Хроники неприкаянных душ - Глен Купер

— Да, — уныло отозвался тот. — Тот еще прикол.

Кеньон прочел конец послания Феликса негромким хриплым голосом, и друзья надолго замолкли. Тишину нарушал лишь монотонный скрип «дворников». Снова пошел дождь.

— Finis Dierum, — прошептал Кеньон.

— Вот чего я всегда боялся, — подал голос Спенс. — Худшего варианта сценария.

— Но это же недостоверно, — пробормотал Кеньон.

— Достоверно то, что я умру через три дня, — усмехнулся Спенс.

— Нет, старина, объяснить коллективное самоубийство писцов можно по-разному. Мы же не знаем их физиологии. А если это приступ какого-то помешательства? Ведь они не были обычными людьми.

— А вдруг они дошли до конца? Такое тоже возможно?

— Да, успокойся.

— Неужели мы будем продолжать пререкаться все оставшиеся дни?

— Сверните здесь, — попросил Уилл.

Он устал от старых ворчунов, его тошнило от библиотеки и всего, что с ней связано. Не надо было в это влезать. Ему хотелось выйти из машины и забыть о конце света и остальном. Он мечтал увидеть жену и сына.

Спенс подъехал к управлению ФБР.

— Все, ребята, — сказал Уилл. — Думаю, этот фургон я все же заработал.

— Документы на владение и ключи вам пришлют, — произнес Спенс. — И сообщат, где вы можете забрать его.

— Спасибо.

Но дверь фургона была по-прежнему закрыта. Спенс тяжело вздохнул.

— Как насчет базы данных? Я намерен перед смертью узнать, доживут ли мои родные до двадцать седьмого года.

— Не желаю об этом говорить! — крикнул Уилл. — Хватит. Из-за вас я по уши вляпался в дерьмо и понятия не имею, как из него вылезать. Да ладно бы я. Ваши «наблюдатели» не пощадят ни мою жену, ни ребенка. Они только что хладнокровно расправились с ни в чем не повинными девушкой и стариком. Это те же наемные убийцы, лишь прикрываются высшими интересами.

Спенс попытался схватить его руку, но Уилл отпрянул.

— Откройте дверь!

Спенс повернулся к Кеньону с умоляющим видом.

— Уилл, какое-то предложение с нашей стороны может заставить вас передумать? — осторожно спросил Кеньон.

— Нет.

— Тогда возьмите хотя бы это. У нас есть такие же. — Он протянул Уиллу пластиковую сумку. — И позвоните, если что-нибудь решите. Оплаченного времени для разговора хватит с избытком. А мы вылетаем обратно в Лас-Вегас. Я найду кого-то пригнать фургон.

Уилл заглянул в сумку. Там лежало шесть мобильных телефонов. Понятно. «Наблюдатели» прослушивали и записывали все, что хотели. В подобной обстановке единственным безопасным средством связи мог быть мобильник с неизвестным им номером. Смотреть на эти телефоны ему было противно, но, вылезая из фургона, он взял сумку и пошел вперед, не оглядываясь.

Охранник за стойкой в вестибюле узнал Уилла.

— Как дела, старина? Как живется на пенсии?

— Жизнь идет, — ответил Уилл. — Хочу войти, сделать сюрприз жене. Можно?

— Извини, старина, но ты же знаешь порядки. Надо выписать пропуск, как положено. Тут ведь ничего не изменилось.

— Понимаю. Тогда позвони ей и сообщи, что я внизу.

Нэнси выскочила из лифта и бросилась ему на шею. Когда Уилл выпрямился, ее ноги оторвались от пола. В вестибюле было полно людей, но они их не замечали.

— Я скучала, — прошептала Нэнси.

— Я тоже. Извини.

— Главное, что ты вернулся и все закончилось.

Он разжал объятия. Поднимая голову, Нэнси уже знала: что-то произошло.

— Мне очень неприятно тебе это говорить, Нэнси, — печально произнес Уилл. — Но ничего не закончилось.