Предначертание - Вадим Давыдов

Втроём они собрались в конторе у детектива – последние приготовления перед решающим часом. Гурьев с некоторым беспокойством поглядывал на Мэгги – девушка выглядела далеко не лучшим образом. Хоук волновался и тоже чувствовал себя не в своей тарелке. Гурьев, несмотря на внешнюю невозмутимость, тоже был далёк от безмятежности, поэтому слишком большого значения непрезентабельному виду помощницы детектива поначалу не придал. И лишь в ходе обсуждения, ещё раз посмотрев на Мэгги, вдруг проговорил:

— Ты останешься в конторе, Мэгги.

— Что?!?

— Что слышала, — Гурьев чуть повысил голос. — Ты… Тебе нехорошо, поэтому рисковать не будем.

— Но…

— Спокойно, Шон. Поработаю за двоих. Не впервой.

— Чёрт побери, Мэгги!

— Спокойно, спокойно, — остановил разошедшегося детектива Гурьев. Это тебя должен побрать чёрт, жеребец ирландский, подумал он, и едва сдержался. Смех так и рвался из него, щекоча горло и нос. Он вдруг сделал вид дикой озабоченности и пробормотал: – Проклятье! Я оставил карту у тебя в машине, Шон. Принеси её, пожалуйста, будь другом – я должен там ещё маршрут заново отметить.

Помявшись, детектив, подозрительно окинув взглядом Гурьева и Мэгги, стремительно вышел на улицу. Убедившись, что его шаги прозвучали в нужном направлении, Гурьев поймал взгляд Мэгги и широко улыбнулся:

— Солнышко, поздравляю. Надеюсь, теперь этот ирландский остолоп точно никуда не денется.

Мэгги так залилась краской, что Гурьеву стало её даже жалко. У девушки прямо слёзы на глазах выступили:

— Ты что себе…

— Полтора миллиона – отличный свадебный подарок, Мэгги. Всё получится. Даю слово.

— Ты… Откуда ты…

Гурьев улыбнулся ещё шире:

— Ох, Мэгги. Меня иногда самого тошнит от собственного всезнайства. Могу даже сказать, мальчик будет или девочка. Если хочешь. Я знаю, для тебя самой это сюрприз. Но это отличный сюрприз. Один из лучших сюрпризов в жизни.

— Только не слишком вовремя, — улыбнулась Мэгги вздрагивающими губами.

— Глупости, дорогая. Надеюсь, ты скажешь ему, когда всё закончится. Или это сделаю я.

— Только попробуй, — простонала Мэгги.

— И пробовать не стану, — пожал плечами Гурьев, — просто скажу, и всё.

Дверь распахнулась, и в кабинет вошёл детектив, протягивая Гурьеву карту:

— Эта?

— Да. Спасибо, дружище, — Гурьев взял планшет. — Итак, позиция будет следующей.

План был не таким уж и сложным. Гурьев должен был наблюдать за процессом похищения и вмещаться, если бы возникла угроза жизни или здоровью миссис Рассел и мальчиков. По его наущению, Джованни выступил с идеей усыпить всех троих в самом начале, для чего Гурьев передал ему специально приготовленный для этого раствор. Потом, уже находясь в укрытии, миссис Рассел, придя в себя, должна была написать по требованию гангстеров записку мужу с просьбой использовать как посредника детективное агентство Хоука. Эта деталь плана представлялась Хоуку не самой надёжной, но Гурьев настоял на своём варианте. Мэгги оставалась в конторе в качестве связной и для запудривания мозгов копам. Даже её недомогание оказывалось как нельзя кстати, придавая обстановке вожделенную нотку вящей достоверности. На случай присутствия полицейских непосредственно в конторе Гурьев разработал несложный вербальный код, который ничего не говорил непосвящённым и должен был позволить Гурьеву и Хоуку поддерживать связь друг с другом через Мэгги. Гурьев собирался освободить миссис Рассел с мальчишками, а Хоук – увезти их в безопасное место. В задачу Хоука входило также проследить, чтобы аккредитивы не были переписаны по номерам, что являлось одним из основных условий обмена. Затем Гурьев намеревался разделаться с Чезаре, после чего – бесследно раствориться. Были разработаны и несколько альтернативных вариантов – на всякий непредвиденный случай.

— Почему именно аккредитивы, Джейк?

— Это избавит полицию и власти от соблазна затянуть переговоры под предлогом сбора средств и прочей дребедени, которую любят пускать в ход в таких случаях. Расселу достаточно будет дать команду брокерам, и всё.