша Дэндридж, просто не верится, – протянул он. – Как у тебя дела? Что нового?

– Да знаешь, почти как у тебя. Много где поездила, много чего повидала.

– Так уж и много? – Аттикус улыбнулся. – Уж крови и насилия, надеюсь, меньше, чем я.

Летиша повела плечом.

– Всякое бывало.

– А теперь что? Вернулась сюда?

– Ну да. Мама умерла в прошлом году. Слышал?

– Наверное, дядя Джордж о чем-то таком писал. Мои соболезнования.

– Я не попала на похороны, – сказала Летиша. Таким тоном рассказывают, что опоздали на автобус. – Похоже, мама здорово разозлилась: с тех пор у меня прямо черная полоса.

Аттикус изо всех сил старался сохранить невозмутимость. Миссис Дэндридж работала в косметическом салоне, но это было лишь прикрытие: на самом деле она предсказывала будущее и устраивала спиритические сеансы. Свой дар она якобы получила напрямую от Иисуса, что очень в духе пятидесятников. Летиша принимала все за чистую монету; у Аттикуса своего мнения на этот счет как-то не сложилось.

– Значит, ты вернулась, чтобы… заслужить прощение?

– Другого выхода, похоже, нет, – вздохнула Летиша. – Живу у Руби, пока не придумаю, чем заняться. Сестра твердит, чтобы я устроилась горничной к кому-нибудь в Нортсайде, но я скорее умру…

– А здесь ты что делаешь? Джордж попросил тебя посидеть с Хорасом?

– Нет, Руби посидит. А я еду с вами.

– С нами?

– Ей по пути, – ответил за нее Джордж.

Он вышел из офиса, таща на себе сумку с продуктами и ворох канистр, и подошел к открытому задку «паккарда».

– Подбросим Летишу до брата – он живет в Спрингфилде, штат Массачусетс. Оттуда до Арпхема миль пятьдесят. Там мы передохнем, а затем отправимся за Монтроузом.

– Ты узнал, как проехать в Арпхем? – спросил Аттикус.

– А это еще один повод заехать к Марвину. Он сейчас работает в газете «Спрингфилд афроамерикан», и я попросил кое-что для нас разузнать. Он пообещал достать карту округа Девон. Может, и еще что раскопает.

Уложив еду и питье, Джордж достал список и начал вычеркивать: матрас, подушки, одеяла; запасное колесо, домкрат; канистра с бензином; фальшфейеры; аптечка; фонарики; чтиво…

– Похоже, все на месте, – подытожил он. – Первым поведу я. Кто еще хочет ехать спереди?

Аттикус с Летишей озорно переглянулись, как в детстве.

– Пускай Летиша едет, – сказал Аттикус. – А я лягу на заднем сиденье. Разбудите, когда пора будет меняться.

– Тут впереди целый диван, – возразила Летиша. – Втроем поместимся! – Она игриво изогнула бровь и взяла его под руку. – Я, если что, не против.

* * *

Северокорейские партизаны делали вылазки в основном по ночам. Днем они прятали оружие и скрывались среди мирного населения. Не раз, проезжая мимо рисовых чеков, Аттикус разглядывал крестьян в хлопковых шароварах и пытался угадать, кто из них с наступлением темноты отбросит мотыгу и возьмет в руки винтовку со штыком. Однако если и был какой-то особый признак, по которому можно распознать партизана, Аттикус о нем не знал.

С белыми людьми, судя по его опыту, было куда проще. Они редко скрывали ненависть, но даже когда зачем-либо прятали свои чувства, то делали это обыкновенно со всей хитростью пятилетнего ребенка, которому невдомек, что окружающие видят его насквозь.

В общем, то, что в Симмонсвилле их ждут неприятности, Аттикус понял сразу.

Дорога была вполне приятной. Индиану, Огайо и северо-западный уголок Пенсильвании пересекли без приключений. Джордж точно знал, где располагаются заправки «Эссо», так что с туалетом проблем не было. После второй остановки, около полуночи, Джордж уступил место водителя Аттикусу, а сам прикорнул на заднем сиденье. Летиша тоже уснула, прислонив подушку к пассажирской двери и свернувшись клубком. Время от времени она пихала Аттикуса ногой, как будто следила, чтобы тот не дремал за рулем.

Утром въехали в городок Эри, Пенсильвания. Позавтракать остановились в кафешке «Эгг Бенедикт», которую советовал «Путеводитель». Джордж еще раз подтвердил эту рекомендацию и сделал пометку в карманном блокноте. Когда все поели, Летиша настояла на том, что теперь ее очередь вести. «Паккард» оказался не рассчитан на таких малышек: чтобы дотянуться до педалей, ей приходилось сползать с сиденья; тем не менее, вела девушка вполне уверенно. Джорджа пугало только, что она чересчур давит на газ. Сквозь дрему Аттикус слышал, как дядя настойчиво просит: «Помедленнее, не гони, не то нас точно остановят». Однако Летиша отмахивалась, мол, сегодня воскресенье, и Иисус нипочем не допустит, чтобы с ней что-то случилось, пока она не искупит пропущенный поход в церковь. Придумал ли Джордж, чем на это возразить, Аттикус не услышал – заснул.

Когда он проснулся, они уже были на стоянке дальнобойщиков в Оберне, штат Нью-Йорк. Джордж захватил канистры и отправился за водой, а Летиша взяла из хозяйственной сумки яблоко и вышла размять ноги. Аттикус тоже не глядя сунул руку в сумку и достал оттуда банан.

Он стоял у «паккарда», протирая глаза спросонья, и тут со стороны заправки до него донесся хохот. Водитель грузовика и заправщик щерились в его сторону, пихая друг друга локтями. Аттикус посмотрел на недоеденный банан и почувствовал, как наливается кровью лицо. В миллионный раз он спросил себя: неужели нельзя просто не обращать внимания? Увы, именно такие мелочи задевали больнее всего. Заправщик застучал себе по груди, подпрыгивая и ухая, как обезьяна. Аттикус отбросил банан в сторону и сжал кулаки.