Пора убивать - Джон Гришэм

– Это ваш последний свидетель?

– Да, сэр.

– Будут ли у вас, мистер Бакли, какие-либо вопросы ксвидетелю защиты?

Бакли отрицательно покачал головой.

– Отлично. – Его честь поднялся. – Давайте сделаем небольшойперерыв. Я хотел бы видеть всех присутствующих здесь юристов у себя в кабинете.

Зал тут же взорвался громкими голосами, люди обсуждалитолько что увиденное и услышанное. Юристы потянулись за Нузом и Пейтом сквозьдверь позади судейского стола в его кабинет. Войдя туда, Нуз тут же сбросилмантию. Пейт принес ему чашку черного кофе.

– Джентльмены, я сейчас размышляю о том, чтобы начиная прямос этого момента и до самого конца суда закрыть весь процесс от прессы. Слишкомуж широкая огласка начинает меня беспокоить, и я не хочу, чтобы репортерысовали свои носы в дело. Какие будут у вас соображения?

Мгновенно побледневший Бакли был потрясен. Он раскрыл рот,но так и не нашел в себе сил что-либо сказать.

– Отличная мысль, ваша честь, – с болью в душе проговорилДжейк. – Я сам подумывал подать вам такое заявление.

– Я сразу это заметил. Я же вижу, как в последнее время выизбегаете прессы. А что скажете вы, мистер Бакли?

– На кого это правило распространится, ваша честь?

– На вас, мистер Бакли. На вас и мистера Брайгенса. Вамбудет запрещено обсуждать любые детали процесса с газетчиками вплоть доокончания суда. То же самое относится к каждому имеющему отношение к делу: ковсем юристам, чиновникам суда, клеркам, к шерифу.

– Но почему? – спросил Бакли.

– Я вовсе не в восторге от того, что вы, похоже, готовысцепиться друг с другом на виду у всей страны. Я ведь не слепой. Вы женаступаете на пятки один другому. Могу представить, на что будет похож суд!Цирк, а не суд! Цирк с тремя аренами.

Отойдя к окну, Нуз принялся бормотать что-то себе под нос.Приглашенные в кабинет юристы обменивались недоуменными взглядами, а затем, какпо команде, стали смотреть на неуклюжую фигуру у окна.

– С этого самого момента запрещаю вам всем любые контакты спрессой до окончания процесса. Нарушение этого приказа будет расценено какоскорбление суда. Вы не имеете права обсуждать с представителями прессы какиебы то ни было аспекты дела Хейли. Вопросы?

– Вопросов нет, сэр, – быстро ответил Джейк.

Бакли посмотрел на Масгроува и покачал головой.

– Теперь о сегодняшнем слушании. Мистер Бакли, вы тамговорили что-то про двадцать своих свидетелей. Какое количество их вам на самомделе необходимо?

– Пять или шесть.

– Это уже лучше. Кто они?

– Флойд Лойд.

– Кто такой?

– Надзиратель, из Первого судебного округа.

– Что он собой представляет?

– Живет здесь уже пятьдесят лет, в своей должности уже летдесять. Он считает, что и в нашем округе вполне возможен справедливый ибеспристрастный суд.

– Ну уж он-то никогда, верно, не слышал об этом деле? –саркастически спросил прокурора Нуз.

– Я в этом не уверен.

– Еще кто?

– Натан Бейкер. Мировой судья. Третий судебный округ.

– Остальное то же, что и у Лойда?

– Практически да.

– Дальше.

– Эдгар Ли Болдуин, бывший надзиратель, округ Форд.

– Несколько лет назад ему было предъявлено какое-тообвинение, нет? – уточнил Джейк.

Таким красным Бакли еще никогда не становился. Нижняячелюсть у него отвисла, глаза вылезали из орбит.

– Но осужден он так и не был, – тут же нашелся Масгроув.

– А я и не говорил, что его осудили. Я только сказал, чтобыло какое-то обвинение. По-моему, со стороны ФБР. Или нет?

– Хватит, хватит. Что сможет рассказать нам мистер Болдуин?– остановил перебранку Нуз.

– Он живет здесь всю жизнь. Он хорошо знает жителей округа исчитает, что с мистером Хейли суд в состоянии поступить в полном соответствии сзаконом, – ответил Масгроув, поскольку Бакли так и стоял, не в силах отвестивзгляда от Джейка.

– Кто следующий?

– Шериф Гарри Брайан, из округа Тайлер.

– Шериф Брайан? А он-то что скажет?

Масгроув взял на себя функции своего босса:

– Ваша честь, у нас есть две теории, которые мы выдвигаемпротив заявления защиты с требованием смены места проведения суда. Во-первых,мы абсолютно уверены в том, что на территории округа Форд суд будет таким жеобъективным и справедливым, как и в любом другом округе штата. Во-вторых, еслибудет принято решение, что суд должен состояться в другом месте, то обвинениезаявит, что потенциальные члены жюри присяжных, где бы они ни находились внашем штате, получат не менее подробную информацию по делу. Те же предрассудки,мнения, доводы «за» и «против», что существуют в нашем округе, существуют и влюбом другом. Так что в конечном итоге в перемене места проведения процесса никакогосмысла нет. Для поддержки этой второй теории мы также располагаем свидетелями.

– Это уже нечто новенькое, мистер Масгроув. Похоже, раньше яничего подобного не слыхивал.

– Ручаюсь, что и я тоже, – добавил Джейк.

– Кто же у вас там еще?

– Роберт Келли Уильямс, окружной прокурор Девятого округа.

– Где это?

– У юго-западной оконечности штата.

– И он примчался сюда только для того, чтобы сказать нам,как хорошо в его лесной глуши осведомлены люди о деталях нашего дела?

– Да, сэр.

– Так-так. Дальше?

– Грэди Листон, окружной прокурор Четырнадцатого округа.

– То же самое?

– Да, сэр.

– Это все?

– У нас есть еще люди, ваша честь. Но их показания будутмало чем отличаться от показаний уже названных вам свидетелей.

– Значит, в таком случае мы ограничимся шестью первыми.

– Да, сэр.