Раскаты грома - Уилбур Смит

Наступило затишье. Шон и Сол сидели рядом, прислонившись к берегу. И хотя почти не разговаривали, прежнее ощущение товарищества вернулось.

Воздух над их головами разорвал грохот первого снаряда, и все, кроме Шона, невольно пригнулись. На противоположном берегу поднялся высокий коричнево-желтый столб. Солдаты в линии оцепенели.

– Боже! У них пушка!

– Закажи мне билет на следующий поезд, приятель!

– Парни, беспокоиться не о чем! – уверял Шон. – Досюда они не доберутся.

Следующий снаряд разорвался на краю обрыва, забросав их землей и камнями. Секунду все ошеломленно стояли, кашля в пороховом дыму, затем, как на соревнованиях могильщиков, бросились закапываться в береговой откос.

Поднятая ими над рекой пыль, должно быть, удивила бурских артиллеристов. Почти до следующего разрыва каждый солдат сумел выкопать небольшое углубление в земле и втиснуться в него.

Бурские артиллеристы оказались удивительно неумелыми. Два или три снаряда пролетели чересчур высоко и разорвались в открытом вельде. Следующий угодил на середину реки, подняв в воздух столб воды и пены. Сверху донеслись торжествующие крики, потом наступила долгая пауза. Должно быть, артиллеристы принимали поздравления. Потом яростная бомбардировка возобновилась, затем опять последовала долгая передышка.

Во время одного из таких перерывов Шон всмотрелся в отверстие в насыпи. Из дюжины мест наверху поднимался дым.

– Наверху кофейничают, Экклз.

– Судя по тому, как они себя ведут, можно опять ждать белого флага, и несколько их парней принесут нам кофе.

– Сомневаюсь, – улыбнулся Шон. – Но думаю, они, пожалуй, попробуют спуститься. – Шон достал часы. – Половина пятого. Два часа до захода солнца. Леруа должен что-то предпринять до наступления темноты.

– Если они придут, то сзади, – жизнерадостно объявил Сол и показал на склон, угрожавший их тылу. – Чтобы отбить нападение оттуда, нам придется перейти на противоположный берег и открыть спины стрелкам наверху.

Шон с минуту обдумывал эту проблему.

– Дым! Вот что нужно!

– Прошу прощения, сэр?

– Экклз, пусть люди выкладывают каменные гнезда для огня вдоль всего берега и собирают траву и ветки, – приказал Шон. – Если буры нагрянут с тыла, защитимся дымовой завесой.

За пятнадцать минут лихорадочной деятельности работа была завершена. Через каждые десять шагов вдоль всего берега сложили каменные груды с плоской верхушкой, поднимающиеся над уровнем воды. На каждую нагромоздили гору травы и ветвей дикого болиголова, нависавшего над рекой.

Незадолго до заката, в час теней и обманчивого света, когда в холодный неподвижный воздух поднимается туман, Леруа бросил всадников в атаку на реку.

Шон услышал глухие частые удары копыт, сливавшиеся в низкий гул, словно вдалеке прошел поезд, и вскочил на ноги.

– Идут! – крикнул кто-то. – Ублюдки заходят с тыла!

Низкое солнце за спиной отбрасывало им под ноги длинные уродливые тени – всадники длинной цепью спускались с запада.

– Зажечь огни! – закричал Шон.

Всадники лежали на спинах лошадей; пятьсот человек скакали галопом, стреляя на ходу.

– «Максим»! – закричал Шон. – Переправляйте «максим»!

Расчет сволок тяжелый неповоротливый пулемет с платформы и потащил вброд через ручей. Над каждой грудой камней поднялся и начал расплываться столб голубого дыма. Люди, кашляя и бранясь, занимали новые позиции. С вершины поверхность реки дырявил прикрывающий огонь из винтовок Маузера, пули сыпались градом.

– Стрелять без команды! – кричал Шон. – Бейте по мерзавцам! Не жалейте патронов!