Запертая дверь - Александр Варго

– Артемка, познакомься, – подал голос Тимофей. – Это Лидок.

– Да мы уже вроде познакомились. Правда, городской?

Артем не ответил. Взял протянутую Сергеем бутылку пива и пошел за стол.

– Галина Анатольевна утонула, – как-то обыденно произнес Артем, будто говорил не о смерти, а о просмотренных новостях.

Зачем? Немой вопрос читался в глазах Оли. Зачем ты об этом сказал?

– Что, тоже в Белом озере? – спросил Сергей.

– Нет. В собственной ванне.

Тишина. Кто-то все-таки игрался со звуком.

– Вика все еще не пришла, – сказала Наташа с вызовом. Мол, вот о чем думать надо, а не о какой-то Галине Анатольевне.

– Вернется, – уверенно сказала Ольга и села рядом с Артемом.

– Вернется, – ухмыльнулся Серега.

Артему это снова показалось странным. То он боится, то ухмыляется, то в нем просыпается агрессия. Очень похоже на наркозависимость. Наркомана им здесь еще не хватало. Все есть…

– А у вас банька имеется? – спросила Лида.

Ухмылка с лица Сереги слетела вмиг. Артем насупился, но ждал. Надеясь в глубине души, что сейчас прозвучит заветное слово и через несколько часов они найдут Лидку аккуратно уложенную, например, в бочку летнего душа. Она-то и стоя туда не влезет, не то что…

– Я что-то смешное спросила?

Артем подумал, что Серегу снова перекосило в ухмылке и вопрос обращен к нему. Но все смотрели на Артема, будто он сделал при них что-то постыдное. Тихонов понял, что пока он мысленно упаковывал Лиду в бочку, невольно улыбнулся.

– Нет, – поспешил ответить Артем. – Но мне кажется, в баньке нужно для начала убраться.

– Там чисто, – тихо сказала Наташа.

– Ну, чисто, значит, чисто, – отмахнулся Артем.

Он устал бегать, устал видеть то дерьмо, то ил. Он устал. Возможно, там сейчас и чисто, но через какое-то время может появиться песок из пустыни Гоби или снег из Гренландии. Нет, он больше ни ногой в это помещение. Ему хватает непередаваемых ощущений от пребывания на кухне. Но если там с ним шутили неприятные воспоминания, то, что происходит здесь, Артем не мог понять. Баня если и стояла в то время, когда он был маленьким, то он ее не замечал. Наверняка она была до недавнего времени заколочена. Ведь причины этому должны быть? Они есть, просто Артем пока их не знает.

– Хозяин не против?

Тихонов дернулся и пролил на себя пиво.

– Я спрашиваю: хозяин не против?

У Лиды был такой вид, будто она не спрашивала разрешения, а требовала немедленного подчинения.

– Какой хозяин?

Артем тут же попытался вывести разговор в нужном ему направлении.

– Я так думала, что хозяин участка и всего, что на нем, ты.

Она либо ни черта не знала, либо включила «дуру», чтобы не проболтаться.

– Так и есть. Хозяин не против, – ответил Артем и отвернулся, сделав вид, что потерял к ним интерес.

Лида практически взяла под мышку улыбающегося Тимофея и направилась к бане. Остановилась у крыльца и, посмотрев на небо, произнесла:

– Похоже, «Азот» сделал выброс. А ты еще и пьешь.

Только когда за влюбленными закрылась дверь, Артем понял, что сей выпад был в его сторону и намекал на его неадекватность. Да, выбросы химзавода и алкоголь – ядреный коктейль. Но Артему было уже не смешно.

* * *

– Меня не пустила какая-то… – Артем замолчал, наверняка подыскивая приличные слова, но алкоголь противился этому. – Какая-то тварь! Посещение больных с четырех до… Сука!

– Не кипишуй, братишка. – Серега был в одной поре, но настроение его менялось так же. – Завтра поедем и пробьемся через этот заслон из бабулек в белых халатах.

