Сестры лжи - К. Л. Тейлор

– Извини, что я тоже тебя напугала, – заставляю я себя улыбнуться, вернувшись на кухню. – Сама до сих пор не могу отвыкнуть от городских привычек. В Лестере народ вот так запросто никогда не войдет…

– Так ты из Лестера? – У нее распахиваются глаза, и я даю себе мысленного пинка за неосторожность. – А у меня бывший дружок тоже оттуда! Любил водить меня на концерты ретро-музыки в «Фанклабе». Ты там бывала?

Я качаю головой.

– Даже не помню. Мои клубные деньки давно позади.

– Да я тоже не особенно там отрывалась.

Опускается молчание; мы стоим друг напротив друга, натянуто улыбаясь и кивая. Мне вдруг приходит в голову, что мы хоть и ровесницы, я чувствую себя лет на двадцать старше. Ангарад заводная, непоседливая, любознательная, а я… я постаревшая, потускневшая и вся какая-то выжатая. Последний раз я была в ночном клубе «Любовь лжет» пять лет назад. Пошла туда в компании с Дейзи, познакомилась с одним парнем. А по пути ко мне домой она выпихнула его из такси. Как же его звали-то?..

– Джейн?

Я вскидываю глаза на Ангарад.

– Извини, что-то задумалась… Так чего там?

– Да я про клубы, в которые ходила, пока училась в универе. А ты? Я знаю, ты говорила про техникум в Эксетере, но, кажется, и про университет тоже. Ньюкаслский, правильно?

Может, память моя временами и подводит, однако чего-чего, а то, в каком именно универе я училась – да и есть ли вообще у меня высшее, – я Ангарад точно не рассказывала. Переехав сюда, я решила: о прошлом никому и ничего. Лишь один Уилл теперь знает, что некогда я была Эммой. Часть меня просто ликует, что больше не надо фильтровать, что и как я ему говорю, зато другая часть чувствует себя неприкрытой и ранимой, словно вчерашним вечером я стряхнула с себя защитные слои и предстала перед ним совершенно нагой. Для всех прочих я по-прежнему Джейн Хьюз. Бросила школу в шестнадцать лет, сменила массу рабочих мест, а потом, в возрасте двадцати пяти, решила наконец получить специальность, связанную с заботой о животных.

– Нет, – отрицательно качаю я головой. – Ты, наверное, меня с кем-то спутала. Я вообще не была в Ньюкасле.

– Вот как… – У нее на губах играет полуулыбка. Ангарад слегка вздергивает одну бровь. – Извини, ошибочка вышла.

Мой взгляд соскальзывает с кухонного стола и падает на торт, что выставлен на серванте. Стол у меня здоровенный, человек на восемь, и тем не менее она решила втиснуть свой подарок в крошечный промежуток возле полочки, где я под стопкой другой почты спрятала то письмо.

– Ну что, давай отрежу тебе кусочек? – Ангарад проследила за моим взглядом и готова приступить к делу. Даже нож опять взяла в руку. – Думаю, Шейла не станет ворчать, если я чуточку задержусь. Кстати, она просила тебе передать всяческие пожелания.

– Нет-нет, – прижимаю я пальцы к виску. – Нет, спасибо. Ты извини, Ангарад, не хочу показаться неблагодарной… ты ведь так старалась… просто жутко болит голова. Наверное, мне лучше прилечь.

– О-о… – У нее блекнет улыбка. – Ну, тогда я…

Я дарю ей дружескую улыбку.

– Завтра на работе увидимся. Вроде нового питомца должны привезти, как раз покажу тебе, как мы делаем регистрацию.

– Отлично. – К ней возвращается улыбка, хотя и не доходит до глаз. – Супер. Тогда до завтра.

Ангарад смотрит на меня еще пару секунд, будто решает, стоит ли что-то такое добавить, затем коротко кивает и приподнимает ладонь.

– Увидимся.

Она огибает стол, выходит на улицу, закрывает за собой дверь.

Я жду, пока проснувшийся «Фольксваген» не перестанет хрустеть гравием, затем делаю шаг к чайнику и трогаю его блестящий бок.

Холодный.

Пересекаю кухню, подхожу к серванту, переставляю торт на кухонный стол, возвращаюсь обратно. Бумажки на полочке для почты, которые я всегда держу аккуратной стопкой, сейчас сдвинуты. Я ворошу счета за газ, налоговые формуляры, газетные вырезки… Конверт – тот самый, где синей пастой выведено «Джейн Хьюз», – пропал.