Люди Домино - Джонатан Барнс

Двумя быстрыми хирургическими движениями глава Британской империи полоснула по рукам мальчика. Брызнула кровь.

— Подойди ко мне, мальчик, — сказала королева, бросая нож, хватая мальчика за запястья и с силой сжимая их. — Ну, теки же, — прошипела она. — Теки!

Уже потом, собрав всю свою логику и здравый смысл, которые покинули его перед лицом ужаса, происходившего в бальном зале, Артур понял, что такое интенсивное сжатие запястий мальчика должно было привести к остановке кровотечения. Не усилить его, а напротив — прекратить. Оно явно не должно было вызвать те фонтаны, что он видел, эти ужасные гейзеры сверкающего алого цвета.

К королеве подбежал Дедлок.

— Это чудовищно, ваше величество! — Он попытался вырвать ребенка из ее рук, но против всякой логики хватка женщины оказалась достаточно крепкой.

Холворм, Квилинан и Килбрет молча взирали на происходящее, изредка обмениваясь взволнованными взглядами. В данном случае они ограничились ролью наблюдателей.

— Молчать! — прокричала королева. — Вы все сегодня стали сообщниками.

Лицо Дедлока покраснело от бешенства.

— Я не допущу этого зверства.

Мальчик рухнул на пол, вокруг него образовалась алая лужица.

— Что вы сделали? — сказал Дедлок. — Во что превратились?

Королева, казалось, никак не прореагировала на его слова — она была возбуждена, вся пылала страстью.

— Тихо, — сказала она, и голос ее задрожал от нетерпения. — Он здесь.

Мальчик сел прямо в растекающейся луже крови, словно чертик из коробки в человеческом обличье. Шевельнувшись, он издал звук. Они все слышали его — тяжелый, телесный, трескучий звук вроде того, что слышишь, когда отрывают голову креветке.

Он улыбнулся.

— Доброе утро, — сказал он, хотя его голос ничуть не был похож на голос ребенка. — Приветствую всех вас.

Левая рука королевы повисла около ее губ — движение девичьего изумления.

— Левиафан?

Губы мальчика судорожно открылись.

— Я здесь, ваше величество.

— Значит, все это было правдой?

— Все правда. Абсолютная правда.

Дедлок подошел к мальчику.

— Левиафан?

— Вы, видимо, мистер Дедлок, — сказал мальчик. — Сомневающийся. Циник. Дедлок — это не настоящее ваше имя. Почему бы вам не назвать нам имя, с которым вы родились, сэр? Ведь в этом нет ничего постыдного?

— Что вы такое? — спросил Дедлок.

— Существо более высокого порядка, сэр. Я тот, кто ходит среди ангелов. Тот, кто слышит музыку сфер.

— Вы не принадлежите роду человеческому?

— Я существо из воздуха и звездного света, Дедлок. Я состою из облаков и лунных лучей.

— Чего вы хотите? Зачем вам нужен Лондон?

Мальчик повернулся к королеве.

— Сказать ему, ваше величество?

Она хихикнула.

— Превосходная фирма Холворма, Квилинана и Килбрета составила наш контракт.

Вперед выступил шотландец.

— Все честно и открыто, — пророкотал он, голос его был исполнен шотландской гордости за хорошо проработанный юридический документ.

— Мадам? — В голосе Дедлока слышалась почти нескрываемая ярость. — Неужели вы готовы отдать город на откуп этому чудовищу?

Мальчик рассмеялся, кровь и слизь у него в горле приглушали этот звук, словно он доносился из цистерны. Поднявшись на ноги, мальчик зашагал, стуча каблуками, к монархине.

У Дедлока был такой вид, будто его вот-вот вырвет.

— Величество!

Мальчик подошел к столу и положил руку на столешницу. Кровь образовала лужицу вокруг чернильницы, добралась до пресс-папье, алые капли потекли на ореховое дерево.

— Моя дорогая госпожа. Пожалуйста, подпишите контракт. Можете использовать мою кровь.

Королева достала ручку и обмакнула ее в лужицу крови перед ним.

— Вы так добры.

— Нет! — Дедлок находился так близко к королеве, что на какое-то мгновение показалось — вот сейчас он ударит ее.

— Левиафан хочет одного — направлять нас, — сказала королева. — Это просто его взнос.

Мальчик заерзал возле стола.

— Подписывайте, ваше величество.

— Мадам, — сказал Дедлок, — умоляю вас не подписывать этот документ. И я еще раз говорю вам: это существо совсем не то, за что себя выдает. Какому богу нужны подписи и контракты?

— Время уходит, — просительным голосом сказал мальчик. — Подпишите документ.

— Мадам!

Ребенок улыбнулся.

— Без моей помощи страна будет захвачена к концу века. Повсюду иностранцы! Дикари у ворот. Улицы залиты кровью невинных! Подписывайте, ваше величество! Подписывайте!

Дедлок готов был упасть на колени.

— Ваше величество, прошу вас. Зачем этому существу Лондон? Что оно будет делать с городом?

— Я уже приняла решение, мистер Дедлок, — сказала она.

Королева ко всему красному вокруг добавила свою кровавую подпись.

— Мадам! — Дедлок был в отчаянии. — Я не могу… я не стану… терпеть это.

Королевский гневный взгляд.

— У вас нет выбора.

— Напротив. Все свои силы я направлю на то, чтобы остановить вас. Я посвящу всю свою жизнь тому, чтобы воздать этому Левиафану должное. Все ресурсы моей организации я направлю против вашего Дома зла.

— Вы хотите объявить гражданскую войну? Войну между короной и государством?

— Я с прискорбием говорю это, мадам, но вы не оставили мне выбора.

Когда мистер Дедлок тяжелой поступью вышел из комнаты, обуянный праведным гневом и уверенный в своей правоте, мальчик ничком упал на залитый кровью липкий пол и последние признаки жизни покинули его.

Все закончилось. Стритер хлопнул в ладоши, в комнате стало светло, а очертания духов снова исчезли — растворилась в пылинках и солнечных лучах.

Артур — глаза у него заболели от света — наклонил голову и посмотрел на посланника матери. На лице у него застыло выражение жалостливого смятения.

— Это — правда? — спросил он.

Стритер усмехнулся.

— Все-все правда, шеф. Но вот что на самом деле интереснее всего: а что же дальше?

14

Когда на следующее утро я предстал перед мистером Дедлоком, он был совершенно не похож на себя — задумчивый, меланхоличный, погруженный в мрачную тоску.