Месть и пламя - Мара Вульф

Те, кто оказался недостаточно быстр, захлебнулись, но мне было все равно. Выжившие повстанцы затаскивали раненых на свои метлы или брали их на руки и бежали к лестнице. Я пресекала все попытки бойцов Селесты пробиться сквозь стену. Через несколько минут повстанцы исчезли в расщелине. Остался лишь молодой человек, создавший иллюзию того, будто из убежища нет выхода. Он поднял руку, и лестница тут же исчезла вместе с разломом. Осталась лишь пустая каменная поверхность. Повинуясь моей воле, стена воды обрушилась водопадом. Криспиан сверлил меня ненавидящим взглядом. Адриан завопил. Должно быть, он сорвался с метлы, и теперь вода швырнула его прямо в скалу. Я не испытала ни капли сочувствия.

Нексор заслонил меня своим телом, когда Криспиан бросился в мою сторону:

– Ты за это заплатишь!

– Следи за языком, – приказал ему Нексор, но я отпихнула колдуна в сторону. Это моя битва. Он не должен сражаться в ней за меня.

Ноздри Криспиана подрагивали, но у него не хватило смелости выступить против Нексора. Вместо этого он схватил за волосы мертвую викканку, лежащую у наших ног, и плюнул ей в окровавленное лицо. При этом ведьмак почти ни на секунду не сводил с меня взгляда.

– Мы заберем тела стригоев с собой, – объявил он. – И посадим каждого на кол на равнине Караймана. Как средство устрашения и чтобы убедиться, что эти ублюдки больше не восстанут.

– Ты этого не сделаешь. – Если я хотела когда-нибудь снова посмотреть в глаза Николаю, то не могла допустить, чтобы тела погибших представителей его расы осквернили подобным образом.

– Ты не в том положении, чтобы мне запрещать. Это решит Селеста.

Не обращая на него внимания, Нексор поднял свою палочку. Огненными всполохами он поджег трупы, а осматривавшие их ведьмаки с визгом отпрыгнули в сторону. Плащ одной из ведьм загорелся, и она с возмущением закричала. Тем не менее Нексор не остановился, пока все тела убитых стригоев, а также мятежных ведьм и виккан не сгорели. Никто больше не сможет унизить или осквернить их. Я произносила за них безмолвную молитву, пока поднималось солнце и омывало вершины холмов золотым светом. По моим щекам текли слезы, и я просила Великую Богиню о новой жизни для души Ивана. Просила ее сделать так, чтобы они с Софией снова встретились.

Очевидно, Криспиан был недоволен поступком Нексора, но не подал виду, что злится. Просто сел на метлу и приказал своему ковену собраться. Он потерял трех ведьмаков и одну ведьму и не проявил ни малейшего намека на скорбь. Стоило мне представить, как Люциан потерял бы Развана, Сильвана или Арию… Несмотря на свои чувства из-за того, что он меня предал, я не желала ему пережить подобное.

– Спасибо, – тихо сказала я Нексору и позволила ему взять меня на руки, чтобы унести отсюда. Сама я лететь не могла.

Иван мертв. Как мне объяснить это Селии, Алексею и Кайле? А особенно Лупе? Главнокомандующий Николая похитил меня. Он был готов пожертвовать жизнью моей дочери. И все же я не могла на него злиться. Неужели и его смерть на моей совести? Мне потребуется много времени, чтобы положить конец злодеяниям Селесты и Нексора. Но пока у меня не было всей информации, я мало что могла сделать. Почему он просто не мог подождать? По моим щекам текли слезы, а Нексор взмыл в воздух, плавно взмахнув крыльями, и последовал за ковеном Криспиана. Иван был лучшим другом Николая. Знал ли он о случившемся? Я не решалась спросить у Нексора. Казалось, каждая клеточка его тела напряжена до предела. Он в ярости, причем его гнев был направлен не только на Криспиана или Ивана, но и на меня. В поле зрения появилась поляна, и колдун полетел медленнее, а затем стал снижаться.

– Это был план твоей сестры? – Его голос дрожал от едва сдерживаемых эмоций.

– Нет, – выдавила я. Но даже будь это так, я бы не позволила наказать ее за это.

Нексор рассмеялся, явно не веря.

– Ты готова защищать кого угодно, только не себя. – На секунду он крепче прижал меня к себе, а затем приземлился прямо перед Селестой, которая стояла перед своей палаткой, и опустил меня на землю.

Весь лагерь проснулся и находился в боевой готовности. Я поискала глазами Лупу в этой толпе и заметила ее на опушке леса, словно она уже собиралась бежать, если правда выйдет наружу. Впрочем, далеко она не ушла бы. Первый ковен в полном вооружении выстроился рядом с королевой.

– Принцессу похитили, но предводитель твоего Второго ковена спас ее и убил похитителя, – объявил Нексор со спокойствием, которое резко контрастировало с недавним напряжением. – Тебе следует наградить его за это.

Брови Селесты взлетели вверх.

– Кто посмел к ней притронуться? – Королева не спрашивала, как я себя чувствую и не ранена ли я.

– Иван. Верховный главнокомандующий палатина, – доложил Криспиан.

Лупа ахнула и покачнулась. Я хотела пойти к ней, утешить и обнять, но Нексор положил руку мне на спину.

– Позже, – тихо сказал он мне. – Мы улетим, как только Валеа оправится от потрясения, – громко добавил он. – Пока не потеряли еще больше времени.

Селеста на мгновение задумалась.

– Сколько времени тебе понадобится? – обратилась она ко мне.

– Недолго.

Королева поджала губы.

– Криспиан, приведи себя в порядок, а потом предоставь мне подробный отчет, – приказала она покрытому кровью колдуну, который склонил голову в знак согласия. После этого Селеста отвернулась и вновь скрылась в своей палатке.

– Мне нужно побыть одной, – сообщила я Нексору. Тот с беспокойством взглянул на меня. – Пожалуйста.

С этими словами я помчалась к себе. Где же Магнус, когда он так нужен? Мой взгляд упал на трех стригоев, дежуривших перед палаткой Алексея. Селия рыдала на груди брата. Невен топтался в метре от них, а Кайла вопросительно смотрела на меня. Но все, что они хотели узнать, подождет. Я подняла глаза на ворон, сидящих на ветках над нашими головами.

– Магнус? – прошипела я. – Где ты?

К моему бесконечному облегчению, не прошло и минуты, как корбий появился из-за деревьев.

– Иван действительно мертв? – спросил он бесцветным тоном.

Но сейчас у меня не было времени на объяснения.

– Он мертв, а ты должен немедленно изменить воспоминания Криспиана и его ковена, – потребовала я. – Он не должен рассказать Селесте, что часть повстанцев сбежала. Пусть они считают, что все погибли.

Единственным изъяном в этом плане оставался Нексор. Если он был достаточно зол, то мог сдать беглецов. Тем не менее он не станет этого делать. Ради меня.

Магнус без лишних вопросов сразу направился к