Взлет черного лебедя - Ли Кэрролл

Но отец меня не услышал или не пожелал слушать. Он побежал вниз по лестнице. Полы шелкового халата с рисунком в виде индийских «огурцов» развевались в потоках сквозняка.

Значит, парадные двери были открыты.

Я бросилась за отцом. Мое сердце колотилось от страха, и я прыгала через две ступеньки. Роман хранил в тумбочке армейский пистолет — сувенир времен Второй мировой. Неужели он взял его?

На середине очередного лестничного пролета я разобрала крик Романа и звук выстрела. Я одолела последние ступени и рухнула на колени на первом этаже. Не обращая внимания на боль, я вскочила и бросилась в конец коридора, к кухонной двери, распахнутой настежь. Пара длинных неуклюжих прыжков… и я застыла на пороге. Зрелище показалось мне совершенно диким. Наверное, сбылся мой детский ночной кошмар и я попала в сюрреалистическую картину Дали или де Кирико.[11]

Я увидела трех мужчин. Все в черном — в одинаковых водолазках, штанах, перчатках и лыжных масках. Они напоминали мне тени, а не людей. Один из них скрючился возле тюка из красной ткани перед открытой дверью сейфа и с помощью картонажного ножа вырезал полотно из рамы. Закончив работу, он протянул картину подельнику, а тот быстро свернул ее в рулон и убрал в длинную продолговатую сумку. «В таких, — пронеслась в моем обезумевшем сознании мысль, — носят гимнастические коврики». Я была готова расхохотаться. Но, когда я опустила глаза, то догадалась — никакой это не красный тюк, а мой отец в ярком шелковом халате. Кровь забрызгала белый воротник его пижамы.

В этот момент с моих губ сорвался хриплый возглас, и грабители одновременно обернулись. Тот, который был вооружен ножом, резко встал. Второй захлопнул дверцу сейфа, а третий застегнул молнию сумки. И все направились ко мне.

Я прижалась к стене и содрогнулась. Вдруг кто-то из них прикоснется ко мне? Но бежать я не могла: мне нужно было срочно приблизиться к отцу. Бандиты просто прошли мимо, будто меня не существовало. А по коридору распространился мерзкий запах тухлых яиц и пепла. Вонь заполнила мои ноздри, рот, заструилась в легкие. В доме почему-то потемнело. Казалось, тени из углов потянулись к взломщикам. А те, в свою очередь, поравнялись с лестницей и начали по ней подниматься.

Как только они миновали меня, я кинулась к отцу и опустилась рядом с ним. Я нащупала пульс у него на шее и пижаму, чтобы увидеть рану.

Пулевое отверстие находилось под левой ключицей, на дюйм выше сердца. По крайней мере, я надеялась, что пуля прошла выше сердца. Я ощутила слабое биение артерии. Вскочив на ноги, я схватила беспроводной телефон и взяла салфетку из-под чайника, оставленного мной на столе. Мне стало немного жаль упавший на пол и разбившийся керамический чайник. Он принадлежал маме… Однако я тут же о нем забыла. Прижав ткань к ране отца, я набрала «911». Мне сообщили, что полиция и неотложка уже выехали к нам. Положив трубку, я услышала шаги грабителей на ступенях. Сирена не унималась, и я не понимала, поднимались они или убирались восвояси. «А если они вернутся и пристрелят нас? — подумала я. — Может, стоит вытащить папу на улицу? Но далеко ли я уйду с ним? Не сделаю ли я хуже, если начну его тормошить?» Когда прошла, наверное, целая вечность, раздался звук захлопнувшейся входной двери и в холле загрохотали тяжелые ботинки. Подняв голову, я обнаружила двух офицеров полиции в форме. Они навели на меня пистолеты.

— Воры наверху! — гаркнула я, пытаясь перекричать вой сирены. — Их трое! И у них есть оружие: они ранили моего отца.

При этом я старалась вспомнить, видела ли я пушку у кого-то из грабителей… Полицейские уже развернулись и выбежали из кухни. Спустя секунду они затопали по лестнице.

Я повернулась к отцу. Его лицо приобрело землисто-серый оттенок.

— Папа? — окликнула я его. — Роман? Ты слышишь меня?

Его веки дрогнули, и глаза чуть приоткрылись. Он прошептал что-то неразборчивое. Я наклонилась ближе, прижалась ухом к его губам.

— Умираю… умираю… — прохрипел он.

— Нет, ты не умрешь. Обещаю. Пуля не попала в сердце.

Я хотела, чтобы он посмотрел на меня, но его взгляд метался по кухне в поисках какой-то вещи. В конце концов я увидела старый армейский револьвер, лежащий под кухонным столом. Вероятно, отец выронил его, когда в него выстрелил взломщик.

— Ох, папа, — вздохнула я, гладя его лысину, — почему ты не оставил оружие наверху?.. Тогда они бы не трогали тебя.

Он снова покачал головой. Его губы зашевелились. Я склонилась к нему совсем близко, чтобы ему не надо было излишне напрягаться.

— Диббуки, — выговорил он. Казалось, вся энергия исчезла после слова, сказанного им. Его глаза закатились, и он потерял сознание. Я ощутила, как пульс гаснет под кончиками моих пальцев. В отчаянии я надавила на его грудину — раз, другой, третий… Как же выглядит сердечно-легочная реанимация в кино? Я продолжала давить на грудную клетку отца до тех пор, пока возле меня не встал врач из бригады неотложки и не отвел в сторону. Я и не заметила, как он появился здесь, а кухня заполнилась людьми. Полицейские, медики, незнакомец в сером пальто, с которого на пол стекали капли дождя. Люди окружили папу и оттеснили меня назад. Я почувствовала себя так же, как в недавнем сне, когда наблюдала за лебедем, скользящим по озерной глади навстречу смерти. Я просто-напросто парила над всем происходящим. Мужчина в длинном пальто оказался рядом со мной и заговорил, но я ничего не слышала. Мешал шум лебединых крыльев.

— Что? — спросила я, повернувшись к нему и посмотрев прямо в глаза.

— Вы очень бледны. Вам надо сесть.

Я кивнула. Его совет звучал разумно, но я ощутила, что опять падаю в озеро, и вода затягивает меня. Точь-в-точь как при вспышке белого света из шкатулки. Странно знакомое чувство…

Я очнулась в машине неотложной помощи.

— Вы потеряли сознание, — произнес врач. — Поэтому мы увезли вас вместе с вашим отцом.

— Как он?

Лицо папы было закрыто кислородной маской. Он лежал с закрытыми глазами.

— Он потерял много крови, у него низкое артериальное давление. У него больное сердце?

— Стенокардия. Год назад ему делали ангиопластику. Он… Он?

— Выстрел получился удачным… извините за выражение. Пуля прошла над сердцем, навылет. Рана — на несколько дюймов выше, в плечевой кости. Артерии не задеты. В общем, вашему отцу повезло. Полагаю, целились снизу вверх. Думаю, стрелок сидел на корточках. Ваш отец спугнул грабителей?

— Похоже, что да. Я прибежала на кухню сразу после выстрела. Один из грабителей был на коленях… думаю, он и выстрелил, — сказала я и замолчала.

«Но куда же подевался пистолет?» — недоумевала я про себя. Ведь я нашла в нашем заднем офисе лишь старый револьвер отца.