В тихом омуте - Пола Хокинс

Патрик перевел взгляд на другую ее руку, все еще сжимавшую нож. Потом осторожно забрал его.

– Что она тут делает? – поинтересовался он, не глядя на меня.

Хелен повернулась, чтобы посмотреть на меня, затем снова перевела взгляд на свекра.

– Детектив задавала вопросы о Нел Эбботт, – она с трудом сглотнула, – и Шоне. О его профессиональной этике.

– Мне надо кое-что прояснить. Это процедурный вопрос, связанный с расследованием.

Патрику, похоже, это было неинтересно. Он сел за кухонный стол, по-прежнему не глядя на меня.

– А ты знаешь, – обратился он к Хелен, – почему ее перевели сюда? Я навел справки – у меня остались связи – и поговорил с бывшим коллегой, который теперь служит в Лондоне. Он сообщил, что эта замечательная сыщица лишилась места в столице, потому что соблазнила коллегу моложе себя. И не просто коллегу, а женщину! Представляешь? – Его сухой смех перешел в долгий приступ кашля заядлого курильщика. – И вот теперь она ловит вашего мистера Хендерсона, хотя сама виновна в том же. В превышении власти ради своего сексуального удовлетворения. Но с работы ее не выгнали. – Он закурил. – А теперь она заявляется сюда, чтобы обсудить профессиональную этику моего сына!

Наконец он посмотрел на меня:

– Тебя следовало сразу выкинуть из полиции, но потому что ты женщина, да еще лесбиянка, тебе это сошло с рук. Вот что они называют равноправием! – Он усмехнулся. – А можешь себе представить, что было бы, окажись на ее месте мужчина? Если бы Шона поймали на связи с одним из его подчиненных, его бы вытолкали в момент.

Я сжала кулаки, чтобы унять дрожь.

– А как насчет связи Шона с женщиной, которая закончилась ее смертью? – поинтересовалась я. – Что, по-вашему, с ним было бы тогда?

Патрик оказался очень проворным для своего возраста: в один миг он вскочил, опрокинув стул, и схватил меня за горло.

– Думай, что говоришь, грязная сука! – прошипел он, обдавая меня кислым запахом табачного дыма.

Я с силой толкнула его в грудь, и он ослабил хватку. Потом сделал шаг назад и опустил руки, все еще сжимая кулаки.

– Мой сын не сделал ничего плохого, – тихо произнес он. – Если ты устроишь ему неприятности, подружка, я устрою их тебе. Поняла? Получишь их с процентами.

– Папа, – вмешалась Хелен. – Довольно. Ты ее напугал.

Он повернулся к невестке с улыбкой.

– Знаю, милая. Этого я и хотел, – ответил он и перевел взгляд на меня: – По-другому кое-кто из них просто не понимает.

Джулс

Я оставила машину на съезде к дому Таунсендов. Необходимости в этом не было, потому что возле дома места для парковки хватало, но мне казалось, что поступить нужно именно так. Как будто я должна подобраться скрытно и застать их врасплох. Во мне вновь проснулась храбрость, переполнявшая меня в день встречи с тем, кто меня изнасиловал. С браслетом в кармане, расправив плечи и преисполненная решимости, я быстро пересекла залитую солнцем лужайку. Я пришла ради своей сестры, пришла, чтобы решить все вопросы. Я чувствовала себя уверенно. И ничего не боялась.

Я ничего не боялась, пока дверь не открыл Патрик Таунсенд с перекошенным злобой лицом и с ножом в руке.

– Что надо? – спросил он.

Я отступила на пару шагов назад от двери:

– Я…

Он собирался захлопнуть дверь перед моим носом, а я слишком растерялась, чтобы сказать то, что собиралась. «Это его рук дело. И с Лорен, и с твоей сестрой», – предупреждала Никки.

– Я была…

– Джулс? – послышался голос из глубины дома. – Это вы?

Ситуация была странной. Посреди кухни стояли Хелен с окровавленной повязкой и кровью на лице и Эрин, тщетно пытающаяся делать вид, что контролирует ситуацию. Она встретила меня радостной улыбкой:

– Что вы тут делаете? Мы же должны были увидеться в участке.

– Да, я знаю, я…

– Выкладывай! – пробурчал Патрик с таким видом, что у меня по коже побежали мурашки, а дыхание участилось. – Эбботты! Господи, что за семейка! – воскликнул он и бросил нож на стол. – Знаешь, а я тебя помню. Ты в детстве была толстой, верно? – Он повернулся к Хелен: – Она была на редкость толстой уродиной. А родители! Жалкие личности!

Он снова повернулся ко мне, и руки у меня задрожали.

– У твоей матери еще имелось оправдание, потому что она умирала, но кто-то же должен был за вами присматривать! Вы с сестрой росли без присмотра, разве не так? И вот во что все это вылилось. У нее были не все дома, а ты… Ты-то какая? Размазня?

– Довольно, мистер Таунсенд, – вмешалась Эрин и взяла меня за руку. – Пойдемте, нам пора в участок. Надо снять показания Лины.

– Ах да, той девчонки. Она пойдет по стопам своей матери – у нее такой же непотребный вид, такой же поганый язык, такое же лицо, по которому так и хочется залепить пощечину…

– А вы, похоже, долго думали, что сделать с моей несовершеннолетней племянницей, – громко произнесла я. – Вы это называете достойным поведением?

Меня снова захлестнула ярость, и Патрик этого не ожидал.

– Ну? Это так? Мерзкий старик! – Я повернулась к Эрин: – Я еще не готова уйти. Но я рада, что вы здесь, Эрин, и думаю, что ваше присутствие более чем уместно, потому что я пришла поговорить не с ним, – я кивнула в сторону Патрика, – а с ней. С вами, миссис Таунсенд.

Дрожащей рукой я вытащила из кармана маленький пластиковый пакет и положила его на стол рядом с ножом.

– Я хотела узнать у вас: когда вы сняли этот браслет с руки моей сестры?

Глаза у Хелен расширились, и я поняла, что она виновна.

– Откуда у вас браслет, Джулс? – удивилась Эрин.

– От Лины, которая получила его от Марка Хендерсона. А он забрал его у Хелен. Она, судя по выражению ее лица, забрала его у моей сестры перед тем, как ее убить.

Патрик разразился громким фальшивым смехом.

– Она взяла его у Лины, которая взяла у Марка, который взял у Хелен, которая взяла его у феи с гребаной новогодней елки. Извини, дорогая, – обратился он к Хелен, – не мог сдержаться, когда услышал всю эту чушь.

– Браслет был у вас в офисе, Хелен? – спросила я и посмотрела на Эрин. – На нем должны быть отпечатки пальцев и ДНК, так ведь?

Патрик снова хмыкнул, но Хелен была объята ужасом.

– Нет, я… – наконец выдавила из себя она, переводя взгляд с меня на Эрин, а потом на свекра. – Он был… Нет! – Она глубоко вздохнула. – Я нашла его. Но я не знала… не знала, что это ее. Я просто… сохранила его. Хотела отдать в бюро находок.

– А где вы его нашли, Хелен? – поинтересовалась Эрин. – В школе?

Хелен взглянула на Патрика, потом снова на детектива, словно решая, поверят ли ей, если она солжет: