Вина и грехи - Мара Вульф

– Ты не имеешь права указывать мне, какие из моих действий разумные, а какие – нет. Потому что самая большая глупость, которую когда-либо мог совершить палатин, – это прыгнуть в постель к королеве ведьм, чтобы она оставила в покое его народ. – Николай поднялся на ноги и теперь с раздражающей невозмутимостью стряхивал снег с черного кожаного костюма, но я еще не закончила. – Почему ты это сделал? Потому что снова хотел пожертвовать собой ради кого-то? Со мной ты был тоже только поэтому? Чтобы я спасла Селию?

Едва эти слова прозвучали, как мне захотелось взять их обратно. Но уже было поздно. В его глазах засветился холод, и Николай дерзко улыбнулся.

– А что-то изменится, если я скажу «да»? Разве не все мы делаем то, что должны?

– Ненавижу тебя.

Я опять вскинула руки, но, прежде чем успела запустить в него новым проклятием, рядом со мной приземлился черный ворон и тут же перевоплотился. Между мной и Николаем встал Магнус.

– Лучше не убивай королевскую игрушку.

Заклятие ударило в корбия, так что теперь и его надменная задница валялась в снегу.

– Валеа уже далеко не такая кроткая, как раньше, – с ухмылкой заявил ему Николай. – Я рад, что она не превратила меня в кучку пепла.

Магнус вскочил:

– Ты это заслужил.

Я переводила изумленный взгляд с одного на другого. Мало что могло причинить вред стригою, но огонь уничтожал их раз и навсегда. Так что, если бы я целенаправленно выпустила молнию в Николая, он был бы сейчас мертв. Я бросилась на него.

– Ты совсем с ума сошел! – заорала я. – Даже не защищался! – Мой кулак ударил по его каменной груди. Я чуть не убила отца своего ребенка. – Почему ты не используешь свой дурацкий боевой посох?

Одним плавным движением он вытащил его из петли на поясе:

– Чтобы убить меня, понадобится кое-что посерьезнее.

Я с огромным трудом сдержалась, чтобы не стереть заклинанием эту заносчивую улыбочку с его лица. Словно прочитав мои мысли, Николай изогнул одну черную бровь. Гнев нагрел землю подо мной и растопил снег до самых костей. На трясущихся ногах тяжелым шагом я двинулась прочь. Подальше от Николая и Магнуса, которому хватило ума ничего больше не говорить, и подальше от останков мертвых ведьм. Несмотря на холод и усталость, во мне росла решимость. За последние годы бывали дни, когда я чувствовала себя слабой, даже обладая такой силой. Дни, когда я хотела сдаться, потому что чувствовала себя ужасно одинокой. Дни, когда я бы с распростертыми объятиями встретила смерть, которая отвела бы меня в страну вечного лета к Кириллу и моим родителям. Только ради дочери я решила принять судьбу, которую уготовила мне Великая Богиня. Именно поэтому я здесь. Николай вел собственную битву, и тем не менее я бы очень хотела все ему рассказать. Но его столь очевидное беспокойство могло быть очередным трюком. Сегодня на карту поставлено гораздо больше, чем в прошлый раз. Несмотря на все эти разумные соображения, мне казалось неправильным продолжать хранить от него свой секрет. Николай мог защитить Эстеру гораздо лучше, чем я. Но он заключил союз с Селестой. Это нельзя игнорировать, хотя с каждым днем мне все меньше и меньше верилось, что это правда. Просто это слишком опасно.

Я стала методично обыскивать окрестности в поисках своей метлы. Теоретически можно с помощью магии приказать ей вернуться ко мне, но сначала нужно кое-что выяснить, и мы как раз находились достаточно далеко от замка. Магнус улетел, а Николай прислонился к дереву, не сводя с меня глаз. Несмотря на мое нападение, все в нем выглядело безупречным и чистым. Распущенные волосы ниспадали на плечи. От влаги они слегка завивались, смягчая суровые линии скул.

– Значит, королева вбила себе в голову мысль снова отыскать магические источники, – неожиданно начала я. – С чего она взяла, что я могу ей помочь?

– Без понятия. Это ты мне скажи. Источники запечатали больше тысячи лет назад, и никто не знает, где они находятся. Мы сказали тебе это еще два года назад.

– Так написано в книгах, – согласилась я. – Но не факт, что так и есть на самом деле. Много времени прошло, и если я правильно поняла, она их искала, но не нашла.

– Во всяком случае, так она утверждает.

Я приподняла одну бровь.

– Тебе правда больше ничего не известно об этом? – Остановившись перед Николаем, я уперлась руками в бока. – Или ты просто не хочешь мне говорить? Боишься, что я подвергну себя опасности? Тогда у меня для тебя есть важная информация. Мы уже в опасности. Все мы.

Ему достаточно было бы лишь слегка поманить меня пальцем. Один-единственный крошечный намек на то, что он все еще на моей стороне. Что не ведет нечестную игру, а делает все это только для того, чтобы остановить Селесту. Тогда я бы доверилась ему и поделилась всем, что знала. Смогла бы рассказать, что у него есть дочь.

– После того как Селеста сообщила мне, что Люциан отправится с тобой на испытание шестого уровня, я поставил в известность Магнуса.

Я разочарованно выдохнула. Этого мало. Почему он увиливал? Почему просто не расскажет мне все?

– Он и парочка его корбиев все время находились поблизости. Он бы спас тебя, если бы ты сорвалась, при этом Магнус оказался достаточно умен, чтобы не вмешиваться. Селеста восприняла бы это как оскорбление и отправила бы карательную миссию.

– Кого бы она наказала?

– Твой народ. Она очень вольно трактует договор, который подписали с ней мастера. Вот почему они вновь открыли старые оборонительные крепости, оставшиеся со времен последней войны. Они спрятаны в пещерах, и их легче защищать, чем деревни. Но тех, кто остался на прежних местах, все равно еще много. И там виккане – легкая жертва. Я говорю тебе об этом только для того, чтобы ты знала о последствиях, если выступишь против нее. Если будешь строить собственные планы, а она о них узнает. Не связывайся с ней. Предоставь это мне.

Значит, он собирался ее уничтожить?

– И что же мне делать, пока ты согреваешь ее постель? Вязать крючком? Вышивать?

Глаза стригоя потемнели. Внезапно раздался волчий вой, помешавший ему ответить.

– Ликаны?

Николай уже стоял у меня за спиной, положив руки мне на плечи.

– Да. Их становится все больше. Мать Ярона, Брианна Валери, ни с кем не церемонится. Ей очень нравится пополнять армию своего сына. При