Вся ярость - Кара Хантер

Протокол допроса Грэма Скотта, произведенного в полицейском участке Сент-Олдейт, г. Оксфорд, 9 апреля 2018 года, 14:05

Присутствуют: детектив-инспектор Р. Галлахер, детектив-констебль Э. Сомер, миссис Д. Оуэн (адвокат)

Р.Г.: Для протокола: этот допрос будут вести инспектор Рут Галлахер и констебль Эрика Сомер. Надеюсь, мистер Скотт, вы насладились перерывом на обед, теперь мы сможем вернуться к теме, которую вы обсуждали с констеблем Куинном. С момента предыдущей беседы в этой комнате мы получили записи камеры видеонаблюдения Школы государственного управления имени Блаватника, сделанные утром указанного дня, и вас на ней видно вполне отчетливо.

Д.О.: Насколько я понимаю, вы предоставите возможность ознакомиться с этой записью?

Р.Г.: Разумеется. Итак, мистер Скотт, теперь вы вспомнили то утро?

Г.С.: Раз вы говорите, что я там был, наверное, я был там.

Э.С.: В тот день в школе Блаватника проходил семинар, на который, как мы считаем, ходила Саша. Семинар о Флоренции эпохи Возрождения – вам эта тема не кажется знакомой?

Г.С.: Теперь, когда вы об этом упомянули, я, кажется, припоминаю, что говорил об этом Саше. Я получаю рассылку от школы Блаватника.

Э.С.: Следовательно, вы знали, что она будет там.

Г.С.: Я не знал, что она будет там. Я просто упомянул ей о семинаре. Мои ученики не ставят меня в известность о своей личной жизни, инспектор.

Р.Г.: Но вы предполагали, что Саша с высокой вероятностью будет там, не так ли? С достаточно высокой вероятностью, чтобы самому отправиться туда. На всякий случай.

Г.С.: Как уже говорил, я частенько езжу за покупками в Джерико.

Э.С.: Вот только в тот день вы ничего не покупали. Вы даже не вышли из машины. Просто сидели. И подсматривали.

Г.С.: Я не подсматривал! Я не какой-то там извращенец…

Р.Г.: Возможно. Но вы все равно наблюдали за Сашей. И теперь я хочу узнать, мистер Скотт, что именно вы видели.

* * *

Адам Фаули

9 апреля 2018 года

14:37

– Мы ему верим? Мы ему правда верим?

Кажется, я еще никогда не видел Сомер такой бледной. С тех самых пор, как они с Галлахер вышли из комнаты для допросов, она расхаживает взад и вперед, пытаясь дать выход нервному возбуждению, порожденному невозможностью поверить в услышанное. С Галлахер все с точностью до наоборот: она сидит за столом не шевелясь, но даже в противоположном конце помещения я слышу гул у нее в голове.

Сомер поворачивается к Галлахер и повторяет свой вопрос:

– Так что, верим? Это же безумие…

– Но такое возможно, – тихо говорит Галлахер. – И вы это понимаете.

– Но мы не можем тащить человека на допрос на основании только этого – даже если это действительно правда, если Скотт не лжет, на что у него сейчас есть все основания…

Я собираюсь с духом.

– На мой взгляд, Скотт не лжет. На мой взгляд, он говорит правду.

Галлахер поворачивается ко мне.

– Однако Сомер права. Даже если Скотт говорит правду, нам нужно нечто большее, чем просто одно его слово. А без записи камеры видеонаблюдения или той свидетельницы… – Она беспомощно пожимает плечами. – Мы застряли, ты не согласен?

Но у меня есть на этот счет другие соображения.

Я встаю и беру пиджак.

– Ты куда?

– Держите Скотта здесь. Мне нужно кое с кем поговорить.

* * *

Когда они оказываются у поворота к пивной, Бруно ускоряет шаг. Много кустов, больше мусора, больше интересных запахов. Урсуле приходится оттаскивать собаку от одного особенно привлекательного фонарного столба, но та сразу же отбегает в противоположную сторону и плюхается в канаву, наполовину заполненную черной водой. Урсула подходит к краю и заглядывает вниз, пытаясь рассмотреть то, что встревожило собаку. Это не похоже на Бруно – так он себя не вел уже несколько месяцев. Сначала Урсула не может разглядеть, что у собаки в зубах, но затем та оборачивается, и она видит что-то розовое. Урсула отшатывается назад – за долгие годы она достаточно насмотрелась на дохлых крыс, но вот цвет, форма…