Большая игра - Дэн Смит

Я пытался подобрать слова, чтобы переубедить президента. Он мне нравился, и я не хотел, чтобы он попал в беду.

Но я не успел и рта раскрыть, как президент поплевал в ладонь и протянул мне ее со словами:

— Спасибо за дружбу, Оскари.

Голова у меня разболелась от сомнений. Может, президент был прав. Может, мне и впрямь надо было спасаться, а ему — в одиночку разбираться с Хазаром. В конце концов, это была не моя битва. Да и «морские котики» должны были прийти на помощь с минуты на минуту.

Едва понимая, что делаю, я плюнул на ладонь и пожал президенту руку.

— Тебе пора, — промолвил президент.

Я все еще стоял в нерешительности.

— Пора, Оскари! Уходи!

Слова президента вывели меня из транса, и я поднял на него глаза. Он подтолкнул меня и повторил:

— Уходи!

Я повернулся и побежал прочь что есть силы, будто за мной гнался сам черт. Я перелез через каменную насыпь на краю поляны и скрылся в лесу, оставив своего нового друга позади.

Все происходило как во сне. Перед глазами возникали то Хазар, то Моррис, то оленья голова и папина записка. Картинки сменяли друг друга, а я все бежал и бежал. Ноги сами несли меня прочь. Все тело горело от адреналина, заставлявшего мышцы сокращаться быстрее и чаще. Я уклонялся от веток, огибал деревья и валуны, даже не понимая, что я делаю и куда бегу. Глухие удары ботинок о землю казались барабанным боем, который никогда не утихнет.

И все же он стих. Стих, когда все мысли вытеснила одна картина — лицо президента. Я остановился как вкопанный. Я будто влетел в глухую стену и теперь стоял посреди леса, пытаясь прийти в себя.

Из головы не шел образ моего нового друга, президента, завернутого в одеяло. Напуганного и беспомощного. Я знал, что, кроме меня, ему никто не поможет. Президент сказал, что его люди скоро прилетят, но я понимал, что когда это случится, будет уже поздно. Я должен сделать что-нибудь. Немедленно. Президенту нужна помощь сейчас!

Я дотронулся до значка на куртке и вспомнил его слова: «Я в тебя верю». Они станут пустым звуком, если я убегу и брошу друга. Президенту неоткуда ждать помощи. Зря я вообще его оставил. Нужно все скорее исправить.

Решившись на поступок, я повернулся обратно и посмотрел в сторону поляны. Все чувства смешались: я чувствовал страх, злость и радостное волнение одновременно. Я боялся вооруженных бандитов, особенно Морриса и Хазара, но знал, что они в моем лесу, что у них нет права быть здесь. Это мой лес. Моя гора. Сегодня я здесь главный. Спутники, вертолеты, оружие — им ничего не поможет, если мы с президентом скроемся в лесу.

— Я иду, президент, — проговорил я. — Уже иду к вам на помощь.

Теперь все было иначе. Я больше не спасался бегством. Теперь я был охотником, а не добычей. Все чувства обострились, мысли стали ясны, и я подмечал все детали. Я слышал каждое движение куропатки в кустах, каждый птичий крик. На лице я чувствовал ветер, под ногами — землю.

Когда я подбежал к валунам, окаймлявшим поляну, снег уже перестал падать, и небо прояснилось. Я прислонился к холодному серому камню и прислушался.

«Тукка-тукка-тукка», — раздался гул приближающегося вертолета.

Обойдя камень, я протиснулся между двух крупных булыжников и приподнялся так, чтобы меня не было видно из-за небольшого валуна. Я же отлично видел всю поляну: скалы, деревья и морозильник в самом центре.

Президента нигде не было, и на секунду мне в голову закралась ужасная мысль, что его уже нашли, но тут показались люди Хазара. Четверо вооруженных мужчин поднялись на плато один за другим. Они медленно разошлись по поляне, водя из стороны в сторону своими автоматами.

Президент вышел из-за камней в паре метрах справа от меня. Бандиты его тоже заметили и мигом направили на него оружие. В руках президент держал пистолет и явно не собирался сдаваться без боя.

Первым нажал на курок президент.

Но выстрела не последовало, никто не упал замертво. Послышался только тихий щелчок, а за ним — тишина.

Мгновение они глядели друг на друга, потом президент повертел пистолет в руках и разочарованно посмотрел на него, как недавно смотрел на Морриса.

Бывший телохранитель молнией подлетел к президенту, левой рукой схватил его за шею, а правой крепко сжал пистолет и вывернул его из рук президента. Не успел тот и ахнуть, как Моррис уже прижал дуло пистолета к его кадыку и прохрипел:

— Если в следующий раз захочешь кого-нибудь пристрелить, не забудь спустить предохранитель.

Моррис оторвал пистолет от шеи президента и быстрым движением выщелкнул обойму, которая тут же упала на землю. Потом он отбросил в сторону пистолет и оттолкнул от себя президента. Тот упал на четвереньки, но сразу же встал на ноги и повернулся к своему бывшему телохранителю.

— Почему? — спросил президент. — Зачем тебе все это?

— Ты что, настолько глуп, что еще не понял? — Моррис развел руками.

— Я считал тебя своим другом.

— У тебя нет друзей, — усмехнулся Моррис. — У президента США не может быть друзей.

— Но ты был готов отдать за меня жизнь. Что изменилось?

— Это, — Моррис слегка похлопал себя по груди, — пуля, которая предназначалась тебе. Рано или поздно осколок дойдет до сердца. А у меня есть семья, помнишь? Когда я умру, им понадобятся деньги.

— Ты мог выйти на пенсию. У тебя была выслуга, и…

— Деньги. Я не о жалкой пенсии говорю. Я говорю о деньгах, которые можно получить, если передать такого, как ты, в руки вот такого, как он. — Моррис указал пальцем в сторону вертолета. — Твой конец близок.

— Так все дело в деньгах? — В голосе президента звучали обида и разочарование.

— Всегда в них дело.

Президент покачал головой:

— А я-то думал, что мы друзья.

— Ты ошибался.

С каждой секундой гул вертолета становился все громче. Я посмотрел по сторонам, пытаясь придумать план спасения президента. Но как я мог справиться с этими бандитами? От меня не было толку, я ничем не мог помочь своему другу. Ничем.

— Кстати. — Моррис сделал шаг навстречу президенту. — Куда делся твой маленький помощник? Бросил тебя, да?

— Не понимаю, о ком ты.

Моррис вплотную приблизился к президенту и пристально посмотрел ему в глаза.

— Все ты понимаешь. Парнишка, который вытащил тебя из капсулы. Который приехал сюда на квадроцикле, что мы нашли. Который разжег костер и дал тебе одеяло.

— Не понимаю, Моррис. Ты что, настолько глуп, что еще не понял…

Моррис выбросил вперед правую руку и резко ударил президента по почкам. Тот вскрикнул от боли и упал на колени, но Моррису этого оказалось мало. Он крепко сжал кулаки и начал избивать президента, снова и снова отвешивая удары, пока, наконец, над поляной не показался вертолет.