Черный вечер - Лоренсо Сильва

Да он и банку с пивом держит как Джеймс Дикон!

* * *

Имя Джеймса Дикона знакомо всем любителям кино. Родился он, кажется, в Оклахоме, а лет в десять угнал машину и попал в школу для малолетних правонарушителей. Неизвестно, что бы получилось из маленького воришки, если бы не учитель литературы, чуть ли ни за руку приведший его в школьный театр. Так и не закончив школу, Дикон на первые же заработанные деньги уехал в Нью-Йорк и буквально жил на пороге дома Ли Страсберга, пока тот не согласился принять его в студию. В свое время через актерскую школу Страсберга прошли Брандо, Ньюман, Клифт, Газзара, Маккуин. Но ни один из них не мог сравниться с Диконом. Эпизодическая роль на Бродвее, затем массовка, затем пробы... Остальное, как говорится, — достояние истории: младший брат в «Блудном сыне», малолетний преступник в «Бунте на Тридцать седьмой», буровик-нефтяник в «Праве по рождению». На эту роль пробовались многие звезды, но Дикон обошел всех. В нем было что-то особенное: во-первых, бьющая через край энергия, которой заражались даже зрители, плюс почти магическая способность перевоплощаться: Дикон не играл роль, он ею жил.

А еще он был очень киногеничным. Многие люди в реальной жизни гораздо красивее, чем перед камерой, однако бывает и наоборот. Наверное, все дело в том, как трехмерное лицо превращается в плоское изображение на экране: заметное нивелируется, приглушенное выходит на первый план. Заранее определить, любит тебя камера или нет, невозможно. Дикона она обожала.

Как ни странно, он и в жизни был настоящим красавцем. Человек-легенда, по крайней мере, так говорят. Лично я никогда с ним не встречался. Когда взошла его звезда, я еще пешком под стол ходил, но в Голливуде и сейчас утверждают, что актер, по таланту равный Дикону, с тех пор не родился.

Три фильма с его участием должны были выйти на экран, когда случилось непоправимое. Дикон обожал гоночные машины, просто болел ими. Когда на одной из трасс в Калифорнии его «Корвет» врезался в пикап, тело превратилось в кровавое месиво. Существует легенда, что он не умер, а обгорел до неузнаваемости и сейчас живет под чужим именем. Нет, не верю! Этот человек жил и умер ярко, как падающая звезда, озаряющая небо своим светом. Удивительнее всего, что фильмы с участием Дикона вышли после его смерти, поэтому он так и не вкусил славы.

Может, мне тоже удастся зажечь маленькую звездочку?

* * *

— Уэс дома?

Адрес мне дали в гильдии молодых актеров. Порой тамошние менеджеры чересчур озабочены конфиденциальностью и предлагают связаться не с самим актером, а с агентом, но мне повезло.

Итак, мальчишка живет в каньоне на северо-востоке города. Асфальтовая дорожка привела к дому, у которого стояло как минимум пять машин, старых и неухоженных, и мотоцикл с коляской. По сравнению с этими драндулетами мой «Порше» выглядел чуть ли не космическим кораблем.

На террасе сидели два парня и девушка. На коротко стриженной девице сандалии, шорты цвета хаки и... все. Груди золотисто-коричневые, значит, мы любим загорать топлес.

Детишки смотрят куда-то вдаль, зрачки расширены. Да, не повезло, придется повторить вопрос...

— Уэс? — опередила меня девица. — Он там, за домом...

Язык чуть ворочается. Ага, все понятно.

— Спасибо большое! — вежливо поблагодарил я и, убедившись, что ключи от машины на месте, побрел по песку к противоположной стороне дома.

Так, с этой стороны тоже есть терраса. Надо же, кого я вижу, мистер Крейн собственной персоной! Облокотившись на перила, задумчиво смотрит на холмы.

Да, в жизни он еще больше похож на Джеймса! На вид года двадцать два; примерно столько же было Дикону, когда он снялся в своем первом фильме. Сухой, поджарый, как гончая, а лицо точно талантливым резцом высечено. В глазах боль, как у брошенного ребенка. Невысокий, но от худобы и неуемной, бьющей через край энергии мальчишка кажется выше среднего роста. Он даже одет на манер Дикона: тертые джинсы, сапоги, джинсовая рубашка с завернутыми рукавами и ковбойская шляпа.

Актеры обожают позировать. Наверное, и в уборной представляют, что их снимает скрытая камера! Надо отдать должное: Уэсу поза удалась.

Впрочем, он, похоже, и не думал собой любоваться. А одежда? Интересно, парень специально ее выбирал, чтобы еще больше походить на Джеймса Дикона? Не знаю, создается впечатление, что ему просто очень удобно и в голубых джинсах с рубашкой, и у старых, потрескавшихся на солнце перил.

Для актера главное — естественность, а тут ее сколько угодно.

— Уэс Крейн?

Обернувшись, парень оглядел меня с ног доголовы:

— Вроде да.

У него легкий провинциальный акцент. Так же, как у Дикона.

— Я Дэвид Слоун.

Крейн кивнул.

— Вам знакомо мое имя?

— Где-то слышал, — равнодушно пожал плечами парень.

— Это я написал сценарий к «Нарушенному обещанию», в котором вы только что снялись.

— Да, точно, видел ваше имя в сценарии!

— Хочу с вами поговорить.

— О чем?

— О новом сценарии. — Я протянул рукопись. — Здесь есть роль, которая могла бы вас заинтересовать.

— Так, значит, вы продюсер?

Я покачал головой.

— Тогда зачем пришли? Допустим, роль мне понравится, что дальше?

Брр, как бы ему объяснить?

— Ну, просто надоело плясать под чужую дудку. Вам это, естественно, неинтересно...

— Да ладно, брат, валяй! — Крейн поднял банку с пивом, словно объявляя тост.

— Сегодня утром мы просматривали отснятое, и я обратил внимание на вас. Вы здорово играли, очень здорово и, думаю, просто идеально подойдете для главной роли в моей пьесе. Прочтите ее. Если понравится, я пойду на киностудию и предложу себя в качестве режиссера, а вас — как исполнителя главной роли. Если утвердят, то обоих вместе, другого варианта не будет.

— Думаете, киностудия согласится?

— Моей жене кажется, что да...

Парень засмеялся:

— Со вчерашнего дня я без работы, так что рад любым предложениям. Какая разница, кто режиссер? Да хоть и ты, брат, мне плевать!

Ничего себе заявление!

Крейн открыл еще одну банку пива.

— Слушай, мне тоже надоело плясать под чужую дудку. — Голубые глаза лукаво блеснули. — В конце концов, чем я рискую? Давай сюда свой сценарий или пьесу, мне все равно!

* * *

На титульном листе я оставил свой номер, и Крейн позвонил уже на следующий вечер.

— Слушай, это твой сценарий? Повторю то, что ты вчера сказал обо мне: здорово, очень здорово.

— Ну, там еще есть над чем работать...

— Только в месте, где погибает лучший друг того парня. По-моему, главный герой — тип довольно замкнутый, не стал бы он рыдать и вешаться всем на шею со своими страданиями. Достаточно будет показать крупным планом его глаза. Парень смотрит на тело товарища, берет автомат и прямиком на дворец! Зрителям понравится: сразу поймут, что он задумал, и будут считать себя страшно умными.