Атомный ангел - Питер Джеймс

Выключив фары, мы последовали за Уэлли. Теперь он ехал очень медленно, явно что-то высматривая в темноте. Слева, как мне показалось, я увидел проселок и свернул туда. Раздался треск дерева. Я выругался: в темноте, с выключенными фарами, я не заметил запертых ворот и врезался в них. Не заботясь о судьбе ворот, я выключил мотор, выпрыгнул из машины, достал из багажника свой «тревожный чемоданчик» и побежал по дороге следом за машиной Уэлли.

Повезло: на следующем повороте я увидел, как Уэлли затормозил и выглянул из правого окна с фонариком. Фонарик горел с полминуты, затем погас, а Уэлли свернул направо и поехал прямо через кусты. Я побежал за ним. За прогалом в кустах расстилалось широкое поле, а на краю поля стоял темный «Форд Капри», освещенный луной.

Я включил карандаш-приемник и быстро проговорил:

– «Дафна» устроила пикник. Ей понадобится лед.

Это означало, что надо перекрыть одноколейку с обеих сторон.

Уэлли ехал прямиком к «Капри». Я открыл чемоданчик, достал оттуда бинокль с функцией ночного видения и взглянул для начала на номера второй машины. Номера были не те, что в прошлый раз, но машина – в этом я почти не сомневался – та же самая. Я навел бинокль на водителя. На нем были огромные солнцезащитные очки, на лоб надвинута кепка, рот скрыт под густыми усами. Ничего не разглядишь. Как и следовало ожидать.

Я достал из чемоданчика и надел наушники. Тонкий проводок соединял их с телескопическим устройством вроде ствола ружья. Я поймал Уэлли в бинокль, затем навел на него свое устройство и нажал кнопку.

Уэлли извлек ключ из зажигания, вышел из машины, подошел к «Капри» и сел на пассажирское сиденье рядом с водителем.

Я направил «ружье» на ветровое стекло «Форда Капри» так, чтобы «прицел» оказался ровно посередине между головами пассажиров. В руках у меня была последняя разработка господ Траута и Трамбалла из «Игровой» – ответ британской разведки Александру Грэму Беллу, Оппенгеймеру, корпорации «Атари», Хиту Робинсону и прочим. Изобретательность Траута и Трамбалла не знала границ. Только за последний месяц они передали в наше распоряжение резиновый фикус с дистанционным управлением, способный вести огонь на расстоянии до пяти миль, яблоко, взрывающееся, если выдернуть из него черенок, и аэрозоль, который при взаимодействии с древесной корой (например, если брызнуть им на ствол дерева) превращается в тонкий слой вещества, отлично передающего радиоволны. Как видно, Траут и Трамбалл наконец вняли призывам модных экологов и обратились в своих разработках к матери-природе. Удивительно, сколько полезных изобретений рождают эти два рыхлых джентльмена, с виду похожих на продавцов пенсионного возраста.

То, что я держал в руках, было не совсем изобретением. Строго говоря, изобретают с нуля Траут и Трамбалл очень мало, зато им нет равных в приспособлении чужих изобретений к нуждам британской разведки. Мое устройство представляло собой лазерный микрофон, способный с величайшей ясностью и точностью улавливать разговоры на расстоянии до пяти миль. Аппарат считывал вибрации звуковых волн, отражающихся от твердых объектов, и снова преобразовывал их в звуки. Автомобильный триплекс – идеальный отражающий материал.

– Вы снова опоздали! Черт, я уже начал беспокоиться.

– Извините. С трудом выбрался из Лондона – такие пробки.

– В Лондоне каждый вечер пробки. Вы и в прошлый раз там застряли. Трудно было выехать заранее?

Голос второго мужчины показался мне знакомым. Где-то я его слышал, причем совсем недавно.

– Я не мог уйти с работы раньше обычного. Это было бы подозрительно.

– В прошлый раз вы опоздали на несколько часов. Сегодня я специально проехал сотню миль вам навстречу, но вы снова не появились вовремя!

– Простите. Я. я еще не привык.

– Если я отправлю это вашей жене, вам легче будет развить в себе пунктуальность?

Послышался шорох бумаги; оба посмотрели вниз, на что-то, что собеседник Уэлли держал у себя на коленях.

– Вы же говорили, что все негативы уничтожены!

– Неужели?.. Значит, соврал.

– В следующий раз я приеду вовремя. Всегда буду приезжать вовремя, клянусь вам!

– Приятно слышать. Впрочем, надеюсь, «следующих разов» будет не так уж много.

– Ох, хорошо бы! Долго я этого не выдержу.

– Уверены, что за вами не следили?

– Разумеется. Я ведь говорил, служба безопасности у нас в Управлении никуда не годится.

– Мы опасаемся утечки. В прошлый раз я об этом не рассказывал – не хотел вас пугать. Ливийцы обнаружили в тренировочном лагере, где мы проводили оперативные совещания, британского агента. Под пытками он признался, что заплатил своему другу-ливийцу, чтобы тот отправился в Лондон и сообщил обо всем его начальству. Ливийца мы выследили и заставили замолчать, но уже здесь, в Лондоне. Мы знаем, с кем он контактировал; не знаем лишь, много ли он успел рассказать. Ничего по-настоящему важного он сообщить не мог – конкретные детали в то время были еще не определены, однако Ваджара решил ликвидировать и того человека, с которым связался ливиец, – агента МИ-пять. Люди Ваджары сделали попытку – и вышла осечка. Вы, должно быть, читали в газетах на прошлой неделе о взрыве в такси?

Уэлли кивнул.

– Теперь, если у этого парня из МИ-пять есть хоть капля мозгов, он сумеет сложить два и два и увидит связь. Черт, всегда говорил, нечего связываться с ниггерами! Так что, мистер Уэлли, будьте осторожны и держите ушки на макушке.

– Хорошо, – похоронным голосом ответил тот.

– Провал может поставить под угрозу всю операцию. А нам нужен успех, мистер Уэлли. Очень нужен. И именно вы должны нам его обеспечить. Ясно?

Уэлли уныло кивнул.

– Надеюсь, вы понимаете: если операция провалится или ее придется отменить – по любой, абсолютно любой причине, – ваша жена неизбежно получит посылку.

– Понимаю.

– Я рад. Итак, у нас есть дата: четвертое января – при условии, что ветер будет западным. Если нет, значит, первый же день после четвертого января, когда будет дуть западный ветер.

– Я могу назначить мероприятие на конкретный день, но не знаю, как его потом отложить.

– Придумайте.

– И не знаю, будем ли мы готовы к четвертому января.

– Постарайтесь.

– Дайте мне время до середины следующей недели.

– До следующего вторника.

– Хорошо, – вздохнул Уэлли. – Как я вам сообщу, что всё в силе?

– Отправите в Оксфордский университет открытку с фотографией Вестминстерского аббатства. Записывайте: открытку отправите Бену Тзенонгу – по буквам: Б-Е-Н Т-З-Е-Н-О-Н-Г – в Баллиол-колледж, Оксфорд. В открытке напишете: «Ты был прав, Лондон великолепен. Скоро увидимся. Марша». Все записали?

– ^Да.