Земля будет вам прахом - Майкл Маршалл Смит

Он задумчиво покачал головой:

— Заказчик рвет и мечет. Он так просто это парню с рук не спустит.

— Он рвет и мечет на этой неделе. На следующей ему в голову придет что-нибудь другое, и он забудет об этой истории. Вы же знаете.

Здоровяк шмыгнул носом:

— А что, если парень вернется на побережье и начнет болтать, как всех облапошил?

— Не вернется и не начнет. Говнюка нужно как следует проучить, но это моя забота, а не ваша. Десять тысяч на руки, и теперь этот сукин сын должен их мне.

Тот, что поменьше, наконец убрал руку из-за спины и сложил обе на груди.

— Я подумаю, — важно проговорил он.

— Подумайте. Я уезжаю из города через час, — сказал я. — Позвоните мне, и мы решим с деньгами. Если не позвоните, я буду думать, что вы смирились с потерей. — Я продиктовал свой сотовый. — А теперь, ребята, вы должны уехать первыми.

— Если ты нас обманешь, мы придем за тобой, — пригрозил жилистый. — И будь уверен — мы сделаем это бесплатно.

— Ясно. Из чистого любопытства, — кивнул я. — Кто вас навел на меня?

— Полиция. — Парень улыбнулся. — Кто же еще?

Они сели в машину.

«Верно, — подумал я, — кто же еще».

По пути в мотель я сделал последнюю остановку — рядом с «Горным видом». Что удивительно, было открыто, и я вошел внутрь.

За стойкой молодой бармен, которого я видел раньше, надраивал столешницу. На нем была белая обтягивающая футболка, и он тайно наслаждался тем, как поигрывают у него мускулы. Я спросил его, работает ли Кристина, — он отрицательно покачал головой.

— Должна. Но еще не появилась.

— А вы мне ее телефон не дадите?

Он посмотрел на меня, подняв брови, и по коже вокруг глаз я понял, что он старше, чем кажется.

— Уже бегу.

Я нашел клочок бумаги, написал свое имя и номер телефона, потом сложил и протянул ему.

— Тогда отдайте это ей.

— Простите, сэр, но вы не…

Я подошел вплотную к стойке и улыбнулся:

— Слушай сюда, спортсмен. Я не очень хорошо знаю Кристину, но подозреваю, что если бы она хотела с тобой встречаться, то уже встречалась бы. И еще я думаю, что, если бы дело дошло до драки, она бы надавала тебе пинков по заднице. И я надавал бы, если что.

Он, моргая, уставился на меня.

— Так, может, ты наконец ответишь на мой вопрос однозначно? Ты передашь записку или нет?

— Передам.

— Хороший мальчик. И еще кое-что. Вчера утром, когда напротив случилось это несчастье, тут сидел один тип. Лет пятидесяти с лишним. Потом вы вышли вместе.

Бармен осторожно кивнул.

— Он завсегдатай?

— Прежде не видел его здесь.

— Он тут ни с кем не разговаривал?

— В баре — нет. — Он помедлил. — Но я заметил его на другом конце улицы минут за пятнадцать до того. Он разговаривал с Джесси.

— Ты уверен, что именно с ней?

— Ну, у нее ведь были голубые волосы?

— И как разговор, дружеский?

— Не разглядел, не могу сказать. За следующие полчаса мужик выпил два больших «Бушмилса».[9]

— Ты говорил об этом полиции?

Парень пожал плечами, и я понял, что он, возможно, и не такой плохой бармен.

— Не забудь передать записку, — сказал я.

Я вернулся в машину и минут пять наблюдал, как двое рабочих меняют стекло у «Сестер Райт». К ланчу кофейня снова откроется, но пятно крови на тротуаре никуда не делось даже после нескольких чисток. В конечном счете оно исчезнет, впитается в камень тротуара, а потом — в землю под ним, и жизнь в Блэк-Ридже будет продолжаться как прежде.

Я подумал, что большинство заведений после подобного происшествия закрылось бы на несколько дней. Что большинство городков как-то изменилось бы. А вот Блэк-Ридж каким был, таким и остался. Не знаю, почему меня это задело, но я ничего не мог поделать.

Я тронулся с места и посмотрел в зеркало заднего вида — убедиться, что за мной не едет большой черный внедорожник.

Я заехал на парковку банка, где раздражительный торговец продавал кофе из фургона. Машину я поставил позади большого белого пикапа и остальной путь проделал пешком. Парковка мотеля была пустой, и хозяйки в конторе я не нашел, правда, наличие похожей на брошенный корабль тележки горничной перед дверью двенадцатого номера говорило, что, возможно, расплатиться я могу с ней, хотя операция такого рода потребует от нее немалых усилий.

Я постучал в дверь 10-го номера. Несколько секунд ничего не было слышно, потом дверь распахнулась.

— Беки, — сказал я, — ты должна…

Я увидел разбитую дверь ванной у нее за спиной и ринулся туда.

— О, черт. Когда это случилось?

— Полчаса назад. Он часа два стучал, говорил, что с ним все в порядке и он просто хочет поесть. Я не знала, что делать, но подумала, что ты, наверное, посоветовал бы держать его там, пока он не успокоится.

— Да, посоветовал бы.

— Но он вышиб эту долбаную дверь. Я и представить не могла, что он на такое способен. А его только одно колышет: «Где твоя сраная машина?» Мне-то ясно, что ему нужно, но я даже не знаю, где машина, и…

Я понял, что она кривится на один бок и прижимает руку к ребрам.

— Он что — ударил тебя?

— Нет-нет. Он просто… это случайность.

— Вранье.

— Правда. Мы кричали друг на друга, толкались… Джон, он стал совсем другим. Я серьезно. Ему за последние дни досталось, конечно, но его словно подменили. Он выскочил из ванной ну чисто одержимый.

— Ты не догадываешься, где он может быть?

Она нервно рассмеялась:

— Я в тот момент лежала на полу, а он был не в настроении обсуждать свои планы. Просто взял да ушел. Наверное, сейчас носится по городу, как пес, в поисках машины и своей сраной дури.

— Так, — сказал я. — Это плохо. Я видел тех ребят, что вас ищут.

— Нет, — взмолилась она. — Пожалуйста, только не это. Неужели они здесь?

— Я вроде заинтересовал их, и они согласились на сделку, но если они увидят Кайла на улице, их жизнь станет много проще и они вернутся к первоначальному плану. Ты должна оставаться здесь.

— В жопу, — отрезала она. — Я не…

— Хочешь второй раз наступить на одни и те же грабли? Мне нужно найти Кайла и либо оглушить его, либо дать ему этой дряни, чтобы усадить в машину. Потом я заплачу ребятам, которые его ищут, и мы сматываемся.