Молчи! - Кейт Уайт

Лейк легла спать, предварительно придвинув столик к входной двери. Всю ночь Смоуки ходил по кровати, словно чуял, как она напряжена. В последний раз она взглянула на часы, как она помнила, в 02:27.

Летнее солнце разбудило ее сразу после шести. Какие-то мгновения Лейк наслаждалась его теплыми лунами, а потом вдруг словно ощутила резкий толчок — надо было возвращаться к действительности. Она села, прислонившись к спинке кровати, и запустила руки в волосы. Ей не хотелось будить Алексис — она понимала, что та может бросить трубку, — но нельзя также упустить ее — вдруг ей надо на работу. Лейк решила позвонить чуть раньше восьми. А до тех пор она будет заниматься презентацией.

Одевшись и сварив кофе, Лейк открыла ноутбук. Выступления перед клиентами она любила меньше всего и поначалу боялась их. Иногда она чувствовала себя такой незащищенной, что ей даже казалось, будто след родимого пятна темнел и пульсировал, когда она говорила. Но Лейк поработала с преподавателем ораторского искусства и научилась чувствовать себя более или менее уверенно перед аудиторией.

Она стала проговаривать вслух презентацию, то и дело запинаясь. В клинике будет еще хуже, она это знала. Левин был давно холоден с ней, а Брай могла доложить ему о ее появлении в архиве, что лишь ухудшало положение. Кроме того, убийца, вполне возможно, будет сидеть за столом во время презентации.

Без двадцати восемь, не в силах больше ждать, она позвонила Алексис. Послышался тот же резкий несчастный голос. На заднем плане звучал мужской голос — работал телевизор или радио.

— Алексис, это Лейк Уоррен. Мы с вами виделись…

— Я помню.

— Конечно. Я…

— Что вам надо?

— Вы сказали, что не хотите делиться со мной информацией, потому что не знаете, какие у меня цели. Я действительно была недостаточно внятной. Видите ли, я в самом деле работаю в клинике консультантом. Я боялась сказать вам об этом, потому что действую вразрез с ее интересами.

— И что с того? Не понимаю, зачем вы признаетесь в этом сейчас.

— Я хочу получить шанс поговорить с вами еще раз, — ответила Лейк. — Меня очень беспокоит, что там может происходить нечто нехорошее. Если вы скажете мне, где искать, я буду в состоянии обнаружить некоторые улики.

Повисла длинная пауза. Если бы Лейк не слышала звук на втором плане, то решила бы, что Алексис повесила трубку.

— Вы действительно работаете там? В Клинике по лечению бесплодия на Парк-авеню? — наконец спросила Алексис.

— Да. Простите, мне прежде не хотелось говорить вам об этом.

— Хорошо. Я встречусь с вами. Когда?

— Чем скорее, тем лучше. Я завершаю работу там, а чтобы раздобыть доказательства, мне надо действовать немедленно.

— Хорошо, приезжайте прямо сейчас.

Спустя десять минут Лейк уже сидела в такси. Она понимала, что с Алексис надо держаться очень аккуратно, не набрасываться на нее. Она не могла остаться с пустыми руками и на этот раз.

Алексис была в другом платье, розово-коричневом. Все в ее квартире выглядело точно так же, как и два дня назад, словно это была бессменная экспозиция в музее.

— Итак, вы работаете в клинике… — холодно произнесла Алексис, когда они уселись в гостиной. — Какую интересную деталь вы упустили в нашем прошлом разговоре.

— Простите меня. Как сказала, я боюсь неприятностей… до тех пор пока не смогу доказать все.

— Ну как там бизнес, процветает? — с сарказмом спросила Алексис. — Я читала на днях, что средний возраст вступающих в брак женщин увеличивается. Такого рода новости должны радовать Левина и Шермана.

— Они действительно хотят укрепить свой бизнес, и потому наняли меня. Я консультант по маркетингу.

— Маркетингу? Значит, вы не работаете в лаборатории или каком-то другом отделении клиники? У вас есть хоть какие-то познания в области медицины?

— Нет. У меня есть другие клиенты в области здравоохранения, но…

— Черт! — Алексис потрясла головой, склонившись влево, словно стряхивая капли с мокрых волос. — Мне нужен кто-то из лаборатории.

— Почему? — удивилась Лейк. — Вы считаете, что проблемы связаны с ней?

— Послушайте, я действительно не вижу, как вы можете помочь мне, — отрывисто сказала Алексис.

Беспокойство Лейк росло. Она не могла идти вперед, не сказав правды.

— Пожалуйста, дайте мне попробовать, — взмолилась она. — Вы можете сказать мне, на что стоит обратить внимание. Если там происходит что-то незаконное, я помогу вам обнародовать это.

— Незаконное? — переспросила Алексис. Она снова заговорила с явным раздражением: — Извините, мои глаза готовы вылезти из орбит, но, учитывая то, что там сделали со мной, слова просто сотрясание воздуха.

— Что вы имеете в виду? Что они такого сделали?

— Они украли моего ребенка.

Лейк мысленно повторила ее слова, пытаясь понять, что они означали.

— Вашего ребенка? Но я думала, вы не можете забеременеть.

— Мои клетки были оплодотворены в чашке Петри.[6]И когда мне отказали в доступе к моим эмбрионам, я поняла, что их отдали кому-то еще.

Лейк непроизвольно прикрыла рот рукой.

— Боже! Как… как вы это выяснили?

— Я видела ребенка собственными глазами.

— В клинике?

— Нет. В магазине на Медисон-авеню. Я зашла в маленький гастроном купить сандвич. Там стоят столики, за которыми можно пообедать. А потом эта женщина — ее зовут Мелани — вошла туда с коляской. Ее ребенок был вылитой Шарлоттой.

«Началось, — подумала Лейк. — Действительно, эти женщины иногда теряют разум».

Алексис зло улыбнулась:

— Вы мне не верите, правда?

— Нет, дело не в этом, — ответила Лейк. — Я просто пытаюсь переварить ваши слова.

Тут Алексис встала, и какую-то долю секунды Лейк думала, будто она хочет подойти к дивану и ударить ее. Но она быстро вышла из комнаты, оставив Лейк в одиночестве. Когда немного времени спустя Алексис вернулась, в ее невероятно тонких пальцах был зажат клочок бумаги. По пути она прихватила фотографию Шарлотты в серебряной рамке.

— Вот, — сказала она, протягивая обе вещи Лейк. Лейк увидела, что бумажка — это слегка расплывчатая фотография ребенка в коляске, сделанная, возможно, с помощью мобильника. Оба ребенка были поразительно похожи.

— Они… близнецы? — спросила Лейк, и ее голос дрогнул.

— Интересно, не правда ли? — Алексис ухмыльнулась. — Считается, нельзя родить однояйцевых близнецов в результате искусственного оплодотворения. Однако мы с Брайаном похожи, и брат или сестра Шарлотты выглядели бы совсем как она. Подумайте о близнецах Олсон. Они разнояйцевые, и все же их с трудом различают.