Красный дождь - Лаврентий Чекан

– Кто-то проткнул ее насквозь восемь раз, – прокомментировал, покосившись, Башметов. – Полтавин занимается телами, но ему их доставили в лабораторию всего три часа назад, так что об отчете речь пока не идет. Все, что у нас есть, в этой папке. Остальным я раздал такие же, они уже ознакомились. Вот пытаемся придумать предварительные версии.

– И как успехи? – спросил Самсонов, не поднимая глаз. Он перешел к снимкам второй жертвы, полной блондинки. Картина была похожа, хотя сразу бросалось в глаза, что раны расположены иначе. – Сколько раз он ее проткнул? – Полицейский употребил местоимение мужского рода, поскольку, по статистике, вероятность того, что серийным убийцей окажется женщина, была ничтожной. Кроме того, обычно маньяки выбирают жертвами лиц противоположного пола. Во всяком случае, гетеросексуальные.

– Тоже восемь. – Башметов с кряхтением поерзал в кресле, словно устал сидеть. – Успехи у нас неважные, сам понимаешь. Пока что все сводится к тому, что надо установить и проработать общих знакомых этих женщин. Нам известно, что они поддерживали связь после детдома, дружили, так что…

– Я думаю, – перебил Самсонов, – что сейчас гораздо важнее узнать, с кем еще они поддерживали эту самую связь после детдома. Таким образом мы сможем установить потенциальных жертв и защитить их. А если повезет, то и убийцу на живца поймать.

Башметов и остальные молча уставились на Самсонова.

– А при чем тут это? – спросил Башметов.

– Конечно, обычно жертвы серийного убийцы друг с другом не знакомы, – объяснил Самсонов, – и связывает их только личность преступника, но в этом конкретном случае погибшие женщины знали друг друга! Это не может быть совпадением. С учетом того, насколько они не похожи друг на друга, очевидно, что убийца выбрал их намеренно и именно потому, что они были подругами.

– Черт, Валер, а ты ведь прав! – проговорил Дремин. – Действительно, надо выяснить, сколько всего женщин поддерживало связь после детдома.

Башметов медленно кивнул.

– Вот только если их окажется слишком много, людей нам не хватит. Придется просить… – Он задумался.

Самсонов взял две фотографии, на которых были изображены жертвы ниже пояса.

– Это что? – спросил он, повернув снимки так, чтобы их было видно остальным.

– Гениталии вырезаны, – пояснил Дремин. – Как сказал Полтавин, грубо и непрофессионально. Убийца скорее кромсал, чем резал.

– Когда Полтавин сможет предоставить отчет?

– Ну, ты же его знаешь, – пожал плечами Дремин. – Хочешь, чтобы было сделано на совесть, – делай тщательно. То есть не торопясь.

– Полтавин обещал закончить к вечеру, – сказал Башметов. – Он не хуже нас понимает, насколько важно время.

– Я слышал о первой жертве, – проговорил Самсонов, открывая папку и ища фамилию брюнетки. – Медсестра была убита дней десять назад?

– Двенадцать, – ответил Башметов.

– Симохина Анна Юрьевна, – прочитал Самсонов. – Бездетна и в процессе развода. Вела с бывшим супругом тяжбу по разделу имущества.

– Да, про нее сыскари из уголовки много чего накопали. Подозревали, естественно, мужа, но у того железное алиби.

– Какое? – автоматически спросил Самсонов.

– Он был с новой пассией в антикварном магазине, покупал письменный стол от «Чиппендейла».

– От кого? – Самсонов недоумевающе поднял брови. – От бурундуков?

– Нет, это такая известная мебельная фирма, – ответил Башметов.

– Знаешь, Лео, Дон, Майки и Раф – тоже не только черепахи-мутанты, – вставил с усмешкой Дремин.

– В общем, мы сейчас на нуле? – спросил Самсонов, обводя присутствующих взглядом. – Из зацепок только то, что жертвы росли в одном приюте?

– Похоже на то, – ответил Башметов, собирая бумаги из своей папки. – С этого и начните. – Он с трудом встал и оперся кулаками о стол. – В общем, работайте, докладывайте, не мне вас учить. А я пойду выбивать людей для охраны… будущих жертв, – закончил он с неохотой. – Хотя лучше бы их не было.

Все промолчали, потому что понимали: первую женщину убили двенадцать дней назад, вторую – вчера. Значит, если преступник намерен продолжать, следующую надо ждать в течение ближайших десяти дней. Или раньше.

Когда Башметов вышел, остальные слегка расслабились. Морозов вытащил пачку сигарет и закурил, придвинув к себе пепельницу с остатками сигары. На его костистом лице ходили желваки, когда он затягивался. Самсонов остановил взгляд на рыжем опере.

– Юра, – позвал он.

– А? – Морозов резко поднял голову.

– Займешься любовными похождениями Симохиной. Наверняка эту ниточку уже начали раскручивать наши коллеги из убойного отдела, свяжись с ними, чтобы не тратить время на изобретение велосипеда.

Морозов кивнул:

– Ок, шеф.

Самсонов перевел взгляд на Коровина. Тот сделал удивленное лицо, которое в его случае означало напряженное внимание.

– Во-первых, побрейся, – сказал ему Самсонов. – Во-вторых, выясни, с кем дружили покойные и кого нам надо взять под наблюдение и охрану. Установи общих знакомых убитых и потенциальных жертв.

Коровин кивнул.

– Поможешь ему, – сказал Самсонов Рогожину.

– Без проблем.

– Я поеду к Полтавину, посмотрю, чем он занят, потом наведаюсь к одному знакомому психологу. Думаю, помощь специалиста нам пригодится.

– Откуда у тебя знакомые психологи? – удивился Дремин.

– Работа тяжелая, – ответил Самсонов, собирая все документы в папку. Он встал, собираясь уходить. – Так что, если кому-то понадобится покопаться в мозгах, могу порекомендовать.

– Петрович знает, что старший следователь его отдела ходит к доктору? – усмехнулся Дремин.

– Уже не ходит, – ответил Самсонов. – И да, он знает.

– Класс! – Дремин развел руками. – И это человек, с которым я работаю. Тебе оружие-то доверить можно?

– Пойдешь со мной, – сказал Самсонов. – Остальные приступают к работе. Вечером встретимся, обсудим результаты и планы.

– Я наказан, что ли? – усмехнулся, вставая, Дремин.

– Да, сурово и бескомпромиссно. – Самсонов вышел из конференц-зала первым. Дремин поспешил за ним.

– Зачем я тебе понадобился? – спросил он, когда они уже спускались по лестнице. – Дай мне тоже какое-нибудь задание, как Коровину и Морозову.

– Дам, не волнуйся. Для компании таскать тебя с собой не буду.

Они вышли на стоянку и направились к автомобилям. Управление стояло в скверике, плотно заросшем кленами, дубами и платанами, а под самыми окнами – сиренью. Со всех сторон, кроме выходящей на проспект, управу окружали отстроенные в последние годы многоэтажки.