– Не-е. – Артем пьяно замотал головой. – Это была не бабулька. Это была…

Оля развернулась и пошла к дому. Ей было противно смотреть на пьяных людей. Мужчин, женщин – без разницы. Да, она не похожа на своих сверстников. Она сторонилась шумных компаний. И если начистоту, она ехала в эту глушь, чтобы отдохнуть от суеты. А вышло как вышло.

Оля вошла в дом. Звуки какой-то телепередачи доносились из гостиной. Наташа после пропажи сестры впала в депрессию. Никому не разрешала заявлять в полицию и места себе не находила. Действительно, заявление могли не принять. Мало ли, может, Вика где-нибудь сейчас веселится. Ну, бывало у нее такое. Однако в этот раз она сбежала без сотового. Вообще, Оля для себя решила, что если завтра эта гулена не вернется, то она пойдет в полицию. Хочет этого Наташа или нет, плевать.

Она вошла в кухню. Оля не могла понять причину своего страха, но он появлялся именно в этой части дома, будто за ней наблюдали в окно с улицы из непроглядной темноты. Только окно тут было ни при чем. Какая-то давящая атмосфера присутствовала в кухне, особенно в правом дальнем углу. Ольга поспешила выйти из плохой комнаты, но она была готова поклясться, что взгляд буквально пробуравил в ее затылке дыру. Мурашки пробежали по спине, и пока она не скрылась в коридоре, не успокоилась. Звуки снова стали долетать до ее ушей, и, самое главное, они радовали ее.

Наташа сидела в кресле, поджав под себя ноги. Взгляд ее был отстраненным. Ольга подошла к дивану и молча села. Потом все-таки не выдержала и спросила:

– Что смотришь?

– Ничего. – Ответ не был грубым, но все-таки прозвучал неприятно. – Вроде бы и смотрю что-то, но ничего не вижу.

Оля понимающе кивнула.

– Знаешь, обидно еще. У них друг умер, а они веселятся. Вика пропала, а они…

Ольга вдруг поняла, что хочет заступиться за Артема. Несмотря на то, что он напивался уже какой вечер подряд, она была на его стороне. И уж кому, если не ей, знать, что невесело Артему сейчас. Ох, как невесело.

– Мы завтра же пойдем в полицию, – сказала Ольга.

– Нет, она вернется, конечно. Она и раньше уходила, ты же знаешь. Но здесь как-то… Здесь есть что-то… Как-то все черно вокруг, что ли? Будто стены пропитаны негативом.

Оля осмотрелась. Ей на мгновение показалось, что из стен сочится вода.

– Вот они там веселятся, – продолжила Наташа, – а ведь им невесело.

Стены стали вновь сухими.

– Им невесело! – будто привлекая к себе внимание, повысила голос Наташа. – Все это похоже на веселье сумасшедших на похоронах.

* * *

Тимофей не мог поверить своим глазам. Он столько времени мечтал о Лидке, что теперь не на шутку разволновался. Кровь перестала поступать туда, где сейчас так была необходима.

– Ну, малыш, давай! – Лидка стояла перед ним на коленях и пыталась расшевелить.

В обычной ситуации слово «малыш» просто вывело бы Тимофея из себя, но сейчас… Ситуация была очень необычной. Он мечтал о Лидке с седьмого класса. Он мечтал хотя бы увидеть ее голой, а чтобы она дотронулась до него, да еще… Нет, он точно в сказку попал. Но вот что-то мешало. Что-то… Может, запах? Какой-то сырой и тухлый. Будто мертвая рыба, выброшенная на берег. Очень большая рыба и давно мертвая. Запах то исчезал, уступая место аромату духов Лиды, то появлялся вновь. Его члену и ему самому не хватало времени, чтобы настроиться. Они оба как-то обмякли в сильных руках женщины. Лида не сдавалась. Она мусолила ртом, гладила руками, прижималась к Тимофею в нужных местах грудью, но все бесполезно.