Тени теней - Алекс Норт

– Что-то он явно недоговаривает, – сказал Двайер.

Аманда, не сводя глаз с монитора на столе, кивнула. Экран показывал картинку с камеры в допросной. Карл Доусон сидел там за столом, упершись локтями в столешницу и закрыв лицо руками. То, что оставалось от его волос, вздыбилось вверх и клочками торчало между пальцев. С тех пор, как они устроили перерыв и оставили его одного, прошло уже десять минут, но, насколько могла судить Аманда, глядя на монитор, он так ни разу и не пошевелился.

«Что-то он явно недоговаривает».

Для начала, Доусон уверял, что провел в Гриттене уже несколько дней. В некоторой степени это соответствовало банковской выписке по его кредитной карте, которую они уже получили, но в остальном же не имело ни малейшего смысла. Что он тут делал? Судя по всему, Карл Доусон приезжал навестить Дафну Адамс, но тут что-то явно не сходилось. По его словам, он прибыл в Гриттен за день до происшествия с ней, и все же, когда они навели справки в хосписе, там не нашлось никаких записей, что он хоть раз появился там после ее поступления. Так чем же он тут, черт возьми, столько времени занимался?

– У него не находится ответа, когда речь заходит про Дафну, – заметила Аманда.

– Угу, он сразу замыкается. Потому что врет.

– Врет ли?

– Естественно, врет! – уверенно сказал Двайер. – Если он приехал, только чтобы повидаться с ней, то что же – все никак не мог ее застать? Давайте посмотрим правде в глаза: не похоже, чтобы она много моталась туда-сюда.

– Это да.

Двайер был прав, и все же в голове у Аманды оставалась некая толика сомнения. По какой-то причине Доусон рассказал им далеко не все, но, по ее мнению, в его словах все же имелась крупица правды. Словно у них была одна картина, а у него – другая, причем некоторые их части совпадали, а некоторые – нет. Наверное, Карл Доусон все-таки и впрямь приезжал к Дафне Адамс, но здесь явно крылось нечто большее, и несмотря на то, что они уже несколько часов кряду давили на него, он не стал объяснять, что именно.

Что-то они упускали из виду…

Двайер опять нарушил молчание.

– Ну так как – ставите на него как на убийцу?

– Пока не знаю. – Аманда посмотрела на него. – В отличие от вас, насколько я могу судить.

Он пожал плечами.

– Мы можем привязать его ко всем трем жертвам. Мы знаем, что он был здесь, в Гриттене, как раз в то время, когда убили Билли Робертса. А до дому ему на машине – рукой подать. Так что да, я по-прежнему ставлю на него.

– А мотив?

– В бумагах местного отдела – сплошь вызовы на семейные скандалы с рукоприкладством. Это буквально годами длилось. Наверное, он в конце концов сорвался.

Аманда посмотрела на экран.

Доусон по-прежнему не двигался.

– Не исключено, – задумчиво произнесла она.

– Вот как я мыслю, – начал объяснять Двайер. – Доусон по какой-то причине возвращается сюда – скажем, вполне возможно, что и впрямь навестить Дафну Адамс. Она умирает, он расстроен. Его собственная жизнь давно пошла псу под хвост, он зол и обижен на весь белый свет. Плюс здесь, в Гриттене, кругом плохие воспоминания. Так что какое-то время он томится на медленном огне, а потом в итоге выслеживает Билли Робертса, и все это выплескивается наружу. После этого он возвращается домой, видит своих дражайших родственничков, и у него окончательно сносит крышу.

– А потом опять приезжает сюда поболтать с Полом Адамсом?

Двайер опять пожал плечами.

– Если только вы верите, что и впрямь просто поболтать.

У Аманды не нашлось на это ответа. Там, на бывшей детской площадке, Пола явно раздирали какие-то противоречивые стремления. Когда они только познакомились, она сразу поняла, что он говорит ей правду, отчего было гораздо проще заметить, когда это было не так. Но еще казалось, что какие-то его недомолвки не имеют к тем трем убийствам абсолютно никакого отношения. Если бы Пол хоть что-то про них знал, то обязательно рассказал бы – Аманда была в этом совершенно уверена. Внешность порой обманчива, конечно же, но Пол произвел на нее впечатление слишком уж порядочного человека, чтобы подозревать его в подобном двуличии.

– Я пока не вижу, что их может объединять в этом деле, – сказала она.

– Но что-то их все-таки объединяет.

– У Пола не было причин причинять вред Айлин и Джеймсу.

– Ну, а Билли Робертсу?

– Тут да. Но когда я разговаривала с ним, то, похоже, он даже не знал, что Билли вышел из тюрьмы. Я неплохо читаю людей, а Пол был искренне поражен, когда я ему это сказала. По-моему, он изо всех сил старается забыть то, что произошло тогда в Гриттене. – Она показала на монитор: – И, конечно, вот это.

– Что?

– Лицо Карла Доусона, когда вы сказали ему.

Тот момент на детской площадке по-прежнему занозой засел у нее в голове. С того самого момента, как они начали допрос, Доусон казался ей окончательно сломленным человеком. Никаких внезапных рыданий, возмущенных восклицаний и театральных падений в обморок. В нем была пустота, но и какого-то странного рода решимость. Словно он взвалил на себя еще более тяжелую ношу, чем прежде, и вознамерился столь же безропотно нести ее.

Двайер посмотрел на экран.

– И все-таки по-прежнему ставлю на него, – сказал он.

Аманда вздохнула про себя. При всех ее сомнениях существовала высокая вероятность того, что Двайер прав. И в любом случае Доусон был единственным, чем они сейчас располагали, особенно когда Пол отказывался говорить.

– Ну что, третий раунд? – произнесла она.

– Да, приступим.

Кабинет, в который они удалились на перерыв, располагался всего через дверь от допросной. Когда они подошли к ней, у Аманды зазвонил телефон. Она вытащила его из кармана, подумав, что это может быть Пол. Но его номер уже имелся в памяти ее мобильника, в то время как тот, что высветился сейчас, был ей совершенно незнаком.

– Начинайте без меня, – сказала она Двайеру. – Я через секундочку присоединюсь.

– Годится.

Когда Двайер вошел, Карл Доусон поднял взгляд – его лицо было по-прежнему пустым и потерянным, но тут дверь закрылась, перекрыв обзор. Ответив на звонок, Аманда прислонилась к стене.

– Детектив Аманда Бек, – сказала она.

– Детектив Бек?

Голос был женский. Аманда с ходу не узнала его, но даже в этих двух словах отметила безотлагательность и панику.

Она отлепилась от стены.

– Да. А кто это?

– Это Мэри.

– Мэри?