Земля будет вам прахом - Майкл Маршалл Смит

— Тогда мы должны бежать. Мы найдем Кайла и смотаемся отсюда.

Я не ответил. С тех пор как я обнаружил тело Эллен, на меня навалилась жуткая усталость. Чем сильнее я пытался наверстать упущенное, догнать события, тем больше отставал и терялся среди деревьев.

— Так? Джон? Что мы будем делать?

— Номер снят на мое имя и оплачен моей кредиткой, — задумчиво сказал я.

Я услышал звук тележки и понял, что нужно было попросить горничную не трогать и эту комнату.

— Даже если бы я сумел увезти тело, кровь наверняка просочилась до матраса.

— И что?

— Убежать невозможно.

— Но должен быть какой-то выход.

Я покачал головой. Убежать действительно было невозможно.

— Ты собираешься открыть его?

Она смотрела на конверт, который я по-прежнему держал в руке.

— Не знаю. — Я понимал, что должен заглянуть внутрь, но мне не хотелось.

Какая информация стоила того, чтобы доставлять ее таким образом?

И все же я поддел пальцем разрыв, образовавшийся, когда я снял конверт с гвоздя. Может быть, на конверте оставалась слюна того, кто склеил его. Может быть — но я не думал, что дело дойдет до экспертизы.

Открыв конверт, я перевернул его над кроватью. Из него выпала старая серая футболка из тонкого хлопка. Я осторожно поднял ее. От нее исходил затхлый запах, словно она долго пролежала где-то.

— Это что за фигня?

Я не был уверен, пока не посмотрел на бирку и не увидел, что футболка из «Хьюман рейс» — магазина вблизи Пайонир-сквер в Сиэтле, куда я заглядывал иногда в прежние времена.

— Думаю, это моя футболка, — признался я. — Когда я жил здесь, то бегал по лесу. Похоже, это одна из футболок, что я тогда надевал.

Я нащупал что-то в футболке — что-то твердое и негнущееся. Осторожно развернул футболку на кровати.

В нее был завернут серебряный браслет шириной в полдюйма с маленькими вставками бирюзы. Я сразу же узнал его, хотя он сильно потускнел. Я думал, он давно потерян.

— Боже мой, — сказал я.

Я отодвинул браслет в сторону, чтобы взять последний предмет. Кусочек плотной бумаги — квадратик со стороной четыре дюйма. Я перевернул его. Это оказалась поляроидная фотография, сделанная при плохом свете: кто-то во время съемки держал вспышку прямо перед лицом. На снимке была Кэрол.

— Кто эта женщина? — спросила Беки, и в ее голосе послышались истерические нотки. — Джон, что это за херня?

— Это моя бывшая жена, — сказал я.

— Ты был женат?

— Ну да.

Я взял браслет и повертел в пальцах. Внутри была надпись — ее я искал и узнал сразу же.

Дж2

— Джон, тут есть что-то еще.

Я медленно повернулся и увидел, что Беки заглядывает внутрь футболки.

— Хочешь, чтобы я достала?

По правде говоря, я не был уверен, что хочу, но она все равно засунула руку и вытащила клочок бумаги, аккуратно сложенный вдвое.

Она протянула мне бумажку, и я развернул ее. Наверху был стандартный заголовок электронной почты с датой трехлетней давности. Послание гласило:

Да, это я. Я *знаю* нам рискованно переписываться, но я перепила вина иначе не вынести клиентов Билла (они все еще треплются там внизу) и мне хочется вместо этого прикасаться к тебе. Завтра я из-за этого буду чувствовать себя хировато, но все равно жму «отправить». Не пиши, потому что я не отвечу. И *шел бы ты в жопу* это из-за тебя я так себя чувствую засранец:-) Люблюцелую

Я прежде не видел этого письма, но знал, от кого оно и кому.

— Что это? О чем?

— Ничего, — сказал я, складывая листок.

Я взял футболку, браслет и фотографию и сунул их обратно в конверт.

— Что-то это мало похоже на «ничего». У тебя такой вид, будто ты встретил привидение.

— Беки, заткнись.

Она отпрянула, словно я отвесил ей пощечину. Я не хотел, чтобы мои слова прозвучали так, как прозвучали. Просто мысли путались, и я никак не мог решить эту головоломку.

— Извини, — сказал я.

В этот момент наши головы синхронно повернулись на звук открывающейся двери, но не нашей.

— Что это было, черт побери?

— Похоже… Джон, похоже, кто-то вошел в твой номер.

Я выглянул в коридор. Машин на парковке не прибавилось. Тележка горничной стояла, где и прежде — у пятого номера. Но дверь в мой номер была приоткрыта — на дюйм, не больше.

Я легонько толкнул ее. Она медленно распахнулась, и я увидел кого-то рядом с письменным столом. Кортни.

Я вошел, не зная, что делать дальше. Я услышал за спиной шаги Беки, услышал, как у нее перехватило дыхание.

Горничная повернула голову.

— А, привет, — сказала она и продолжила свои занятия.

Говорила она голосом, который я уже слышал у нее раньше: словно она наглоталась лекарств. В руке у нее была тряпка. Корзинка для мусора стояла в середине комнаты, и Кортни готовилась вывернуть ее содержимое.

Я сделал еще шаг в ее сторону. Беки замерла у двери, уставившись на тело Эллен.

— Я просил тебя не заходить сюда, — сказал я.

— Да, я помню, — ответила горничная. — Но знаете, я подумала и решила, что не хочу злить Мэри. Мне нужна эта работа. — Она помолчала. — И потом — тут же нет никаких бумаг.

— Что?

— Вы сказали, что я ничего не должна трогать. Но тут и трогать нечего. Странно как-то.

— Странно?

— Ну да, — сказала она, снова принимаясь протирать стол медленными круговыми движениями. — Это шутка такая? Я не всегда понимаю шутки.

— Меня заботило, — сказал я, показывая на кровать, — что ты можешь подумать о том, что здесь лежит.

— А, это, — откликнулась она, кинув взгляд на тело. — Об этом я знаю.

— Знаешь?

— Конечно. — Она посмотрела на меня как на недоразвитого. — Как, по-вашему, он ее сюда притащил? — Она залезла в карман халата и вытащила большую связку ключей. — Думать надо.

— Но…

— Не волнуйтесь. Это будет нашей маленькой тайной, — заявила она и продолжила протирать стол.

— Кто? Кто принес ее сюда?

— Не знаю, — извиняющимся тоном сказала она. — Прошу прощения. У него не было лица.

Беки больше не смотрела на тело — она уставилась на горничную.

— Мы уезжаем, — сказал я.

— Сам решай.

Кортни подняла руку.

— Ой, постойте, — пробормотала она. — Я должна отдать вам это. Извиняюсь. У меня иногда мысли скачут.