Там, где меня нет - Александр Варенников

Евтушенко сплюнул. Проводил взглядом чайку, которая будто нагло подслушивала разговор, пролетая так близко, что можно было разглядеть ее мелкие глазки.

— Это ведь было уже после того, как мы Прохора Кондрашова накрыли, — сказал Даниил.

— Да. Эта история с Прохором с самого начала казалась мне липой, но я должен был убедиться, что иду по верному следу. Тебе я решил ничего не рассказывать до поры до времени, но…

— Что тебе помешало?

— Один неприятный разговор. С Першиным.

Даниил помотал головой.

— Но давай все по порядку, — сказал Евтушенко. — Я отправился в Магадан, чтобы поговорить с Пивоваровым. Он как раз вернулся с вахты, а мне проще было прижать его на нейтральной территории. В общем, на поверку он оказался настоящим куском дерьма. Раскололся быстро. Рассказал мне об отношениях между Черепановым и Тищенко. У них все завязалось в начале мая прошлого года, во время предыдущей вахты. Встречались они тайно, ведь на месторождении с этими делами так же строго, как и с выпивкой. Но Пивоваров, сука, знал. Черепанов ему сам открылся.

— Так почему он нам об этом не рассказал?

— Потому что его вежливо попросили. В обмен на то, что за ним остается рабочее место и приличная надбавка.

Даниил нахмурился.

— Но… кому это нужно?

— Стивенсону. И этой мужиковатой Виктории, начальнице отдела кадров, — Евтушенко посмотрел на Даниила. Приблизился к нему. — Послушай. Там случилось что-то. Я почти уверен в этом. Пивоваров ничего не знает. Если бы знал, то раскололся. Я-то постарался, можешь не сомневаться.

— Не сомневаюсь. Ты считаешь, что Тищенко и Черепанов что-то узнали?

— Или что-то сделали. В любом случае, от всего этого дерьмом разит за километр. Я уверен, что на месторождении специально все выставили так, будто Тищенко погибла в результате несчастного случая.

— Если они убрали ее, то почему дали Черепанову уехать?

— Я думал об этом, но не смог найти толкового объяснения. Скорее всего, Стивенсон просто не знал об отношениях между Тищенко и Черепановым. Повторюсь, они встречались тайно. Ну а потом кто-то пронюхал. Или нет. Но как они нашли Черепанова? Что он делал в городе? С этой стороны у меня никаких наработок нет…

«Зато у меня есть», — подумал Даниил, но развивать тему не стал.

— Что за разговор с Першиным? — спросил он.

— Это случилось после того, как я вернулся из Магадана. Подполковник позвал меня к себе в кабинет и простым, но очень понятным языком объяснил, почему не стоит продолжать заниматься этим делом. Сказал, что есть мотивы, мол, бытовая разборка на почве ревности. Кондрашов убил, и все тут. И все этой версией довольны. В том числе и глава администрации. Еще добавил, что если я специально буду показатели раскрываемости портить, то могу на пенсию идти уже сейчас. Вот и все.

Евтушенко закурил.

— Может, действительно стоит поверить в то, что во всем виноват Прохор Кондрашов? Как думаешь, Дань? А я вот думаю, что если во всем этом замешаны и Гурин, и Стивенсон, и еще наш «дорогой» Евгений Дмитриевич, то двигаться попросту некуда. Сожрут с дерьмом. И не подавятся. А я еще стаж наработать хочу, пенсию побольше. Семья у меня, в конце концов. Да и тебе в этом городе жить. Не забывай об этом. Подумай о жене хотя бы.

— Между Стивенсоном и Гуриным явная вражда, — призадумавшись, сказал Даниил. — Я общался с журналистом, Иваном Тынэвири. Судя по всему, на него попеременно давили и Гурин, и Стивенсон. Что-то они все никак не могут поделить.

Он замолчал. Потер переносицу.

— Кто сейчас владеет морским портом?

— Дань, ты меня не слышишь, — спокойно сказал Евтушенко.

— Я тебя прекрасно слышу, Пал Палыч.

«Да что я все уговариваю этого старого козла?! — взорвался внутри себя Даниил. — Может, сказать ему, что его племянник, совсем еще пацан, больше разузнал, чем он сам? Тоже мне, комиссар Каттани! Так ведь обещал этому Юрке, что не буду о нем упоминать. Как же ты легко разбрасываешься обещаниями, Даниил Сергеевич! А потом жалеешь об этом. Не пора ли начать учиться на собственных ошибках?»

— У меня ведь тоже кое-что имеется, — пораздумав, сказал Даниил. — Я тут пообщался с Чижиком. И почти уверен, что это никак не дело рук местных бандитов. А еще я узнал, что тот парень, который разбился на мопеде, тоже с этой историей как-то связан.

— Максим Бугаев? Но откуда ты узнал?

— Свои методы, — сухо ответил Даниил.

К чайке присоединилась другая, и теперь они обе кружили над озером. Усилился ветер, и рябью покрылась водная гладь.

— Итак, что у нас получается? — начал Евтушенко и сжал руку в кулак. — Возможно, что смерть Тищенко не была случайностью. Раз, — он оттопырил большой палец. — Возможный конфликт между Стивенсоном и Гуриным. Два, — в ход пошел указательный палец. — Малец и, стало быть, бандиты тоже с этим делом связаны. Но Черепанова не убивали. Это три. И еще если учесть, что Кондрашов работал на месторождении, можно допустить, что и он был знаком с Тищенко. Четыре.

Майор покачал головой.

— Я ни черта не понимаю, Дань. И не хочу понимать.

— Вот только не обманывайся, — махнул рукой Даниил. — Мы можем попробовать разобраться в этом деле по-тихому.

— Здесь такое не прокатит. Оглянись вокруг. Этот город находится посреди пустоты. Тут все взаимосвязано. И каждый может оказаться под подозрением.

— Мне казалось, что это как раз твой метод. Твоя логика. Каждый может быть подозреваемым, так? Остается только отсекать, обращать внимание на нестыковки. Доказательство от противного. Или я что-то путаю?

Майор усмехнулся. Докурил сигарету и щелчком пальца отправил ее дотлевать среди камней.

— Тогда давай предположим, что Черепанова все-таки заказал Гурин, — сказал он. — Что у нас есть? Что можем отбросить? Явные мотивы отсутствуют. Но… есть, предположительно, заинтересованность Гурина в том, чтобы дело не двигалось дальше. Еще есть показания уже мертвой свидетельницы и пьяного бомжа. Ты ведь помнишь про «горящую» машину?

— Да. Стоит еще разок потрясти того водителя. Тогда мы были слишком увлечены версией Кондрашова. И, кстати, рыбацкий домик Гурина…

— Да не. Просто совпадение, — махнул рукой Евтушенко.

— Возможно.

— Давай предположим, что Стивенсон и компания заказали Черепанова. Есть темная история с Тищенко, которая была любовницей убитого. Ну не могла она так оплошать и забыть на ручник машину поставить! Взрывник — человек строгих правил, и техника безопасности — это как раз об этом.

Даниил кивнул.

— Есть скорое увольнение Черепанова. Считай, его бегство, — продолжил Евтушенко. — Это все догадки. Может, и неверные. Каким-то невероятным образом он возвращается в город через полгода и… умирает насильственной смертью. Стивенсон провез его сюда? Чтобы здесь и прикончить? Совсем не сходится.