Исчезающая лестница - Морин Джонсон

— Ну конечно, — ответила она.

Он отодвинул на пару дюймов стул, опустил голову и посмотрел в расположенную рядом приоткрытую дверь комнаты охранников.

— Джилл, — сказал он, — подмени меня на пару минут. Мне нужно спуститься в подвал.

— Ладно, — донесся изнутри голос.

Ларри сунул руку в ящичек стола и вытащил связку ключей.

— Пойдем, — сказал он и встал.

Стиви зашагала в ногу за его спиной.

— Дядя говорил мне: «Ты — горе, но просечь тебя я не могу», — сказала Стиви.

— Так оно и есть, — ответил на это Ларри.

— Студенткой Эллингэмской академии я стала лишь благодаря своей настойчивости.

— Угу.

В подвал Гранд-Хауса можно было попасть через кухню, куда, в свою очередь, вела деревянная дверь под парадной лестницей. За ней открывался пролет ступенек, спускавшихся в помещение, частично расположенное ниже уровня земли. Кухня представляла собой похожую на пещеру комнату с полом, выложенным черно-белым кафелем, и белыми стенами. Хотя старую утварь в ней давно заменили новой, там сохранилась атмосфера 1930-х годов: широкие деревянные столы, один из которых покрывала мраморная столешница, вероятно, для раскатывания теста для выпечки. Повсюду массивные кухонные шкафы и горки с поблекшими деревянными дверцами, слегка покоробившимися и скрипевшими от возраста.

Окна начинались на половине высоты стены, отчего в комнате было немного темнее. С потолка свисали большие круглые светильники. Хотя в воздухе стоял легкий аромат разогреваемых в микроволновке обедов для преподавательского состава и грязных чашек из-под кофе, в целом здесь еще не исчезло ощущение подлинности.

Стиви вполне могла представить, как здесь работали главная повариха и ее помощница.

— Сюда, — сказал Ларри и повел Стиви к неприметной белой двери в дальнем конце помещения, — гляди под ноги, а то тут ступени шатаются.

Здесь Гранд-Хаус казался более настоящим. Едва Стиви переступила порог, как на нее обрушился зловонный подвальный дух — едкий, кислый запашок, застрявший у нее в горле. Когда она ступила на разболтанные ступени, они буквально вскрикнули.

— Вы же все равно собирались мне показать? — спросила Стиви, пока они спускались. — Ведь собирались, правда?

— Если бы я даже тебя сюда не привел, ты все равно добилась бы своего, только как-нибудь иначе.

Стиви засияла от гордости.

— Здесь внизу настоящий лабиринт, так что держись ко мне ближе, — произнес Ларри.

Он повернул направо, и они тут же уткнулись в стену. Справа в ней красовался небольшой проем, а за ним — крохотное пространство площадью всего в несколько футов. За ней шла еще одна каморка, площадью футов десять, к которой со всех сторон примыкали другие комнатенки. В каждой царил мрак, который приходилось рассеивать небольшой, свисающей на проводе лампочкой.

Не так давно, незадолго до смерти Хейза, Стиви добрую неделю исследовала с Ларри тоннель. Поэтому в местечке, способном вызвать приступ клаустрофобии, ей бывать уже приходилось. Хотя этот подвал был больше, его случайным образом разбили на множество небольших клетушек, отгородив старыми кирпичными стенами и таким образом превратив в лабиринт.

— Что это? — спросила Стиви, когда они стали кружить по череде этих миниатюрных ниш.

— Альберт Эллингэм был человек с причудами, — сказал Ларри, — об этом всегда забывают. Да, с причудами. Они с друзьями играли здесь в игры, и некоторые из этих дверей…

В этот момент они и в самом деле подошли к двери. Когда он ее открыл, за ней обнаружилась кирпичная кладка.

— …представляют собой шутку. А чтобы никто не смог изучить его лабиринт, время от времени он приказывал сносить стены в одних местах и строить в других.

— Потрясающе! — воскликнула Стиви. — А почему об этом нет ни слова ни в одной книге?

— Потому что в этот подвал никого не пускают, — сказал Ларри. — Всех этих бессмысленных стен нет ни на одном плане. Они носят чисто косметический характер. Лично я бы их все снес и извлек из этой площади больше пользы.

Каморки ближе к середине подвала были заполнены больше — более крупными и тяжелыми предметами.

Объемистые ящики, старая утварь, груды стульев, старинная мебель. Мимо некоторых из них им приходилось буквально протискиваться. Кроме того, в полу виднелись тяжелые железные люки, и Стиви светила на них фонариком телефона.

— Что это? — спросила она.

— Старые кладовки. В них хранились припасы: яблоки, картофель, консервы. А внизу под нами располагались ледники. Зимой вырубали лед, сносили туда и перекладывали соломой. Ледники существовали до тех пор, пока их не заменили собой холодильники. Сейчас…

Они вышли в одно из самых просторных помещений подвала: футов двадцать длиной и десять — шириной. Оно тянулось до самого окна. Ларри вытащил из кармана телефон и включил фонарик.

— Сейчас, — повторил он, — мы стоим прямо под кабинетом Эллингэма. Эта стена, — он похлопал рукой по кирпичам справа от него, — несущая, и ломать ее нельзя. А вот здесь…

Он несколько мгновений шарил лучом по стене, потом протянул руку и нащупал что-то, располагавшееся за ней. Потом с силой нажал на какой-то кирпич, глухо щелкнула пружина. Он немного надавил на стену, и та поддалась, в действительности представляя собой дверь на петлях. За ней обнаружился узкий проем. Стиви тут же шагнула к нему, но Ларри загородил ей рукой дорогу.

— Можешь заглянуть внутрь, хотя смотреть там особо нечего.

Стиви вытянула шею и сунула голову в чернильно-черный провал. Там стоял настолько острый запах плесени и пыли, что она тут же чихнула. Потом достала телефон, посветила во мрак и едва различила проход самое большее в два фута шириной, в конце которого виднелись ступеньки.

— Это здесь выбралась Элли? — спросила она. — Воспользовавшись потайной дверцей в кабинете?

— Да, она выбралась здесь. Спустилась по лестнице и воспользовалась этим проходом. Вон там…

Он показал на окно. У стены валялось несколько ящиков.

— Тогда эти ящики стояли под самым окном. Само оно было приоткрыто.

Стиви немного постояла, глядя на крохотное окно, заляпанное старой грязью и все в паутине. Снаружи его закрывала решетка.

— Но как? — сказала она. — Откуда ей стало об этом известно?

— Этого я не знаю, — сказал Ларри, — в подвал приходило много людей, однако, по моим сведениям, никто даже понятия не имел об этом потайном ходе.

— Значит, она вылезла в окно, — произнесла Стиви, глядя наверх, — а как ей удалось пробраться через решетку?

— Решетки закрываются вон там, — сказал он, показывая на задвижку, — надо лишь ее отодвинуть, и тогда прутья можно поднять. Мы именно так об этом и узнали.